Колумб Земли Колумба

Вяли Хейно

Жанр: Детские приключения  Детские    1976 год   Автор: Вяли Хейно   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Колумб Земли Колумба (Вяли Хейно)

Обычный летний день

I

Антсу показалось, что он только едва задремал, когда в изголовье затарахтел будильник. Не раскрывая глаз, Антс накрыл его ладонью. И продолжал спать.

Он спал и не спал. В каком-то полусне, в неясном сновидении звон продолжался, пока мальчик — куда же денешься от назойливого тарахтения — не открыл глаза.

Сквозь верх палатки пробивался свет нового дня. «Цвирк-цвирк-цвирк…» — цвиркала над головой какая-то птица. Антс бросил взгляд на друзей. Март при каждом вдохе и выдохе свистел носом. Юло полураскрылся и говорил во сне. Ночью он был беспокойным соседом.

Антс затяжно зевнул. И сопение Марта, и сонное бормотание Юло не побуждали вылезти из постели. Воздух был прохладным, и тем приятнее было тепло под одеялом. И так ли уж всерьез шел вечером разговор о рыбалке? Разговор разговором, но ведь известно, что предприятие, которое вечером казалось таким заманчивым, утром не обязательно должно выглядеть так же.

«Цвирк-цвирк-цвирк…» — пела птичка свою песенку, и песенка эта звучала, как звон бубенчика. Ее сопровождал разноголосый хор. Антс снова зевнул — наверно, он снова чуть вздремнул — и, поднявшись, сел. Хотя надоедливый звон будильника не помешал ему снова вздремнуть, удовольствие от сна было испорчено; но если немножко подумать, то в такой излучине реки… «В такой излучине люди вытаскивают из воды килограммовых окуней!» — объявил Антс вчера вечером. А это было сказано не просто так, ради красного словца. И напрасно Юло скалил зубы — он ведь сам нигде рыбы не видел, кроме как на столе в кухне.

Раннее пробуждение и подъем чем-то напоминают вхождение в прохладную воду. Сначала пробуешь воду пальцами ноги, долго сомневаешься на берегу, но затем разом бросаешься в воду и получаешь массу удовольствия. Антс решительно отбросил одеяло, схватил сложенную в кучку одежду и вылез из палатки.

Утро было прохладным и светлым, небо ясным, каким-то особенно ярким и воздушным. Антс поискал глазами солнце — его не было. Еще не встало. Росная трава щекотала пятки. Последние остатки сна исчезли из глаз.

— О-хо-хо-хо-хо-хохо-оооо! — воскликнул вдруг Антс, набрав полную грудь воздуха. Из куста с шумом выпорхнула птица. Эха не было! И хотя ничего больше слышно не было, Антсу показалось, что утро звенит, словно хрусталь. Эх, вы, там в палатке, сколько чудес прохрапели мы по утрам!

Одежда отсырела, но не была неприятна. Антс взял приготовленные с вечера удочку и коробочку с червями. От его ног на зеленой росной траве осталась темная полоса.

Край неба засветился желтовато-зеленым. Всходило солнце.

«Из-за леса поднялось пурпурно-красное солнце…» Подобными цветистыми фразами Антс не раз начинал домашние сочинения, хотя и не имел точного представления, какой именно оттенок красного называется пурпурным. И восхода солнца из-за леса Антс никогда еще не видел собственными глазами. Даже зимой не видел, нельзя же считать восходом появление солнца высоко в небе из-за дома напротив.

Солнце всходило. Самого его еще не было видно, но на реке творились чудеса. Только что тусклый и молочно-матовый туман над водой сделался серебристым… золотистым… розовым… Свернув в излучине, река, казалось, текла прямо в солнце. Туман тоже тек и струился и начинал ярче светиться. Антс завороженный стоял в излучине реки и смотрел так, что глазам стало больно. Затем солнечное тепло коснулось его лица.

Антс двинулся дальше по мокрому от росы берегу. Он вспомнил, что много раз читал о радужно поблескивающих бриллиантах росы. Их не было. Не было и в помине. Это изумило его, но еще больше обрадовало. Это ведь было открытие; и утро безо всяких там бриллиантов было неописуемо богатым и красивым…

На прибрежные ирисы опускалась голубокрылая стрекозка. Поплавок весело плюхнулся в воду. «Ни пуха ни пера!» — пожелал ему вслед Антс.

Поплавок долго неподвижно торчал над поверхностью воды. Ну да, ведь большой окунь — это не какой-нибудь плот-веныш, который бросается на каждую крошку. Большой окунь сначала изучит наживку со всех сторон, посмотрит и подумает, но уж затем как клюнет…

Поплавок вздрогнул, вздрогнул и удильщик. Поплавок вздрогнул снова и медленно ушел под воду. Ну ты подумай, так и есть, окунь клюнул! Серебристая рыбка сверкнула в воздухе. На мокрой траве билась плотвичка, чуть побольше пальца.

— Ах ты, шельма, червяка начисто сгрызла! — ворчал Антс, но глаза его смеялись. Зря Юло вечером скалил зубы, совершенно напрасно. Ведь и эта плотвица не безмозглая дура, тут нужен человек, знающий дело. И коль есть плотвичка, и не такая уж крохотная, то будет положен рядом с нею и порядочный окунь!

Вокруг поплавка снова возник маленький водяной круг. И на поплавке, танцующем в центре расходящихся по воде кругов, замкнулся теперь для Антса весь мир, вся неповторимая прелесть утра.

II

— О-го-го-го-го-о-о-оу! — донеслось со стороны палатки.

Тупицы! Разве может рыбак, сидящий с удочкой на берегу, откликнуться!

Откликаться и не потребовалось. Вскоре оба приятеля были на берегу реки. В плавках, с полотенцами на шее, загорелые, как дачники.

— Проснулся все-таки? — изумился Март.

— Ты хоть поспал немного? — спросил Юло.

Ну и чудаки! Вот сейчас бы и клюнул большой… До чего было бы здорово! Словно по заказу, дрогнул поплавок. Серебристая добыча промелькнула в воздухе.

— Гляди, гляди, какой подходящий парень! — удивился Юло барахтающейся на берегу плотве, хотя это и не был ни какой парень, а вполне обычная малявка. — Ну что ты скажешь, а?

Рыбак только кашлянул.

— Одиннадцать штук. И в том числе четыре окуня, — пересчитал Март лежащий в траве улов. — Приличная рыба для ухи, словно на подбор. Да-да!

Что может ответить на это рыбак? И ведь верно — рыба для ухи не должна быть крупной. Большую рыбу хорошо жарить, а в походе где возьмешь для этого сковороду? Да и нет у жареной рыбы того смаку.

— Нечего рассуждать, разводим огонь, и рыбу в котелок! — взял на себя руководство Март. — Ты, Юло, займись костром, а я схожу за посудой.

Вскорости на берегу реки тянулся к небу дымок.

— Прямо вверх поднимается, будет хороший день, — утверждал Март.

Теперь с удочкой сидел Юло. Ну, да это не так просто — мол, насади червяка на крючок и вытаскивай рыбу. Не так это просто. Но Антс не стал объяснять Юло, лишь заметил:

— Пожалуй, придется сматывать удочки. Время клева уже прошло…

И это, конечно, было правильно.

— Уху можно варить несколькими способами, — поучал Антс Марта и тер спину полотенцем. До чего же все-таки приятно, когда можно вволю побарахтаться в утренней реке. Особенно если с восхода солнца был занят делом, и в результате рыба в котелке, уха уже кипит и самое время снять пену.

— Жаль, укропа нет. Да и два-три перышка лука не помешали бы, ну, да ладно…

Уха действительно получилась добрая, хотя и не было под руками укропа и лука…

— Долго спим, мужики! — говорил Антс, хлебая уху. — А жизнь проходит. Однажды посмотришь и задумаешься, что же познал ты в жизни? Ничего!

Да, они уже вовсе не дети!

— Настоящий путешественник с восходом солнца на ногах, — закончил Антс свою мысль.

Уха была довольно-таки горячей, и приходилось подолгу дуть на ложки. Попробуй при этом еще разговаривать.

— Конечно, утро — вещь красивая! — подтвердил наконец Юлой нацелился глазами на реку, край леса и ясное небо.

— Место для привала мы выбрали удачно, — заметил Март.

Мальчишки дули на ложки и молча хлебали. Это было приятное содержательное молчание. Такое молчание иной раз может сказать больше, чем слова.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.