Пожар любви

Лэниган Кэтрин

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Пожар любви (Лэниган Кэтрин)

Пролог

Май 1986 года.

Сан-Диего, Калифорния

К тому времени когда Лили Митчелл, проехав вдоль залива Сан-Диего до Коронадо, добралась до старинного отеля, она была как выжатый лимон. Лили любила места, которые, подобно этому, сохраняли очарование ушедших лет. Она всегда чувствовала нить, связывающую ее с предметами из других времен, других эпох. Этот неуклюжий деревянный «Отель дель Коронадо», с красной кровлей, огромной круглой башней и невероятным количеством дверей и окон, казался ей сказочным замком у моря. Уже оттого, что она стояла в здании викторианской эпохи, все еще украшенном настоящими светильниками и канделябрами, сделанными по рисункам Фрэнка Л. Баума, писателя, автора «Волшебника из страны Оз», Лили чувствовала себя так, будто перенеслась в другой мир.

Пока она отдавала администратору карточку «Америкэн-Экспресс» и расспрашивала его насчет ресторана, коридорный успел погрузить ее чемоданы на тележку и сказал, что будет ждать в номере. Отойдя от стойки администратора и направляясь за коридорным, Лили прошла мимо бара, уставленного викторианской мебелью и отделенного от регистратуры массивными колоннами. Пианист наигрывал лирическую песенку тридцатых годов. Ей показалось, это было что-то из репертуара Билли Холидэя. Внезапно Лили остановилась. Знакомый запах… Слабый запах сандалового дерева и сосен… Таким одеколоном обычно пользовался Зейн Макалистер.

Поток воспоминаний захлестнул ее, парализуя сознание и воспламеняя чувства. Лето семьдесят седьмого года, залитые лунным светом холмы западного Техаса. Она лежит в объятиях Зейна, а над их головами раскинулся звездный шатер… Ее первая любовь, юношеская катастрофа, которую так и не залечило время.

«Он где-то рядом, я чувствую… — лихорадочно думала Лили. — Но этого не может быть! Зейн на другом конце страны, в Нью-Йорке. Хуже того — он и мыслями бесконечно далек от меня… Боже, что со мной? Мне двадцать четыре… С ним все кончено, все прошло… конечно же, прошло. Боль, разбитое сердце — все в прошлом…»

Аромат сандалового дерева, казалось, обволакивал Лили, и внутри у нее все сжималось, а сердце буквально выпрыгивало из груди. Она оглядывалась вокруг, совершенно забыв о коридорном, который ввез чемоданы к ней в номер. Она пыталась побороть себя, но что-то непреодолимое заставило последовать за запахом.

Лили направилась к группе из трех мужчин, которые, судя по всему, завершали переговоры. Один из них насмешливо посмотрел на нее и замолчал, будто ожидая, что она скажет.

Но глаза Лили были устремлены на высокого, хорошо сложенного блондина с голубыми глазами. Увидев ее, он просиял, а глаза сверкнули словно молнии.

— Лили! — В его голосе ясно слышалась радость. Он отошел от своих собеседников и направился к ней.

На мгновение Лили подумала, не был ли Зейн Макалистер лишь видением. Из тех, что, возникнув, тут же исчезают.

— Лили! Это ты?

— Зейн? — Лили произнесла его имя с восторгом и страхом. Она почувствовала, как переносится назад во времени.

На нем был безукоризненный строгий итальянский костюм, который, наверное, стоил больше тысячи долларов. Ботинки из дорогой мягкой телячьей кожи, льняная рубашка с лазуритовыми запонками. По всему было видно, что дела его идут отлично; более того, он, очевидно, полностью освободился от чувства вины, с которым когда-то впервые покинул Техас, и научился ладить с собой.

Лили не могла сдержать удивления: она не ожидала встретить его вновь, по крайней мере в Калифорнии.

— Какое удивительное совпадение! — сказала она.

Зейн подошел ближе.

— Боже мой, Лили, ты прекрасно выглядишь! Никогда бы не подумал, что твои глаза могут быть такими лиловыми, но эта пурпурная блузка… и твои глаза… — Слова легко слетали с его губ, но он явно хотел сказать большее. Потом он спросил: — Ну как ты, Лили?

— Хорошо. У меня все хорошо, — солгала она. Внезапно ей стало грустно: она вдруг подумала, что все дни, прожитые без него, были бессмысленны.

«Что за судьба такая? — подумала она. — Всю жизнь любить только одного человека. Тебе надо преодолеть это, Лили. Ты должна!»

Но на самом деле она не хотела его забывать. Ведь это ее Зейн. Ее и ничей больше. По крайней мере так ей хотелось думать.

— Что ты делаешь в Калифорнии?

— Я… У меня дела, — наконец ответила она.

— А-а. У меня тоже. — Он улыбнулся и посмотрел па нее так пристально, что ей стало не по себе.

— Господи, какая ты красивая!

— Приятно слышать, — мягко сказала она. — Ты тоже выглядишь потрясающе.

— Спасибо, — произнес он с западнотехасским акцентом, который так и не исчез за восемь лет жизни в Нью-Йорке. — Я действительно рад за тебя, Лили. Рад, что все обернулось так хорошо. Твои дела и все…

— У меня много работы.

— Надеюсь, не чересчур?

Лили понимала, что Зейн деликатно пытается выпытать что-нибудь о ее личной жизни. «Боже, — подумала она, — неужели он намекает на мои любовные дела?» — и добавила:

— Очень много.

— Зейн, — вмешался человек, который первым обратил внимание на Лили, — мне очень неприятно прерывать вашу встречу, но Мастерсон ждет. — Он улыбнулся, извиняясь: — Простите, мэм.

— Понимаю, — ответила Лили, протягивая Зейну руку. — Была очень рада встретить тебя.

— Я тоже, — ответил он, и она заметила, как нехотя он отпустил ее руку. Потом он отошел со своими партнерами.

Лили смотрела, как он уходит, все еще ощущая запах сандалового дерева и сосны. Комната наполнилась воспоминаниями.

— Не время, — прошептала она вслух и про себя подумала: «Так было всегда. Неужели так всегда и будет?..»

Часть первая

Глава 1

15 июня 1976 года

Лили бережно счищала грязь с человеческого черепа восьмисотлетней давности. Хотя ей было всего четырнадцать, она уже побывала на археологических раскопках в Британском Гондурасе, Мексике, Перу и Чили и знала, как с помощью метелочки из мягкой щетины удалять частички пыли с древних предметов и скелетов, чтобы не повредить драгоценной патины и налета, дающих ключи к загадкам древней культуры.

Ее отца не занимали черепа и кости, но для Лили они были интересны. Комок грязи отвалился от основания черепа, и теперь она могла сказать, что этому майя отрубили голову. Она решила, что этот череп принадлежал мужчине, поскольку он был крупнее женских, которые они находили в этом районе. Кроме того, челюсти были развиты сильнее и носовое отверстие более широкое.

«Наверное, жертвоприношение», — подумала она про себя, зная, что майя очень ценили именно человеческие жертвы. В прошлом году она ездила с отцом в Чичен-Ицу, где верховные жрецы майя бросали освященные жертвы в кенотафий, или священный колодец, чтобы вымолить у бога дождь. Лили видела многочисленные изображения этих жертвоприношений: вырванные у жертв сердца, отсеченные головы, тела, утыканные стрелами. Она никак не могла примириться с жестокостями, которые совершали люди во имя веры, поэтому говорила себе, что все эти зверства остались в прошлом и не имеют никакого отношения к современности.

— Лили, как ты там? — Крик Джона Камерона Митчелла разнесся над всем пространством между храмом и джунглями.

Отца Лили, Дж. К. Митчелла, больше интересовала денежная стоимость доколумбовых находок, чем их археологическая ценность. Он продавал их археологам и антропологам, которые с энтузиазмом проводили долгие часы, расшифровывая иероглифы и разгадывая назначение церемониальной керамики, ювелирных изделий и головных уборов. Однако Лили не знала, что двигало отцом на раскопках; она просто радовалась, что он всегда охотно брал ее с собой.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.