Военные специалисты на службе Республики Советов 1917-1920 гг.

Кавтарадзе Александр Георгиевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Военные специалисты на службе Республики Советов 1917-1920 гг. (Кавтарадзе Александр)

Предисловие

Привлечение командного состава старой русской армии к военному строительству и защите Советской Республики от объединенных сил международного империализма и внутренней контрреволюционных сил представляет собой важнейший аспект общей проблемы использования знаний и опыта буржуазно-дворянской интеллигенции в различных областях народного хозяйства и управления в интересах Советского государства.

Первостепенное значение привлечения на сторону Советской власти бывших генералов и офицеров объясняется тем, что в условиях острого недостатка своих военных кадров (особенно высшего и старшего звеньев) и при отсутствии необходимого времени для их подготовки из среды рабочих и трудящихся крестьян необходимо было в кратчайший срок создать сильную регулярную Красную Армию, способную отстоять социалистическое Отечество от империалистических интервентов и белогвардейцев. В июле 1918 г., когда вокруг Советской России замкнулось кольцо фронтов, В.И. Ленин подчеркивал, что судьбу революции «решает военное положение, решает война (гражданская) решает военный исход» [1] .

Заслуга теоретической разработки принципиальных положений рассматриваемой проблемы и их реализации на практике принадлежит В.И. Ленину. Он обосновал необходимость использования культурного наследия капитализма в интересах социалистического строительства: вопрос о буржуазных специалистах «стоит в армии, в промышленности, в кооперативах, стоит везде», поэтому «нам нужны в большем и большем, против прежнего, числе инженеры, агрономы, техники, научно-образованные специалисты всякого рода». При этом, писал В.И. Ленин, следует «не только сломить» их «какое бы то ни было сопротивление», но и «заставить работать в новых организационно-государственных рамках» [2] .

Решение этой важной задачи осложнялось тем, что значительная часть буржуазных специалистов либо заняли по отношению к Советской власти выжидательную позицию, либо оказались в стане ее врагов, ибо в кругах буржуазных специалистов были очень сильны тенденциозные представления о том, что победа социалистической революции в России несет с собой лишь всеобщее разрушение и крушение многовековой русской культуры, науки, искусства, традиций и т. д., что российская интеллигенция обречена на гибель. Значительная часть буржуазной интеллигенции не поняла того, что социалистическая революция, критически осмысливая наследие прошлого, стремилась все самое ценное и полезное из него поставить на службу новому обществу.

Процесс привлечения буржуазных специалистов на службу Советской власти был весьма сложным. В.И. Ленин определил его как одну из форм классовой борьбы [3] , своеобразие которой состояло в том, что, во-первых, это была борьба «не с интеллигенцией как таковой, а борьба за интеллигенцию», во-вторых, эта борьба включала в себя проведение работы «по изменению отношения к интеллигенции со стороны рабочего класса, трудящихся масс» [4] . Необходимо было также преодолеть внутри партии негативное отношение к самой идее привлечения буржуазных специалистов к социалистическому строительству. Часть коммунистов, даже находившихся на руководящих постах, не только не разделяли ленинского положения о возможности привлечения буржуазных специалистов, в том числе бывших генералов и офицеров, даже при условии установления всестороннего контроля за их деятельностью со стороны рабочего класса, но и вообще исключали сотрудничество с буржуазными специалистами в любых формах.

Коммунистическая партия и Советское правительство не строили иллюзий в отношении того, что многие буржуазные специалисты настроены по отношению к Советской власти враждебно. И тем не менее они сознательно шли на риск и, привлекая к сотрудничеству нужных специалистов, несмотря на их политические убеждения, предоставляли им крупные посты в отраслях народного хозяйства, в армии, в области науки и культуры и т. д. «Мы прибегали к помощи буржуазных специалистов, — говорил В.И. Ленин, — которые насквозь проникнуты буржуазной психологией и которые нас предавали и будут предавать еще годы. Тем не менее… у нас есть закаленность в борьбе, есть силы, единство, и мы должны идти путем организационной работы, используя знания и опыт этих специалистов. Это необходимое условие, без которого социализма построить нельзя» [5] . Важно отметить, что Советская власть привлекала к сотрудничеству даже лиц, которые, не приняв Октябрьскую революцию, ушли в лагерь ее врагов и с оружием в руках боролись против Республики Советов, но затем в силу разных причин признали свои ошибки и заблуждения. В.И. Ленин указывал: «Всякий, кто хочет работать, нам ценен» [6] .

В общий проблеме привлечения буржуазных специалистов к сотрудничеству с Советской властью весьма важным является вопрос, какое место в мероприятиях Коммунистической партии и Советского государства по отношению к ним занимали элементы принуждения. Он приобретает особую остроту в связи с тем, что в работах историков, от белоэмигрантских начала 20-х годов и до вышедших за рубежом в наше время, в различных вариациях проводится мысль о том, что сразу же после Октябрьской революции для буржуазно-дворянской интеллигенции и специалистов начался «путь на Голгофу»: массовые репрессии в качестве «главного метода» воздействия на них «со стороны государственной власти. В результате этих репрессий большевики якобы уничтожили большую и лучшую часть буржуазно-дворянской интеллигенции, а ту сравнительно небольшую ее часть, которая не эмигрировала и была вынуждена по разным причинам остаться в России, заставляли лишь мерами принуждения служить Советской власти (бывших офицеров, в частности, служить в Красной Армии «под дулом наганов Чека») [7] .

Но даже в условиях гражданской войны, контрреволюционных восстаний, заговоров и многочисленных фактов измены, в том числе и со стороны военных специалистов, Советская власть требовала от своих карательных органов особой осмотрительности при привлечении к ответственности представителей буржуазно-дворянской интеллигенции. Так, 11 декабря 1918 г. было издано постановление Совета Рабоче-Крестьянской Обороны о порядке ареста ВЧК сотрудников советских учреждений и предприятий [8] . Во исполнение этого постановления был издан приказ Президиума ВЧК от 17 декабря 1918 г., в котором говорилось, что «к аресту специалиста надо прибегать лишь тогда, если установлено, что его работа направлена к свержению Советской власти. Арестовать же его лишь за то, что он бывший дворянин, что когда-то он был работодателем и эксплуататором, нельзя, если он исправно работает» [9] .

Правда, при проведении карательных мер, как отмечает С.А. Федюкин, «не удалось совершенно избежать ненужных жертв, ошибок, несоответствия меры вины мере наказания» [10] .

«Немало царских генералов и офицеров, — писал М.Д. Бонч-Бруевич, — стало жертвами красного террора, явившегося неминуемым ответом на проводившийся белыми и интервентами массовый террор» [11] . Одной из причин подобного положения, и на это неоднократно указывал В.И. Ленин, было то, что местные партийные и советские органы допускали ошибки в проводимых ими мероприятиях по отношению к буржуазно-дворянской интеллигенции, в основе которых лежало «неумелое пользование властью» [12] . Так, часть партийных и военных работников (К.Х. Данишевский, Н.В. Крыленко, М.Я. Лацис и др.) считали, что в борьбе с контрреволюцией следует руководствоваться не какими-либо юридическими нормами, а лишь «принципом политической целесообразности и правосознанием коммунистов» [13] , основанными исключительно на социальной и классовой принадлежности обвиняемого, без доказательства его прямой вины по отношению к Советской власти. За опубликование статей, авторы которых придерживались подобных взглядов, журналы «Красный террор» и «Вестник ВЧК» по указанию ЦК партии были закрыты [14] .

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.