Вот мы и встретились

Троичанин Макар

Жанр: Современная проза  Проза    Автор: Троичанин Макар   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Макар Троичанин

ВОТ МЫ И ВСТРЕТИЛИСЬ

-1-

И какого чёрта она притормозила у одиноко торчащего на краю тротуара верзилы, стоически мокнущего под промозглой сыпью моросящего дождя? Он даже не пытался как-то привлечь внимание и остановить одну из машин, проносящихся мимо сплошным потоком в ярком блеске зажжённых фар и уличных фонарей. Может быть у неё спонтанно взыграла интуитивная бабья жалость к взрослому дитяти, потерявшемуся в густо застроенном и тесно заселённом многомиллионном городе? А может невольно пробудился профессиональный интерес к необычному остолопу с колоритной внешностью? Густая белобрысая шевелюра его, зачёсанная назад, пряталась под поднятым воротником светлого плаща, а лицо обрамляли внушительные баки и короткая лопатообразная бородка с пышными казацкими усами, концы которых свешивались до подбородка. А может?.. А может её тоскливое одиночество, сдавившее душу, непроизвольно потянулось к чужому несчастью в надежде разделить тягостную печаль? А может?.. Да мало ли что ещё может пригрезиться, когда погода премерзкая и настроение прегадкое, как раз такое, чтобы совершать необдуманные поступки, и нет жилетки, в которую можно было бы вдосталь поплакаться. И всё же зря она поддалась минутному настроению, зря рассусолилась, но уже поздно: заблудший йети открыл дверцу, и ей ничего не оставалось, как сердито буркнуть ему в живот:

- Садитесь!

Вместо того, чтобы быстренько воспользоваться нежданным приглашением, дикарь отодвинулся от машины, снял плащ, стряхнул дождевую влагу, по-свойски открыл заднюю дверцу, бросил одёжку на заднее сиденье, поставил на пол мягкий чемодан из тиснёного кожзаменителя с моднячим цифровым замком, перетянутый широкими ремнями с большими металлическими пряжками, аккуратно захлопнул дверцу и только тогда всунул мощнейшую нижнюю конечность в огромном башмаке на толстой подошве, никак не меньше 44-45 размера. Утвердившись ею, он, согнувшись в три погибели, вдвинул внутрь задницу, осторожно уместил её на сидении так, что бедный «Опелёк» скрипнул и заметно просел на переднее колесо. Потом, держась рукой за спинку кресла, втянул туловище и голову, которая почти достала крышу, и, наконец, задрав колено до бороды, добавил к левой правую ногу. Так же аккуратно захлопнув переднюю дверцу, обстоятельный пассажир облегчённо вздохнул.

А она, вдруг не на шутку испугавшись дикой его внешности и гигантских размеров, ругнула себя: «Дура сердобольная, безмозглая! Нарвёшься на рецидивиста! Может у него полный баул грабанутых бабок?» - пугала себя. – «Будешь тогда подельником. Заросшая морда-то явно не внушает доверия».

- Куда едем? – спросила чуть осипшим голосом, не глядя на громилу.

- На вокзал, - пробасил он.

«Точно!» - пронзила догадка. – «Когти рвёт!»

- На Курский, - уточнил рецидивист.

«Не лучше ли в ближайшее отделение милиции?» - лихорадочно соображала она. А он, будто услышав её сомнения, пояснил:

- Поезд у меня утром. Толкнулся в гостиницы – везде получил пинком ниже поясницы. Придётся на вокзале заночевать, горбатясь в кресле или скорчившись, даст бог, на лавке.

У неё слегка отпустило дыхание, и всё же опасение не прошло: «Маску напяливает!»

А страшная маска повернулась анфас и брякнула вдруг запоздало:

- Здравствуйте!

«Смотри-ка, какой вежливый», - недоверчиво оценила она лохмача.
- «Заучил манеры где-то там у себя… в зоне, да чуть не забыл». На мгновение оторвала напряжённый взгляд от близко ползущей впереди «Волги» и мельком взглянула на вежливого соседа. Вблизи его морда оказалась не такой уж неприятной и страшной. Она даже улыбнулась слегка, удивлённо приподняв уголки бледных ненакрашенных губ и чуть вскинув густые не выровненные брови.

- Здравствуйте.

Заметив её лёгкую гримасу, орангутанг тоже осклабился:

- Что? Страшен? – пророкотал, приятно перекатывая во рту букву «р». – Чем так порадовал?

Она, не убирая улыбки, переключила внимание на дорогу.

- Да нет, - ответила на первый вопрос. – Я не из пугливых, - похвасталась, почувствовав, что липкий страх прошёл, хотя их локальная ситуация в общем-то не изменилась. – В вашей богатой растительности скопилось столько миниатюрных капелек, что она стала похожа на серебряный оклад иконы для вашего… загорелого, - она не решилась выразиться точнее: задубелого, - лица, - и ещё раз более внимательно взглянула на богато заросшую физиономию, отметив приятный цвет ясных юношеских серо-голубых глаз. – Очень похожи на моего Иоанна.

- Вот чёрт! – смутился он и, достав из джинсовой куртки, чрезмерно украшенной молниями ненужных карманчиков, внушительный носовой платок, старательно стёр «серебро». – Не успел в скорых сборах избавиться, на вокзале приведусь в цивильный вид.

Она опять, уже с любопытством, взглянула на него.

- Не советую, - решилась на совет, - к вашим размерам и настоящему мужскому голосу она очень даже подходит. – Особенно ей понравился бархатный басок, так редко слышимый среди инфантильных знакомых с тенорочками и недоразвитыми баритонами.

Мужик поёрзал, устраиваясь поудобнее на тесном сидении, чуть помолчал, глядя через дёргающийся дворник на торопящиеся впереди перламутровые машины, и вдруг поинтересовался:

- А кто этот… ваш Иоанн – мой двойник?

Она освобождённо рассмеялась и показала глазами на небольшую икону, прикрепленную чуть выше ветрового стекла.

- Вот он – Иоанн – заступник всех, застигнутых в дороге.

Двойник приблизил свой потускневший оклад к иконе, внимательно вглядываясь в собрата, вздохнул сокрушённо:

- Неужели похож?

Она улыбнулась, но не стала переубеждать.

- Как ни странно, - продолжал он, - но я тоже Иоанн.

Она с ещё большим любопытством оглянулась на тёзку святого.

- Только я не божий сын, а сын Всеволодов, и не думаю, что когда-нибудь попаду в святой ареопаг: грешен сейчас и вряд ли откажусь от греховного жития ради посмертной святости.

Она нахмурилась.

- Надо понимать, что вам чужды божьи заповеди, так? Вы и в бога не верите? – спросила утвердительно, сердито сдвинув брови.

Прищученный атеист осторожно, словно медведь в посудной лавке, постарался сесть боком и безбожным лицом к ней.

- Я верю в себя, - сказал внушительно, а чуть помолчав, хмыкнул и добавил: - Однако знающие люди утверждают, что в каждом из нас сидит бог, так что – судите сами.

Защитница веры расправила брови, рассмеялась и обрадовала:

- Не только он, но и дьявол, да ещё по чёрному и белому ангелу впридачу на каждом плече.

Густо заселённый атеист даже расстроился.

- Надо же! – возроптал Иоанн, сын всего лишь Всеволодов. – А я-то всё не мог докумекать непросвещённым умишком, почему это договориться с самим собой всегда труднее, чем с любым чужаком.

Однако плодотворно начавшийся теологический семинар пришлось к обоюдному сожалению прервать: идущие впереди машины резко затормозили и встали. Замер и их «Опелёк».

- Что случилось?

- Пробка! – воскликнула она и с досадой хлопнула ладонями по рулевому колесу. Резким движением раздражённо достала из кармашка на дверце пачку сигарет, зажигалку и нервно закурила, приоткрыв стекло.

- Надолго? – поинтересовался тот, у которого свободного времени было в избытке.

- Этого и Всевышний не знает, - ответила та, для которой вечернее время было самым дорогим.

- И часто? – нудил на нервах любознательный космач.

- Да почти каждый день! – она с силой выдохнула табачный дым в оконную щель.

- Так не лучше ли добираться метром? – подал он дурацкий совет, на который всякий уважающий себя автовладелец только презрительно фыркает.

- Не лучше, - ответила сердито, не глядя на приезжего лоха. – Там полным-полно гуннов. Терпеть не могу их похотливых взглядов, сальных улыбочек и нахальных прикосновений.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.