Юрий Колкер. Ветилуя. Стихи, написанные в Англии (1989-1999).

Колкер Юрий

Жанр: Поэзия  Поэзия    2000 год   Автор: Колкер Юрий   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Юрий Колкер ВЕТИЛУЯ СТИХИ, НАПИСАННЫЕ В АНГЛИИ (1989-1999) Юрий Колкер, 1999, Лондон Юрий Колкер. Ветилуя. Стихи, написанные в Англии [1989-1999]. Издательство Геликон плюс, СПб, 2000.

Когда всё кругом склоняется к ногам нового господина, для спасения народной чести иной раз бывает довольно крохотной горной крепости, в которой просто живут по-старому, — скажем, не отрекаются от родителей и чтят третью заповедь. Об одной такой крепости мы знаем из Библии и от Пушкина:

И над тесниной торжествуя,

Как муж на страже в тишине,

Стоит, белеясь, Ветилуя

В недостижимой вышине.

Защитники крепости сражаются не ради славы и не во имя победы. Не обладая гением Александра или добродетелями Юдифи, они обыкновенно гибнут, но их оплот, сколь бы ни был он мал, и в руинах остается Домом Божьим, Ветилуей. Однако случается и так, что несметное в своих силах язычество, охваченное внезапным ужасом, откатывается от стен крепости назад, в свою Ниневию.

Ю. К. 22 июня 1999, Лондон.

НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ

Иная жизнь идёт, иная смерть маячит,

Сместился небосвод, звезда улыбку прячет,

А ты — всё тот, что был: странноприимный бал

В тебе не потеснил отеческих начал.

В пенатах, ты слыхал, большие перемены:

Клиент патроном стал, патрон сошёл со сцены,

Убавилось идей, прибавилось забот,

И выборный злодей в чести не круглый год.

И славно, в добрый час. Кипи, столпотворенье!

По счастью, есть у нас иное измеренье.

Твой дом не на песке, покуда Геликон

Всё в том же уголке, где был он испокон.

1995

* * *

Всё влажно в стране островной, всё подвижно, всё живо,

Ландшафты ее хороши, небосвод ее светел,

Деревня сияет довольством, ухожена нива,

И в городе — злобы и розни мой взгляд не приметил.

Тут родину вспомнить бы мне, но ни вздоха, ни слова

Душа моя с нею связать, как ни бьётся, не в силах.

Ни доброго память вернуть не желает, ни злого, —

Как будто и не было там ни родных, ни постылых.

1992

ЛАВАНОВО СЛУЖЕНЬЕ

1

Поблизости Темза течёт —

Но времени нету,

А то, что осталось, влечёт

Не к Темзе, но в Лету.

В пятнадцать считаешь века,

А в сорок — оброки.

Должно быть, прекрасна река,

Да нет к ней дороги.

Уставшему лямку тянуть

Не много и надо:

На вольную реку взглянуть —

Какая отрада!

А впрочем, и так — ничего...

Он тянет — и знает,

Что там, за квартал от него,

Река протекает.

2

Многолюдная река

В этом царстве протекает.

Правая моя рука

Понемногу отсыхает.

Я не помню ничего.

Целой не донёс посуду.

Каково здесь? — Дурново.

Свет хорош, да мрак повсюду.

Раб и князь в одном седле,

Вождь и тать в одном бараке.

Прав Кюстин: по всей земле

Человеки одинаки.

Что ж, отпустим удила,

Потрусим, пока не скрутит.

Эта жизнь, считай, прошла.

Счастье, что другой не будет.

3

Свидетель ужасного века,

В последнем счастливом краю

Под сенью Союзного Джека

Я жизнь доживаю мою.

Она удалась с оговоркой.

Вздохнут над могильной плитой

Святые Андрей и Георгий,

Заплачет Патрикий святой.

1992

НАД РУКОПИСЬЮ В АМСТЕРДАМЕ

Вставала полная луна.

В белила окунало

Кривую ветку у окна

Над зеркалом канала.

Душа моя была полна —

И знать меня не знала.

Гекаты страшной теплотой

Переполнялись вены.

Творился заговор святой,

Навет благословенный, —

И шар, нектаром налитой,

Катился над вселенной.

Была восполненным звеном

Адамова глагола

Кривая ветка под окном

Гостиницы Аполло.

Точил созвучья метроном

Предвечного престола.

Воды, деревьев и камней

Был сладок гимн хвалебный.

Не выпало мне ласк нежней,

Мелодии целебней.

Языческим началом дней

Дышала ночь в молебне.

Кривую ветку у окна

Размеренно качало.

Я знаю: смерть мою она

В тот час обозначала —

Зато и жизнь была полна

Впервые от начала.

13 февраля 1994

УТКИНА ДАЧА, НОЧЬ

В графском доме коммунальном

Тихим пеньем поминальным

Дверь печальная скрипит,

Светлый мрак в окне чердачном

Привиденьем новобрачным

Соблазнительно скользит.

А в конюшне сопредельной,

Ставшей газовой котельной,

Там, уединенью рад,

Сладкой мыслью увлечённый,

У котла сидит учёный,

Сочиняя самиздат.

Он сидит, нетленку пишет,

Топка ровным жаром пышет.

Вся-то жизнь ему ясна

Сквозь шальные упованья

Под ночные помаванья

Из чердачного окна.

1995

* * *

Б. Х.

Материнскою твердью

Осеняет Глагол.

Между жизнью и смертью

Он тропинку нашёл.

Сладкогласна основа.

Всякий вздох — волшебство

В сочетаньях родного

Языка твоего.

Задушевной свирелью

Отзовётся хорей

Над твоей колыбелью

И могилой твоей.

Пусть невнятны значенья:

Чем случайней, темней, —

Тем страшней приключенье,

Тем добыча верней.

Пусть болгарин Мефодий

И халдейское ША

А заёмных мелодий

Не желает душа.

От себя не отступим

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.