Промежуточная станция

Грубер Марианна

Жанр: Современная проза  Проза    1995 год   Автор: Грубер Марианна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Промежуточная станция ( Грубер Марианна)

Промежуточная станция

— А как здесь дышат? Как это все организовано? Ну, когда все вдыхают и выдыхают одновременно… Сквозняки на улицах из-за этого?

— Нет, ведь каждый дышит по-своему. Один — быстрее, другой — медленней. В общем и целом дыхание не представляет собой проблемы. Вот только когда об этом начинают задумываться…

Учреждение

Учреждение размещалось в ничем не приметном доме неподалеку от центра города. Здание выглядело заброшенным и обветшалым, и Мария долго не решалась войти в него. Она прошла мимо ворот вниз по улице, обогнула весь квартал, в нерешительности остановилась перед двухстворчатой дверью здания, словно втиснутого в ряд таких же неухоженных домов, бросила взгляд на поблекшую вывеску над входом, потом сделала еще один круг. Утро было дождливое, и небо, затянутое облаками, казалось пустым. И вокруг никого. Пусто было и в окнах домов напротив, таких же на вид нежилых и заброшенных. Только по шуму на соседних улицах можно было понять, что находишься в городе, где живут люди, занимающиеся сейчас, должно быть, повседневными делами. В этом же месте город словно вымер.

Мария дошла до перекрестка. Она сегодня рано вышла из дому, побоявшись, что не сразу найдет дорогу, но, к собственному удивлению, все оказалось несложно. Она просто двигалась на восток, все время только на восток. Она стояла и рассматривала проезжающие мимо машины, пока страх перед Учреждением не сменился другим страхом. Ее нерешительность и неприкаянный вид бросались в глаза. Она резко развернулась и зашагала назад.

В вестибюле Учреждения в нос ударил спертый воздух. Штукатурка на стенах внизу была пропитана влагой, вздулась пузырями, кое-где отслоилась. Ни вахтера, ни указателей не видно. В коридоре Мария заметила бледную, немолодую женщину, которая мыла пол. Мария остановилась. На влажном полу выделялись отпечатки ее следов.

— Есть здесь кто-нибудь? — спросила она.

Женщина покачала головой.

— А у кого можно спросить?

— Не у кого. Кто сюда приходит, сам все знает. Либо найдешь что ищешь, либо не найдешь.

Мария нерешительно шагнула вперед. Она подавала письменное заявление о приеме на работу, и ответ совершенно неожиданно для себя получила вчера по телефону. Вернее, его передал комендант, единственный в их доме, у кого был телефон. Этот мрачный, грозного вида мужчина, днем восседавший в наполовину застекленной каморке и надзиравший за жильцами, даже не пытался скрыть своего удивления, что именно Марии предлагают служить в Учреждении. Он назвал ей только адрес и время, когда ей следовало явиться, и больше ничего. Странная форма приглашения словно исключала любые дополнительные вопросы.

— Это ведь Учрежденческая, одиннадцать? — спросила Мария, чтобы только не молчать.

Уборщица, на секунду подняв голову, пробурчала: «Адрес на стене у входа», и снова принялась мыть пол.

Мария робко протиснулась мимо нее по направлению к лестничной клетке. За то время, что она уже в городе, за эти четыре недели ей стало ясно: вопросы задавать бесполезно. Все, казалось, знали, что вокруг происходит. Явно существовали известные всем правила, и каждый, кто расспрашивал о них, выглядел подозрительно.

Коридор на втором этаже был ярко освещен. Вход в него преграждал луч фотоэлемента. Мария прикрыла ладонью селеновый датчик, установленный на стене слева. Тут же приоткрылась одна из дверей. Оттуда высунулась темноволосая голова мужчины лет тридцати пяти. Он в замешательстве взглянул на руку Марии, потом перевел взгляд на ее лицо.

— Госпожа Савари?

Мария кивнула.

— Ах, да, я совсем позабыл, что вы прибыли с Севера. Там научились? — Он показал на фотоэлемент.

Мария удивленно вскинула голову.

— На Севере учат одному: вести себя как можно незаметнее.

— Вот и хорошо, вот и отлично. Если постараетесь, вы будете просто находкой для нашей работы. Входите. — Он распахнул дверь. — Я — ваш непосредственный начальник. Как меня зовут, отношения к службе не имеет. Если у вас возникнет необходимость ко мне обратиться, называйте меня просто: господин бригадефюрер. Этого достаточно. Впрочем, у вас не будет повода ко мне обращаться. Служащих Учреждения вызывают к себе их начальники.

Мария молча кивнула и вошла в кабинет. В нем не было окон, и обставлен он был совершенно неприметно: белые стены, темные полки с кипами объемистых папок, бьющая в глаза чистота, яркий свет продолговатой, лишенной каких-либо украшений люстры. Посередине письменный стол, покрытый черным лаком. Бригадефюрер сел за стол.

— За вами было установлено наблюдение, — сказал он. — У вас ловко все получается. И в самом деле можно поверить, будто вы уставились в витрину и изучаете ценники на товарах. На самом же деле вы наблюдали за прохожими по их отражениям в стекле. Вы обнаружили нашего человека?

Мария покачала головой.

— Я помню, что там была какая-то женщина в клетчатом пальто. Она раскрыла зонтик, хотя дождь еще не шел.

Бригадефюрер одобрительно кивнул.

— Отлично. Мы, разумеется, подумали о том, где вы приобрели эти навыки, а самое главное, при каких обстоятельствах. Но ведь вы приехали с Севера, и это все объясняет.

— Я особых навыков не имею, — возразила Мария, — но я старательная.

— Чепуха. Ваше лицо трудно запомнить, вы двигаетесь неприметно, живете замкнуто, как меня информировали, а главное — вы приезжая. Никто вас не знает, и вы не знаете никого, как показал ваш тест. Кстати, совершенно замечательный результат. Короче говоря, быть неприметной — ваша основная обязанность. Противник должен думать, что он в безопасности. Никто ничего не должен знать. И в один прекрасный день мы начинаем действовать. Государство обеспечивает порядок, дает людям деньги, и вдруг появляется кучка сумасшедших, которые хотят отнять у нас плоды нашего труда. Но мы умеем постоять за себя.

Мария проводила взглядом муху, облетевшую вокруг люстры и опустившуюся на стену над шкафами с деловыми бумагами.

— Да, — сказала она. — Они убивают среди бела дня. Я сама их видела.

— Что вы имеете в виду?

— Тот случай в Садовом переулке, четыре. Преступники маскировались под строительных рабочих. Мы обнаружили два трупа, записку с адресом новой квартиры, — мы действительно туда переехали, — и еще: нам потом позвонили. Сказали, чтобы мы помалкивали, вот только не объяснили о чем.

Муха жужжала над головой бригадефюрера. Он попытался поймать ее, но промахнулся.

— Садовый переулок, — повторил он протяжно, — да, точно. В анкете вы указали свой прежний адрес. Продолжайте.

— Меня уверяли, что это был разрыв сердца. У двадцатилетних-то парней, да еще одновременно!?

— Я не о том. Вы знали убитых? В протоколе вы не назвали их имен.

— Они нам не представились.

— А вашим друзьям, Джону и Терезе Мальбот, их имена известны?

Мария скрестила руки на груди.

— Эти молодые люди взялись неизвестно откуда. За месяц до этого мы вселились в дом, предназначенный к сносу, не спросив ни у кого разрешения. И когда эти двое объявились, мы промолчали, потому что были рады, что и нас никто ни о чем не расспрашивает. Мы беженцы, у нас нет паспортов и вида на жительство. На Севере люди говорили, что таких, как мы, либо сажают в лагерь, либо высылают обратно.

— Ложь от начала до конца. Забудьте об этом. Никаких лагерей не существует. Вражеская пропаганда. — Бригадефюрер откинулся в кресле и пристально взглянул на Марию. — Ваш муж мог их знать?

— Роланд? Его тогда уже не было с нами. На третий или четвертый день после того, как мы добрались до города, он отвел детей в приют, чтобы хоть Изабелла и Пьер были устроены как следует. Сам он собирался искать работу в городе. С тех пор мы его больше не видели.

— Эти двое могли быть от него.

— Вряд ли.

Марии казалось, что ослепительный, яркий свет бьет ей в глаза отовсюду. Несомненно, это был допрос. Пусть и вели его дружелюбным голосом, он от этого не становился менее безобидным. К тому же она никак не могла понять, чего от нее сейчас добиваются. Все, о чем она знала, занесено в анкету.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.