Темные времена на Полуночном рынке

Сильверберг Роберт

Серия: Маджипур [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Темные времена на Полуночном рынке (Сильверберг Роберт)

Роберт Силверберг — признанный мастер научной фантастики и обладатель многочисленных премий Хьюго и Небьюла. Его первая повесть, детская книга «Мятеж на альфа Центавра» («Revolt on Alpha С»), вышла в 1955 году. В следующем году Силверберг получил свою первую премию Хьюго за лучший дебют и в том же году получил степень бакалавра гуманитарных наук в Колумбийском университете. Этот плодовитый автор пополнил жанр такими классическими произведениями, как «Мертвый внутри» («Dying Inside»), «Ночные крылья» («Nightwings») и «В глубь Земли» («Downward to the Earth»). В 1980 году он опубликовал «Замок лорда Валентайна» («Lord Valentine’s Castle») — первую книгу научно-фантастической серии «Маджипур», ставшей заметной вехой в его творчестве. В настоящее время он проживает в Сан-Франциско с женой — автором и издателем Карен Хабер.

Торговля у чарушников знаменитого бомбифальского Полуночного рынка шла на спад, с каждым днем все хуже и хуже. Больше всех сожалел об этом Хамбиволь Цволл, лицензированный торговец зельями и чарами, — маленькое существо из расы вронов со множеством щупальцев, солидным клювом и горящими желтым огнем глазами. Его род четвертое поколение держал маленькую палатку, пятую в левом ряду, на задах бомбифальского Полуночного рынка.

О, какие славные времена помнил он! Толпы жадных покупателей! Как они торговались, как дивились его трюкам! В те давние дни он бесстрашно отправлялся в самые удивительные края, расхаживал среди коккатричей и горгон, плюющихся огнем василисков и крылатых змей в мирах за пределами мира и возвращался с тайнами, способными удовлетворить спрос ненасытных клиентов.

А теперь… теперь…

Интерес к искусству тавматургии, возникший в Маджипуре в правление коронного владыки Пранкипина, при его славном преемнике Конфалуме лихорадкой охватил всю планету. Сам король баловался колдовством и тем подогревал моду. Но при следующих, более скептически настроенных монархах, Престимионе и Деккерете, горячка стала остывать, и ныне, век спустя после Деккерета, магия стала обычным предметом быта и пользовалась спросом не более и не менее, чем перец, вино, посуда и прочие товары. У кого возникала нужда, тот обращался к соответствующему волшебнику, однако эпоха, когда магов круглые сутки осаждали нетерпеливые клиенты, давно миновала.

Прежде колдовские ряды рынка открывались только в первый и седьмой моредень месяца. Искусственный ажиотаж помогал разогреть покупателей. Однако в последние десять лет волшебникам приходилось открывать лавки каждую ночь, лишь бы не упустить случайного клиента. А торговля все равно хирела.

Еще дюжину лет назад Хамбиволь Цволл не успевал справляться с делами. А два года назад ему пришлось взять партнера, Шостик-Виллерона из расы сусухерис, и даже вдвоем они едва зарабатывали на скромную жизнь — так охладела публика к магическим изделиям всякого рода. Сундуки пустели, долги росли. Вот-вот придется уволить единственную наемную работницу — крепкую, ворчливую скандарку, которая каждый вечер перед открытием мыла и подметала лавку.

Потому-то так взволновались они, когда через три часа после полуночи к ним в лавку с важным видом вошел высокий разболтанный юнец в ярком, аристократически облегающем голубом камзоле с вышитыми золотом складчатыми рукавами, в пышных юбках и широкополой шляпе из дорогой кожи.

Рыжеволосый, голубоглазый молодой человек был хорош собой и энергичен. Он так и лучился здоровьем. Однако Хамбиволю Цволлу почудилось в нем что-то еще. Презрительная складка губ, слишком лихо заломленная шляпа так и кричали: прощелыга, мот и бездельник!

Да что там! В прежние времена ему не раз приходилось иметь дела с такими. Но пока клиент вовремя платил по счетам, его моральный облик не заботил Хамбиволя Цволла.

Гордый аристократии замер в надменной позе, положив ладонь на блестящую рукоять меча, висевшего на широкой берибоновой перевязи, и прогудел:

— Мне, пожалуйста, приворотное зелье. Чтобы приманить любовь дамы высочайшего происхождения! Я не постою за ценой!

Хамбиволь Цволл прикрыл радость спокойной деловой повадкой. Он поднял взгляд — все выше и выше, поскольку новый клиент был весьма высокого роста, а вроны — миниатюрные создания, едва по колено человеку, — и рассудительно проговорил:

— Да-да, конечно. Мы предлагаем составы различной силы и степени воздействия. — Он потянулся к письменной табличке. — Позвольте узнать ваше имя?

Он ожидал услышать вычурный псевдоним, но посетитель небрежно ответил:

— Я маркиз Мирл Мелделлеран, четвертый сын третьего сына графа Канзилайна.

— Вот как! — несколько ошарашенно отозвался Хамбиволь.

Род графов Канзилайн числился одним из самых богатых и влиятельных на Замковой горе. Хамбиволь Цволл отыскал взглядом высокую фигуру Шостик-Виллерона у задней стены. Сусухерис всем видом выражал смешанные чувства: оптимистичная правая голова сияла от удовольствия в надежде на солидный куш, между тем как левая морщилась от отвращения к высокородному хлюсту. Врон блеском глаз пояснил напарнику, что с этим клиентом разберется сам.

— Мне, разумеется, нужны подробности.

— Подробности?

— Какую цель вы ставите перед собой: соблазнение и легкий роман или нечто более серьезное, ведущее, возможно, даже к браку? И некоторые сведения о даме: возраст и внешность, приблизительный рост и вес. Как вы понимаете, мы должны правильно рассчитать дозировку. — Он рискнул сверкнуть желтыми глазами в бледные глаза маркиза. И со всей тактичностью добавил: — Надеюсь, вы проявите откровенность в этих вопросах, иначе нам будет затруднительно исполнить ваш заказ. Как я понимаю, она молода?

— Конечно. Восемнадцать лет.

— А, восемнадцать… — Врон деликатно отвел взгляд. — И возможно, неопытна? Поймите, я не любопытствую. Но для точного расчета…

— Да, — сказал маркиз Мирл Мелделлеран, — я от вас ничего не скрываю. Она чистейшая из девственниц.

— А, — повторил Хамбиволь Цволл.

— И вращается в высших придворных кругах. Собственно, это благородная Алесандра Малдемарская. Вы, несомненно, слышали о ее красоте и уме.

Вот это новость! Хамбиволь Цволл постарался скрыть тревогу, которую пробудило в нем названное имя, и все же его бесчисленные щупальца мучительно извивались.

— Благородная… Алесандра… Малдемарская, — раздельно произнес он, — А-га.

Партнер из темного угла посылал ему яростные взгляды, предусмотрительная левая голова пылала гневом, и даже легкомысленная правая выказывала беспокойство.

— Я слышал это имя. Она, кажется, из августейшего рода?

— Ее предок в шестом колене — сам понтифекс Престимион.

— А-га…

Хамбиволь Цволл понимал, что ныряет в мутную воду. Он предпочел бы не знать, о какой даме идет речь. Но бизнес есть бизнес, а лавка едва сводила концы с концами. Чтобы скрыть колебания, он довольно долго заполнял пометками письменную табличку и наконец поднял взгляд, выражавший весьма наигранное веселье:

— Мы выполним ваш заказ за неделю. Это будет стоить… э-э-э… — Он с отчаянной поспешностью прикинул высшую цену за подобный товар и удвоил ее, ожидая, что придется поторговаться. — Двадцать роялов.

— Двадцать, — безразлично кивнул маркиз. — Пусть будет так.

Хамбиволь задумался, не стоило ли сказать тридцать или пятьдесят. Он слишком давно не имел дело с высокородными клиентами и забыл, что подобный народ совершенно безразличен к цене. Ну, теперь поздно жалеть.

— Не затруднит ли вас задаток в пять роялов?

— Нисколько. — Мирл Мелделлеран извлек из кошелька толстую лоснящуюся монету и уронил ее на прилавок. Врон дрожащим щупальцем смел задаток. — Через неделю, — сказал маркиз. — Результат, надеюсь, гарантирован?

— Разумеется, — сказал Хамбволь Цволл.

— Это безумие, — заговорил Шостик-Виллерон, едва за маркизом закрылась дверь палатки и они остались наедине, — Он нас погубит! Принцесса-девственница из рода Престимиона, вращающаяся в высших придворных кругах, а ты задумал швырнуть ее в постель четвертого сына третьего сына?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.