Падший клинок

Гримвуд Джон

Серия: Ассасини [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Падший клинок (Гримвуд Джон)

ПЕРСОНАЖИ

Тико, семнадцатилетний юноша со странными потребностями.

Семья Миллиони

Марко IV, известный как Марко Простак, герцог Венеции и государь Серениссимы.

Госпожа Джульетта ди Миллиони, пятнадцатилетняя двоюродная сестра Марко IV.

Герцогиня Алекса, вдова прежнего герцога, мать Марко IV и невестка принца Алонцо.

Принц Алонцо, регент Венеции.

Госпожа Элеонора, двоюродная сестра Джульетты и ее фрейлина.

Марко III, известный как Марко Справедливый. Прежний, погребенный герцог Венеции, старший брат Алонцо и крестный отец госпожи Джульетты.

Венецианский двор

Атило иль Маурос, бывший лорд-адмирал Средиземного моря, советник Марко III и глава тайной службы венецианских убийц.

Господин Брибанцо, член Совета Десяти, внутреннего совета, который правит Венецией вместе с герцогом. Один из богатейших людей города.

Госпожа Десдайо Брибанцо, его дочь и единственная наследница.

Сэр Ричард Гленвил, представитель Кипра в Венеции и рыцарь ордена Белых крестоносцев.

Принц Леопольд цум Бас Фридланд, незаконнорожденный сын германского императора. Тайный вождь Волчьего братства.

Патриарх Теодор, архиепископ Венеции и друг Атило иль Мауроса.

Доктор Хайтаун Кроу, алхимик, астролог и анатом герцога.

А'риал, стрега герцогини Алексы (ее ручная ведьма).

Дом Атило

Якопо, слуга Атило и член Ассасини.

Амелия, рабыня-нубийка и член Ассасини.

Таможня

Родериго, капитан Доганы, без денег с тех пор, как отказался брать взятки.

Темучин, его сержант-полумонгол.

Уличные воры

Джош, пятнадцатилетний главарь банды.

Розалин, его тринадцатилетняя напарница.

Пьетро, младший брат Розалин

ЧАСТЬ 1

…О, целый ад каких-то чар опасных,

Отец, в одной слезе его был скрыт… [1]

Жалоба влюбленной, Вильям Шекспир

1

Венеция, вторник, 4 января 1407 года.

Голый мальчик висел на деревянной стене, кандалы обхватывали обе лодыжки и одно запястье. Он несколько дней пытался освободить левую руку, обжигаясь о раскаленный наручник в надежде высвободить пальцы. Эта борьба вытянула из него все силы и, честно говоря, нисколько не изменила его положения.

— Помогите мне, — молил он. — Я сделаю все, что попросите.

Его боги молчали.

— Я клянусь. Жизнью клянусь.

Но его жизнь и так принадлежала им, даже здесь, в тесной клетке, где грудь горела при каждом вдохе, а кислый воздух становился все кислее. Боги забыли о нем.

Может, если бы он вспомнил их имена, дело пошло бы лучше.

В иные дни он сомневался в их существовании. А если они все же существуют, то полны своих забот. Ярость мальчика сменялась горечью и отчаянием, потом обращалась в призрак надежды и вновь сменялась новой волной ярости. И так раз за разом, снова и снова.

Левую руку жгло как огнем.

Какую бы магию ни использовали похитители, она сильнее его желания освободиться. Цепи новые и прочно крепятся к стене. Каждый раз, когда он хватался за цепь и дергал ее, пальцы шипели, как будто касались добела раскаленного железа.

— Милостивые боги! — прошептал он.

Как здорово было бы вернуть назад все те оскорбления, которыми он осыпал богов.

Он уже кричал на богов, проклинал их, призывал себе в помощь демонов — в отчаянии просил о помощи любого, кто услышит его крики. Какой-то уголок его сознания безумно желал снова забыться в крике, выплеснуть горечь и отчаяние. Но он уже давно сорвал голос. Да и кто придет в эту крошечную камеру без дверей? А даже если кто-то захочет прийти, то как он войдет?

Убийство. Изнасилование. Измена…

За какие еще преступления могут замуровать заживо?

Но в чем смысл наказания, если заключенный не может вспомнить свою вину? Мальчик не помнил своего имени. Не помнил, почему его замуровали в клетку чуть больше гроба. Он даже не помнил, кто заключил его сюда.

Земляной пол покрывали засохшие нечистоты.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как ему хотелось мочиться; губы покрывала спекшаяся сухая корка. Мальчик хотел спать почти так же сильно, как и освободиться, но, засыпая, он всякий раз падал на свои цепи и просыпался от обжигающей боли. Он сделал что-то плохое. Очень плохое. И теперь даже смерть не хочет принять его.

Только бы вспомнить, что именно.

«У тебя есть имя. Какое?»

Вспомнить не проще, чем вернуть надежду и дотянуться до свободы. Следующие часы мальчик провел в лихорадочном бреду. Некоторые мысли оказывались неожиданно четкими, но большинство лишь освещало пустыню его памяти.

Вместо воспоминаний — ускользающие тени и неразборчивые голоса.

«Прислушайся, — сказал он себе. — Слушай».

Он попытался. Голоса слышались снаружи, из-за деревянных стен. Много людей, и они спорили. До него доносились звуки, не громче шепота, однако он понимал: язык ему незнаком. Один голос приказывал, другой возражал. Потом что-то ударило в стену прямо напротив него.

Как будто топор или молот.

Второй удар был еще сильнее. За ним последовал третий. Деревянный мир мальчика распался, внутрь ворвался свежий воздух. Сквозь узкую щель хлынул яркий свет, и мальчику показалось — боги наконец-то пришли к нему.

2

Позднее лето 1406 года.

Почти за четыре месяца до того, как мальчик очнулся и обнаружил себя в ловушке душной деревянной камеры, юная венецианка спешила по ветхим фундаментам на северной окраине города. В некоторых местах этого странного города дорожки вдоль каналов были сделаны из кирпича или даже камня. Здесь поверх свай, вбитых в илистое дно лагуны, лежала простая земля.

После заката солнца в Венеции повсюду небезопасно, особенно для пятнадцатилетней незамужней девушки, живущей в другом районе. Но рыжеволосая венецианка надеялась успеть к солеварням до заката. Она рассчитывала выпросить себе место на одной из барж, перевозящих соль на материк.

Бордовое платье покрывали пыль и потеки пота.

Она шла не больше часа, но попала в совершенно иной мир, тот, где шелковое платье притягивает завистливые взгляды. Ее старое платье дороже, чем лучшая одежда во всем кампо гетто. Надежда на безопасный путь испарилась, когда навстречу ей из тени выступила небольшая группа детей.

Госпожа Джульетта распахнула плащ и сдернула с шеи золотой медальон.

— Возьмите его, — сказала она. — Продайте. Вы сможете купить еду.

Мальчик с ножом криво усмехнулся:

— Мы воруем еду и обходимся без твоих побрякушек. Ты ведь нездешняя?

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.