Счастливого дня смерти 2. Убийственный карнавал

Нодзоми Кота

Жанр: Современная проза  Проза    Автор: Нодзоми Кота   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Пролог

– Почему же нельзя убивать людей?

Такой вопрос с жуткой улыбкой задал мне человек сомнительной профессии – организатор самоубийств. Хотя, по-моему, это была просто пустая болтовня. По его интонации было ясно, что правдивого ответа он не ждал, а я, в свою очередь, не собирался всерьез отвечать на этот вопрос.

– Если убийства не будут под запретом, то детективы станут неинтересны, – сказал я наобум. – Сюжет становится захватывающим по мере того, как выясняется причина смерти персонажа. Есть, конечно, и повседневный детектив [1] , но этот поджанр мне не нравится. Страдания и душевные терзания человека, преступившего запрет на убийство, сыщик, который, настигнув преступника, либо наказывает его, либо помогает – вот в этом-то и заключается весь смак. Поэтому, если в этом мире убийства не будут под запретом, то детективы перестанут быть детективами.

В детективах главное не сыщик и преступник, а предпосылка: людей убивать нельзя. И сюжет будет захватывающим.

– Поэтому необходимо, чтобы убийства оставались под запретом. Убийства – это табу, и именно поэтому есть смысл нарушить его. Отсюда рождаются теледрамы и детективы, – я продолжал. – Людей убивать нельзя. Ради всех писателей и фанатов детективного жанра.

Организатор самоубийств весело засмеялся – возможно, ему понравился мой ответ. Я тоже улыбнулся, но в памяти воспроизводил события, которые произошли в том особняке – убийства, которые так и не стали детективом. Участники событий – семеро убийц:

«Питающийся убийца»;

«Справедливый убийца»;

«Неубивающий убийца»;

«Наслаждающийся убийца»;

«Работающий убийца»;

«Замкнутые убийцы».

В том особняке смешалось обыденное и необыкновенное, неистово плясали бок о бок здравомыслие и безумие. Сейчас это кажется неудачной шуткой. Тот карнавал в особняке…

Глава 1. Неспецифический / Каннибал [2]

Анкетирование.

Ваше имя?

– Хайна Хинамура.

Вам доводилось убивать людей?

– Да.

Зачем Вы убиваете?

– Чтобы жить. Так я ем.

Вы помните, скольких людей Вы убили?

– Нет. Как говорит Ю, это все равно, что помнить, сколько кусочков хлеба ты съел за всю жизнь.

Вы помните свою первую жертву?

– Нет. Я помню тех, кого сама убивала, но тех, кого убивали ради меня мои родители, я не помню, потому что была маленькой.

Вы согласны с тем, что людей убивать нельзя?

– Да.

Почему?

– Потому что жалко их. Но в моем случае ничего не попишешь. Я не смогу выжить, если не буду убивать.

Что Вы думаете о других убийцах?

– Думаю, что неправильно убивать и не есть.

Что Вы думаете о себе?

– Я никчемная. Но пока у меня есть человек, которому я нужна, я хочу жить.

Спасибо, что уделили время.

«Госпожа Хайна Хинамура!

Приглашаю Вас в свой особняк. Пожалуйста, укажите в приложении удобную дату и время визита. Я встречу Вас.

Вы не имеете права отказаться от приглашения. В случае, если Вы не свяжетесь со мной, я могу всему миру поведать о Ваших преступлениях. А если Вы приедете в мой особняк, я сокрою их. Также я подготовил небольшое вознаграждение.

Жду положительного ответа.

Организатор самоубийств

Ёмидзи»

Вдруг ни с того ни с сего пришло вот такое вот приглашение. Это письмо с золотыми буквами на черном фоне не совсем сочетается с ржавым почтовым ящиком дешевой квартирки. Я забеспокоился. Как он узнал, что Хайна убийца? Я опустился на пол, почесывая голову.

Комната площадью около десяти квадратных метров. В этом тесном для двоих пространстве из мебели лишь самый необходимый минимум. Хайна отложила свой «ужин» и подошла ко мне. Положив подбородок мне на плечо, она стала читать приглашение.

– У нас проблемы, Хайна.

– Хай-на-а, – поддакнула Хайна. Это была ее привычка – поддакивать на манер своего имени. Светло-русые волосы чуть ниже плеч, челка заколота заколкой с подсолнухом, слегка раскосые глаза показывают ее мягкий нрав. Это моя, Ю Фудзи, девушка.

– Кто такой организатор самоубийств? Такой бизнес вообще существует?..

– Ю, а как же он узнал?

– Не знаю… Странно, что нас раньше не раскрыли.

– Возможно. А-ах. Мы ведь живем в этой старой квартирке, чтобы можно было в любой момент сбежать.

Нам с Хайной по восемнадцать лет, оба бросили учебу в старшей школе, безработные. Вот в таком бедственном положении мы с ней живем. Благодаря наследству, которое оставили родители Хайны, мы кое-как сводим концы с концами, но нам, не имеющим постоянного дохода, непозволительно жить на широкую ногу. По этой причине мы и живем в этой ветхой квартире. К тому же Хайна мыслит позитивно, а потому лучше и не придумаешь. И это правда, что бежать под покровом ночи из этой квартиры проще пареной репы.

– Позже пошалим. Сперва нужно решить, что делать с этим приглашением.

– Хай-на-а…

Хайна надула щеки и нехотя отодвинулась.

– Но, может, стоит поехать в этот особняк? И тогда он сокроет мои преступления, и еще там написано, что будет вознаграждение.

– Не стоит так легко этому верить…

Хоть я и старался казаться сильным, но понимал, что другого выхода нет. В Японии, конституционном государстве, моя девушка – опасная преступница. Если ее схватят, то приговорят к смертной казни. Она – убийца, которая способна лишить жизни плачущего ребенка. Поэтому я должен защищать Хайну. Я должен защищать ее от этого мира, который отверг ее.

– Эх… – я глубоко вздохнул. Проблема на мою голову. – Ладно, поедем в этот особняк.

– Ура! Будем с тобой в одной комнате! – Хайна обрадовалась и вскинула обе руки вверх. Как всегда, полна оптимизма. К счастью это или к несчастью.

– Я позвоню, а ты пока… – сказал я, глядя на «еду» на столе. На правую руку взрослого мужчины, лежащую на тарелке. – Доедай поскорей.

Хайна открыла рот, измазанный в крови, показала клыки, в разы острее, чем у обычного человека, и невинно улыбнулась: «Хай-на».

Аллергия.

Существуют разные виды аллергии: на яйца, на гречку, на воду и так далее и тому подобное. Ко мне это не имеет никакого отношения, я абсолютно здоров, поэтому я не понимаю чувств аллергиков. И я не понимаю того, что чувствует Хайна. У моей девушки аллергия – «аллергия на отсутствие человеческого мяса»: она не может ничего есть, кроме человеческого мяса. От говядины ее тошнит, от свинины воспаляется желудок, от рыбы – пищевод, если съест овощи, то вообще окажется на грани жизни и смерти. Ее организм способен усвоить лишь воду и человечину.

Когда Хайна родилась, ее родители оказались в крайне затруднительном положении. В младенческом возрасте она питалась лишь материнским молоком, а всякий раз, когда ее пытались покормить чем-то другим, ее рвало. Обследование в больнице не дало никаких результатов, и супруги кормили любимую дочку одним молоком.

Однажды Хайна попробовала нечто другое, нежели материнское молоко. Это был палец ее матери. Хайна с аппетитом сосала палец родной матери. В тот момент родители все поняли: грудное молоко – часть человеческого тела, значит, их дочь может есть только человеческое мясо. И супруги добывали «еду» ради своей любимой дочки. Теперь, когда ее родители мертвы, я перенял эту обязанность. Впрочем, Хайна уже не маленькая и может сама себе добывать «еду», так что мне нет необходимости этим заниматься. Ради Хайны я никогда и никого не убивал. Все, что я делаю, – помогаю ей с «едой», наблюдаю, прибираю. Я мог бы и другие обязанности выполнять.

Хайна ошиблась еще в начале своего пути. Выражаясь иносказательно, это как если решать длинное математическое уравнение, допустив в самом начале ошибку: 2*2=5. Как ни крути, правильного ответа не получишь, так и будешь всю жизнь совершать эту ошибку.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.