Тропою исканий

Бунтов Яков Дмитриевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Тропою исканий (Бунтов Яков)

СТРАННОЕ ПИСЬМО

Новость! К нам в юннатский кружок пришло необыкновенное письмо. Толстое и большое, почему-то все исколотое иглой, оно лежало на столе, и в нем слышался странный шорох.

— Может быть, письмо нам принесли по ошибке? — высказал предположение пятиклассник Вадик Петров.

Нет, ошибки не было. Когда ребята распечатали конверт, на стол выпали маленькие черненькие червячки. Они сразу же принялись деловито ползать по конверту, по столу и даже по рукам детей.

Продолжая удивляться, ребята вытряхнули из конверта маленький пергаментный конвертик, тоже весь исколотый иглой. В нем оказались яички, по внешнему виду напоминающие семена редиски. Кроме всего этого, мы обнаружили письмо.

«Дорогие ребята! — говорилось в нем. — Мы посылаем вам грену китайского дубового шелкопряда для разведения его у вас в области. Это очень интересная и увлекательная работа, требующая от вас большого внимания и ухода. Гусеницы шелкопряда питаются дубовыми листьями, а вы попробуйте их заставить есть другой корм. Желаем вам в вашей работе больших успехов.

Директор Центральной станции юных натуралистов».

Обычно молчаливый, шестиклассник Славик Ветошкин сказал:

— Все это хорошо, но… — и он показал рукой на улицу.

Наши юннаты взглянули на окна: голые деревья печально помахивали ветками. Как же быть? Ведь деревья еще не распустились, тем более дуб. Чем же кормить дубового шелкопряда? Как назло, весна в этом году была поздняя, и, несмотря на восьмое мая, в воздухе не чувствовалось тепла.

Ребята с тоской смотрели на меня.

— Давайте сделаем так, — предложил я после раздумья. — Возьмем гусениц по домам и там поищем для них корм.

Потянулись дни, полные волнений и ожиданий. Ребята излазили все городские сады и скверы, побывали в заречных лугах и лесах. Чего только они не предлагали гусеницам к столу! И зеленую травку, и комнатные цветы, и раздавленные почки кустарников, и соскобленную с дерева кору.

А маленький смышленый шестиклассник Володя Кондратьев решил угостить шелкопрядных гусениц молодой крапивой. Он думал: «Гусеницы красивой бабочки крапивницы черные и в ранней стадии похожи на шелкопрядных. Едят они крапивные листочки. А может быть, это зависит от цвета? Дай попробую!» Но… гусеницы упорно отвергали крапиву и, натыкаясь на нее, отползали в сторонку.

ОТКРЫТИЕ ВАДИМА ПЕТРОВА

И вот однажды, через несколько дней, произошло то, чего с нетерпением ждали все кружковцы.

В школе в ту пору было тесно: всего два года как кончилась война, часть школьных зданий еще оставалась под административными учреждениями; часто заседания юннатского кружка проводили в моей квартире. У меня собрались и на этот раз. Занимались составлением плана. В окна хлестал дождь, и за его шумом мы не сразу услышали нетерпеливый звонок в передней. Едва успели открыть дверь, как к нам ворвался весь промокший, но с сияющей улыбкой на лице Вадик Петров. Он держал что-то в руке и, захлебываясь, говорил без умолку:

— Есть!.. Едят!.. Гусеницы!.. Живут!.. — Его тоненький голосок звенел, белокурые волосы прилипли к мокрому лбу.

Мы успокоили разволновавшегося Вадика и вот что услышали от него:

— Я попробовал почти все растения. Подсовывал гусеницам даже лук, и все напрасно… Сел у окна и задумался. А перед глазами, за окном, — березы, большие, раскачиваются. И вдруг думаю: а не попробовать ли еще дать шишечки — соцветия? Побежал на улицу, полез на березу, а она мокрая, скользкая, еле достал. Приношу домой, подкладываю гусеницам шишечки — и что же вы думаете?.. Едят! Да еще как!

Вадик развернул принесенный сверток. В коробочке лежали ветки березы с шишечками, которые ботаники называют сережками, или соцветиями березы. Из сережек должна скоро высыпаться пыльца… И, к общей радости, их великолепно поедали червячки-гусеницы!

Ребята, как первоклассники, запрыгали по комнате, не стесняясь меня. Стало весело. А Вадик еще добавил: он рассказал забавную историю о своем братишке. Этот малыш, видя безуспешные попытки Вадика накормить гусениц, решил, что они отказываются от еды по простой причине — хотят пить. И он решил «утолить их жажду». Когда Вадик, выходивший за березовыми ветками, возвратился домой, его глазам предстала такая картина: в центре комнаты стояла табуретка, на ней — таз, на полу сверкали лужи воды.

— Что ты делаешь? — бросился Вадик к своему младшему брату, А тот, видимо, уже забыл о проделанном и весело играл с котом.

— Я… Я… хотел тебе помочь, — последовал ответ.

Вадик кинулся к тазу — в нем вяло барахтались гусеницы, а грудка их лежала рядом на табуретке неподвижно.

— Эти уже напились, — объяснил братишка.

Вадик хотел было рассердиться, но, посмотрев на безмятежную улыбку брата, весело расхохотался.

Ребята тоже смеялись.

А Вадик достал из-за пазухи тетрадь с надписью «Дневник наблюдений над шелкопрядом», развернул его и, смущаясь, сбивчиво стал читать свои записи.

— Да ты нам так расскажи, поподробней! — выкрикнул Володя.

— Вчера я проснулся рано и сразу к шелкопрядам. Они у меня находятся на подоконнике, в чайном блюдечке, накрытом большой стеклянной банкой, — стал рассказывать Вадик. — Смотрю и наблюдаю, как черненькие гусеницы ползают по краям блюдечка и по стенкам банки. Я достал из стола лупу… Вдруг вижу: яички, что лежали на блюдечке, начинают чуть-чуть пошевеливаться и потрескивать. Как яичко треснет, так сразу и расколется. А из яичка начинает вылезать маленький черненький червячок с коричневой блестящей головкой, и на его теле едва заметен пушок. В лупу мне все видно: она у меня четырехкратная. Смотрю и считаю. Вот уж три яичка лопнули, потом четыре… пять… восемь… двенадцать. Те первые гусеницы, что из письма вылезли, подползли к скорлупкам расколотых яичек и стали скорлупки есть. Наголодались, видать. Тогда я не вытерпел и разбудил братишку. Мы долго с ним смотрели. Так интересно было наблюдать. Когда я передал братику лупу, он посмотрел, да как запрыгает от радости, приговаривая: «Я теперь знаю, как червяки родятся. Всем ребятам расскажу». От нашего шума в другой комнате проснулась мама — и к нам. Мы быстро нырнули в кровати и так задышали, будто спим. Мама пришла, постояла и говорит: «Это, наверно, во сне который-то закричал», — и ушла. Я так и не уснул, все думал, чем червей накормить. А наутро мне пришли в голову березы. Ну про это я вам уже говорил.

Так Вадим Петров нашел новый корм и спас наших шелкопрядов от голодной смерти.

„УМИРАЮЩИЕ“ ГУСЕНИЦЫ

Шли дни… Гусеницы вначале питались березовыми шишечками, а потом перешли на листочки. Они быстро росли. Ребята все время наблюдали за ростом гусениц. Глядя на их уверенные движения, юннаты вспоминали о тех маленьких черненьких червячках, которые были получены в письме. Ребята уже считали себя шелководами. Но каждый новый день показывал, что еще очень многого они не знают.

Как-то один из наших юннатов — Женя Ожегов, белокурый невысокий мальчик, — пришел домой из школы и увидел, что большинство гусениц, за которыми он так заботливо ухаживал, сидят на ветках без движения и лишь некоторые шевелятся. «Умирают! — испуганно подумал он. — Но почему?» Решив предохранить остальных гусениц от «больных», он собрал всех «умерших» и «умирающих» гусениц и выбросил за окно.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.