Агент в юбке

Катаев Николай

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Агент в юбке (Катаев Николай)

Данное произведение – игра воображения автора. Имена, образы, названия и события придуманы, и любое сходство с живущими или умершими лицами, событиями, организациями или названиями чисто случайно.

В России, если тебе говорят: «За деньгами зайди завтра», то это, как правило, означает, что денег на следующий день тоже не будет. Россияне в Кельне поступали таким же образом:

– Завтра прилетит Шишацкая и все оформит.

У Вероники заныло под сердцем. Она мысленно чертыхнулась, что передала конверт с документами, привезенными из Нью-Йорка, кому-то из охранников, которого прислал к ней в больнице поверженный олигарх. Внутрь ее не пустили. С превеликим трудом удалось связаться с ним на одну минуту по телефону, и сразу же возникла проблема. «Завтра» ее не устраивало. С такими, как он, полагалось поступать, как с продавцом на овощном рынке: товар – деньги. И никак иначе.

– А тебе надо поехать в цуг, – между тем продолжил говорить по телефону ее собеседник.

Вероника не представляла себе, о чем он говорил.

– Вы употребляете «цуг» вместо другого слова из трех букв, когда хотите послать кого-то? – спросила она желчно.

Поверженный олигарх на секунду задумался, соображая. Наверное, еще не совсем отошел после операции. Но потом дошло, и он хрипло рассмеялся.

– Да нет! Это город такой? Сама знаешь где.

Вероника не знала, но промолчала. Спросила совсем о другом:

– А что? Там есть достопримечательности, которые следует осмотреть?

Олигарх из госпиталя опять на секунду замолк. Все-таки перенесенная операция давала о себе знать. Соображал он медленнее, чем раньше. Ответил серьезно:

– Там фирма моя. И есть проблемы. Требуется взглянуть и поправить.

– Я не бизнес-консультант.

– Ладно! Кончай! – наконец сообразил он.

– Хорошо. Дождусь Шишковскую и сразу же поеду, – соврала она.

– Шишацкую, – поправил он. – Она и без тебя все сделает. А туда надо срочно. Чего тебе здесь сидеть?

Сидеть в Кельне действительно было незачем. Перед отъездом из Нью-Йорка Вероника прошлась по Cети, а когда ехала в такси из аэропорта, окончательно убедилась – безликий город. Новые модерновые здания? и ничего больше. Тот хилый список из Википедии с названиями музеев, церквей и домов каких-то бывших деятелей ее не вдохновил. Она планировала забрать деньги и рвануть отсюда, чтобы на них показать Ане другую Европу. Сначала Венецию, потом Флоренцию, а затем Рим. И вот теперь получение денег откладывалось. Другая Европа, соответственно, тоже.

– Зайди к моим! Там все организуют, – дал указание олигарх. – А перед отъездом заскочи ко мне. Я тебе все объясню.

– Со мной дочка, – привела Вероника, как ей показалось, самый веский аргумент. – Ей учиться полагается.

– У нее каникулы. Сама сказала.

Она действительно оговорила поездку Ани в качестве условия, при котором сама привезет в Кельн документы, в которых держатели обязательств олигарха отказывались от своих прав, и тот мог выйти с ИПО в Лондоне, не опасаясь судебных тяжб, за что Вероника рассчитывала получить свои деньги и спрятать их от американских налоговых служб на офшорных счетах на Кипре. И вот теперь он использовал ее собственный аргумент против нее.

После того как олигарх отключил связь, она стояла у окна гостиницы и глядела на офисное здание напротив, где за ярко освещенными окнами суетились, как в муравейнике, сотни людей, каждый из которых выполнял свою строго определенную функцию. И теперь Вероника сама, кажется, становилась одним из муравьев в структуре, возведенной олигархом.

«Так проколоться! Потратить столько сил и личных средств. Разве он может это оценить?»

Ей практически в одиночку пришлось противостоять в Нью-Йорке целой банде отморозков, чтобы заполучить документы, без которых он не только не вышел бы с ИПО, а вообще мог бы потерять контроль над своей промышленно-финансовой империей.

«Неужели он этого не осознал?»

Спрашивать его самого было бессмысленно. За те пару раз, когда Веронике довелось общаться с олигархом лично, у нее сложилось четкое представление о том, что он считал всех, кто стоял ниже его на вертикали власти, к которой принадлежал, расходным материалом, не заслуживающим уважения. Что уж говорить о ней самой, не имеющей никакого отношения к этой самой вертикали? Он не пытался быть элементарно вежливым. При встрече никогда не здоровался. Она тоже разговаривала с ним соответствующим образом в то время, когда приходилось ежедневно докладывать по телефону о ходе операции в Нью-Йорке. Только по существу и используя минимальное количество слов. Тогда Вероника была зависима от него, так как успех операции обеспечивал безопасность для нее самой и для дочки, и вот теперь снова попала в зависимость, так как у него зависли ее деньги. Мысленно подсчитала, сколько ушло из собственного кармана только хакерам, и прошла к мини-бару. Вообще-то Вероника не пила, но сегодня захотелось «Бейлиса».

– Мама! С тобой все в порядке?

Девочка умела чувствовать ее настроение. Пришлось заверить, что все нормально, хотя это было совсем не так.

Команда, которая прибыла вместе с олигархом, организовала для себя офис на третьем этаже в той же гостинице, где поселились. Первого, кого она там увидела, была Елена Владимировна, с которой ей приходилось общаться в Москве.

– Нашли Макдоналдс? – сразу же обратилась она к Ане, которая увязалась за мамой.

Откуда-то она уже знала, что дочке категорически не понравился ресторан при гостинице, где у них было двухразовое оплаченное питание. «У них даже пиццы нет», – был вердикт Ани. А о chicken nuggets можно было даже не спрашивать. Типичный американский ребенок, хотя и родившийся в России. Аня надулась и отказалась что-либо есть, и пришлось выйти на улицу. Благо ее любимый Макдоналдс оказался в двух кварталах от гостиницы.

– Да. Там очень вкусно, – похвалила Аня.

Вероника всегда задавала себе мысленный вопрос, как эта любезная и доброжелательная женщина может ладить со своим шефом, мужиком с повадками и с рожей провинциального бухгалтера. Единственное, что приходило на ум, – они начинали вместе работать лет тридцать-сорок назад, когда оба были еще молодыми и совсем другими. И с тех пор она сопровождала его по жизни, пока он поднимался по крутой служебной лестнице наверх, все еще сохраняя в своем воображении образ того самого по-своему прикольного парня, каким он, наверное, когда-то был. Вероника задумывалась, а есть ли у Елены Владимировны дети? Может быть. И просто по-женски чувствовала, что внучки у нее точно нет. Поэтому она так по-доброму и глядела на Аню, так и относилась к ее капризам.

– Мы для вас все приготовили, – сказала Елена Владимировна, и на этот раз эти слова предназначались Веронике.

Означало, что их патрон заранее отдал соответствующее распоряжение.

«Лучше бы мне деньги приготовили», – со злостью подумала молодая женщина, все еще не представляя себе, куда они ее отправляют и что ей там предстоит делать.

Тут к разговору подключилась другая сотрудница, значительно моложе и более бойкая на язык. Она застрекотала о заказанных билетах, гостинице и вручила ей корпоративную карточку «Виза».

– Лимит – 400 евро в день, включая проживание, питание без алкоголя и транспорта. Дополнительные расходы вы должны согласовывать со мной. Сохраняйте все чеки. Без них мы не будем принимать расходы.

Еще одной загадкой больше. Четыреста – это много или мало? Кроме незначительной суммы, которую она заплатила в Макдоналдсе, у Вероники не было опыта расходов в этой валюте.

– Вот документы, которые вы должны заполнить для отчета в течение трех дней после приезда.

Дальше пошли инструкции о порядке заполнения документов, но мозг Вероники отказывался воспринимать эту информацию.

«Потом разберусь. Конечно, если будет с чем разбираться. Моя встреча с хозяином этой лавочки еще не состоялась». И она задала вопрос, который ее больше всего волновал:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.