Танец для двоих

Полякова Светлана

Серия: Счастливый случай [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Танец для двоих (Полякова Светлана)

ГЛАВА ПЕРВАЯ

На улице было так холодно, что Катя не выдержала.

— Какого черта мы вышли сегодня из дома? — пробормотала она.

— Там все равно холодно, — философски отозвалась Наденька. — Сама знаешь… Говорят, что нечего на нас тепло тратить.

Катя только вздохнула в ответ — все верно, и исправить ничего нельзя… Вот она, зима, неслышно подкралась, и, как и в прошлую зиму, придется страдать от холода. Катя поежилась от налетевшего холодного ветра и с тоской вспомнила свою квартиру. Да, конечно, топят только вполовину, и климат в доме словно в английском замке, только вот камина нет. Поставить, увы, некуда…

— Все-таки дома теплее, чем на улице, — не унималась Катя.

— Зато на улице можно быть в пальто! — отрезала ее дочь.

— При желании и дома можно походить в пальто…

— Спасибо, чего-то не хочется…

Некоторое время они шли молча. Настроение у Кати было хуже некуда, поэтому хотя бы это ее успокоило. Раз уж некуда, так хуже не станет…

Идея отправиться сегодня на концерт принадлежала ей. Вот так — наобум. С бухты-барахты. Она даже не знала, кто играет. На чем играет. Кого играет. Или вообще — поет…

Ей просто захотелось прикоснуться к прекрасному. Она так устала от окружающего уродства жизни, от вечного холода, проникающего в душу, что поняла — или сегодня она хотя бы на два часа убежит отсюда в мир гармонии и чужих иллюзий, или…

— Автобус! — закричала Надя. — Быстрее!

Катя хотела было возмутиться, как всегда, ее манерой поведения — нельзя же так «выплескиваться», тем более на Надькин крик немедленно обернулись — кто-то смотрел вопросительно, кто-то с явным неодобрением.

Особенно взгляд полнотелой дамы — Катя даже внутренне съежилась, встретившись с ее взглядом. Иногда она не могла понять, как в одном человеке умещается столько злобы. Конечно, часть этой злобы надо выплеснуть, чтобы не отравиться. Ей даже почудилось, что бедная Надька сейчас растворится в ней, как в серной кислоте. Все слова застыли, стали ненужными — более того, вздумай теперь Катя отругать дочку, она стала бы предательницей по отношению к ней. Как бы перешла на сторону этой толстухи.

С трудом удерживаясь от желания показать ей язык, она молча прошла мимо и влезла в автобус, чуть не поскользнувшись на ступеньке. На одну секунду ей показалось, что падение неминуемо, и даже пронеслась мысль в голове: глупо-то как, вот и жизнь была глупая, и смерть получится совершенно нелепая, — но упасть ей не удалось. Чья-то рука обхватила ее за плечи, а другая — твердо держала за руку.

— Спасибо, — пробормотала Катя, стараясь не глядеть в глаза тому, кто спас ее от неминуемого падения.

Он все еще держал ее, словно обороняя от напирающей снизу толпы.

— Очень много народу, — услышала она над ухом низкий приятный голос.

— Да уж, — кивнула она растерянно, проклиная свою способность быстро краснеть, — в такой-то холод…

Он наконец отпустил ее, и она начала продвигаться к Наде.

— Ну, ма, — пробормотала дочь, тараща глаза, — ты даешь… Как в женских романах. Она упала на руки прекрасному графу, и ее ланиты побелели… «Что с вами?» — закричал граф, поддерживая ее тушу из последних сил.

— Это ты кричишь, — вернулась к своим воспитательским обязанностям Катя, — а графы разговаривают.

— Если на руки падает дама в кринолинах, кричат, — проговорила Надя. — И я-то на руки к молодым красавчикам не падаю… Кстати, он на нас смотрит. Так как я подхожу ему по возрасту больше, чем ты, станем думать, что смотрит он на меня…

Катя не удержалась и обернулась.

«Граф» и в самом деле смотрел на них. Странно, пристально, слегка прищурившись. Между ними были человеческие головы — целое море, как ей показалось. И еще океан лет. Усталости. Привычки терять.

За всю свою жизнь Катя эту науку прекрасно усвоила. Иногда, закрывая глаза вечером, она начинала думать, что вся ее прежняя жизнь — череда потерь, и ничего больше. Одно приобретение — Надя, но, привыкнув к своим вечным утратам, она и ее боялась потерять. «И ведь скоро потеряю, — грустно подумала она, глядя на свою быстро взрослеющую дочь. — Скоро она вырастет. Выйдет замуж. И — все…»

Чтобы уйти от этих мыслей, Катя принялась рассматривать пассажиров, и, конечно же, взгляд ее наткнулся немедленно на этого «графа». «Как будто взгляд его искал подсознательно, — усмехнулась она про себя. — Нет, ты никогда не исправишься! Все-то тебе хочется „неземного“!»

Он был и в самом деле симпатичным, этот «граф». Светлые волнистые волосы, перехваченные на затылке. Зеленоватые глаза с длинными ресницами. Легкая полуулыбка, не лишающая лицо серьезного выражения.

На минуту ей почудилось, что его губы шевелятся — как будто он ей что-то говорит, но она не может расслышать. Не может понять… «Снова фантазии, — невольно улыбнулась она. — Ты никогда не вырвешься из плена своих мечтаний. И в тлен сойдешь, мечтая…»

Она никогда не могла понять, что это. Дар Божий или ее самый большой грех? Или самозащита? Иначе как бы она могла перенести все, что происходило с ней?

— Ма, места освободились!

Ехать оставалось всего три остановки. Много народу сошло, и теперь она могла видеть его. «А он-то как сейчас видит, — усмехнулась про себя, — и пальто твое старое, и эту дурацкую шапку… и морщины вокруг глаз…»

Он стоял, облокотившись на верхнюю перекладину обеими руками, и смотрел в окно. За окном было темно, и на секунду Катя испытала легкое разочарование, даже обиду. Как будто он теперь должен был любоваться ею всю дорогу. А вместо этого увлекся чем-то банальным.

— Хитрый «граф», — сказала тихонько Надя. — Ох, хитрый же парень!

Катя удивленно обернулась к ней. Надина мордашка выражала полное довольство.

— Надя, — сказала она строгим голосом, потому что дочь ее в данный момент развлекалась тем, что корчила рожи неизвестно кому. Так, в пространство…

Подняв глаза, она вдруг увидела, что парень смеется и тоже показывает язык. Туда, за окно…

— На-дя, — снова проговорила она. — Прекрати… А то я подумаю, что у тебя проблемы с рассудком…

— Он там нас видит, — показала Надя. — В отражении…

— Мне кажется, ты все придумываешь, — вздохнула Катя. — Слава Богу, нам пора. Наша остановка следующая…

«Господи, и что я нервничаю?» — подумала она, торопливо проталкиваясь к выходу. Лоб покрылся мелкими капельками пота. Она старалась не смотреть в его сторону. Взгляд тянулся туда против ее воли — и это было уже совсем отвратительно, глупо… Как маленькая.

— О, вы тоже выходите? — услышала она за своей спиной Надин голос.

Она без особого труда догадалась, кого она спрашивает. Она спиной почувствовала его присутствие. «Он маньяк», — отчего-то пришло ей в голову, и она успокоилась. В самом деле — все так просто. Он маньяк. Сейчас много маньяков.

Находят вот таких дурех, как она, и… Она невольно поежилась, представив, что маньяк с ними может сделать. За окном было темно, но народу на центральной площади было много. Ничего им с Надькой не угрожает. Добегут до консерватории…

— Конечно, — ответил «маньяк».

Она предпочла молчать. Проклиная себя за то, что никогда не умела скрывать чувства — она не сомневалась, что ее спина в данный момент напряжена. «Скоро тебе исполнится тридцать шесть, корова, — напомнила она себе. — Дочери пятнадцать… А ты сама как тинейджер…»

— Собственно, я так и думала, что вы постараетесь выяснить, куда мы направляемся…

В голосе Надьки явно звучало ехидство, и Кате ужасно хотелось одернуть дочь, но для этого надо было обернуться и встретиться взглядом с «маньяком». Она невольно передернулась от возможной перспективы и решила отложить «воспитательный процесс» на более благоприятный момент.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.