Ольга и Константин

Макаров Артур Сергеевич

Жанр: Киносценарии  Драматургия    1982 год   Автор: Макаров Артур Сергеевич   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

АРТУР СЕРГЕЕВИЧ МАКАРОВ (родился в 1931 году) закончил Литературный институт им. М. Горького. Автор ряда повестей и рассказов. По литературным сценариям А. Макарова поставлены фильмы: «Один шанс из тысячи». «Новые приключения неуловимых мстителей», «Неожиданное рядом», «Горячие тропы», «Приезжая», «Последняя охота», «Близкая даль», «Служа Отечеству». Участие А. Макарова в создании фильма «Служа Отечеству» отмечено Государственной премией Узбекской ССР имени Хамзы.

Литературный сценарий «Ольга и Константин» готовится к постановке на киностудии «Ленфильм».

На улице уже с самого утра небо сеяло мелкий дождь, и под сводами крытого рынка было не так гулко, как обычно, парко и сумрачно.

Молодой человек и девушка остановились, пройдя в один из входов, посматривали по сторонам.

— По-моему, это в том краю, Янис, — девушка приподнялась на носках, вытянулась, пытаясь поверх голов разглядеть отдаленные ряды. — Кажется, мы с девочками там брали па восьмое марта.

— Вот, опять тебе кажется… Восьмое марта когда было, а сейчас все могло перемениться. Всегда лучше спросить, — рассудительно наставил молодой человек. И тут же обратился к пожилой даме с авоськой: — Прошу прощения: вы не знаете, где продают цветы?

— Цветы? Цветы… — задумчиво округлила дама блеклые глаза. — Кажется, напротив, за мясом. Право, точно не припомню. Понимаете ли, я зашла с другого бока и много ходила… Цепы ужасающие!

— Почему же — в той? — удивился почтенного вида человек, остановился тоже. — Их всегда продают за овощами, вся эта цветочная банда там… Во-он туда идите, как раз они и стоят.

— Вынуждена с вами не согласиться, — надменно заявила дама. — Специально не присматривалась, но, покупая свинину, я заметила, как от следующего ряда отходили с цветами! Сейчас даже припомню, какие несли…

— Благодарю вас. — Молодой человек, поклонившись уже не обращающим на пего внимания советчикам, потянул спутницу в сторону. — Пошли, это надолго.

— Знаешь, ты иди вправо, а я сюда, — предложила девушка. — Как раз встретимся у цветов.

— Ну хорошо, — не сразу согласился он, ому явно не хотелось оставлять спутницу. — Только не сбивайся в центр, а то в толпе не найдемся.

Девушка решительно скинула прозрачную накидку и, перебросив ее через руку с сумочкой, быстро лавировала среди покупателей. И очень скоро улыбнулась, довольная: впереди ей открылся цветочный ряд, предлагающий разнообразный ассортимент.

— Скажите, эти розы сколько стоят? — она осторожно потрогала тугой бутон на длинном колючем стебле.

— Три рубля, — из-под обширной кепки сверкнул цепкими глазами продавец. — Ручки не уколи, красавица… Сколько возьмешь?

— Мне нужны белые и темно-красные, но я не знаю даже сколько, дорого очень.

— Больше десяти штук берешь — два семьдесят отдам… Хочешь, вечером встретимся? Погуляем хорошо.

— Нет, что вы…

Она испуганно отпрянула, но продавец придержал ее за накидку:

— Подожди, зачем спешишь? Два пятьдесят бери… Есть у тебя телефон?

— Знаешь, обязательно тебе телефонную книгу подарю, так ты мне надоел! — сказал его сосед, заметно возвышавшийся над остальными. — Иди сюда, дорогая: белые есть, совсем темные есть… Два рубля. Выбирай.

Опасливо взглянув на него, девушка все же передвинулась к предлагаемому товару, высматривала лучшее.

— Вот эту возьми… Эту тоже и эти две. Долго стоять будут, — помогал высокий молодец в эффектном сероклетчатом, узком в талии пиджаке. — Кому подарить хочешь?

— Маме жениха, — девушка вздохнула. — Знакомиться сегодня иду. Вот эту еще… Эту тоже. И хватит, наверное.

— Почему хватит? Такой день у тебя, еще бери… Бери эти все, пусть полтора рубля будут. Ты ей очень понравишься, это я говорю, увидишь! Подожди, заверну… А эти просто возьми, раз день особенный.

— Ой, что вы! Не надо…

— Надо, надо, обидишь, если не возьмешь!

— Я даже не знаю, спасибо большое. — Она порылась в сумочке, смущаясь, положила на прилавок деньги. — Спасибо вам!

Подошедший в этот момент Янис, ошарашенный видом огромного букета, вдруг подозрительно оглядел продавца и, потемнев лицом, прошептал, склонясь к пей:

— Ты что! Как это? Каким образом, я не понимаю?

— Я тебе потом скажу, каким, — девушка заметно торопилась отвести суженого от прилавка. Но все-таки обернулась на прощанье, улыбнулась благодарно: — До свидания!

— Будь здорова… Счастья вам!

Торговцы цветами проводили взглядом удаляющуюся пару, потом тот, что в кепке, обернулся к молодому в роскошном пиджаке и покрутил пальцем у себя под козырьком:

— С ума сошел, да? Четыре тыщи километров летел подарки дарить.

— Подарок — хорошо, — рассудил стоявший следующим по ряду их пожилой рыжеусый коллега. — А цену сбивать не годится!

— Э-э, последний день, все равно, — белозубо улыбнулся высокий в ответ на упрек: — Надоело стоять, торгрвать надоело, дождь надоел… Солнца хочу!

До отправления поезда оставалось совсем немного, сутолока на перроне унялась. Стоявшие у тамбуров уже прощались, и проводники с привычной снисходительностью наблюдали оттенки расставаний.

Троица из цветочного ряда появилась вместе, высокий в сором пиджаке улыбнулся проводнице, протягивая билеты:

— Добрый вечор… Нам в одно купе, верно?

— Добрый вечер, — она развернула, посмотрела внимательно. — Места рядом, но одно боковое. Наш вагон плацкартный… Проходите.

— Та-ак… Ты опять экономишь, да? — высокий сурово смерил взглядом обладателя обширной кепки. — Я тебя какой вагон просил взять?

— Не было, честное слово, не было, — защищался тот. И постарался умилостивить: — Зато вагон-ресторан близко… Далеко идти не надо.

— Вагон-ресторан работает только с девяти утра, — укоризненно сообщила проводница. — А до отправления осталось три минуты, займите места.

Ладно, Малхас. — Высокий поднял объемистую сумку, встряхнул, и в ней многократно и стеклянно позвякало. — Молдавское вино нашел, вечер как-нибудь переждем, я думаю. А утром в девять сядем, и до Москвы я про тебя все расскажу… Чтобы знал, какой ты есть!

— Слушай, Котэ, давай места займем, а? — обеспокоенно предложил рыжеусый. — Говорил — дождь надоел, а мы стоим, мокнем.

Они один за другим вошли в вагон, и проводница встала на площадку тамбура. От головы поезда донеслось низкое мычание тепловоза, затем дрогнули и нехотя поползли вагоны.

Вагон-ресторан не мог пожаловаться на отсутствие внимания со стороны пассажиров, две официантки — на обилие свободных минут.

А из-за многих столиков нет-нет да и поглядывали на троих мужчин, большую часть времени проводивших стоя, потому что они то и дело произносили тосты.

— …еще раз хочу выпить за тебя, Константин Гогуадзе, за твое щедрое сердце, приятный характер, пусть тебе во всем сопутствует удача! — рыжеусый перевел дыхание, набрал воздуха, дабы закончить. — Чтобы ты всегда оставался веселым, умным…

— О! — поддакнул Малхас многозначительно, щуря глаза, ставшие уже маслянисто-блестящими от выпитого.

— … и таким расположенным к друзьям. Дай я тебя поцелую!

После объятий все сели. На столе только в одной из семи бутылок шампанского оставалось содержимое, и Константин звонко щелкнул пальцами, привлекая внимание официантки:

— Еще четыре… И шоколаду две плитки, пожалуйста.

— Зачем — четыре? — воспротивился Малхас. — Три довольно будет.

— Пусть стоят, — Константин взял с тарелки веточку петрушки, смотрел в окно, покусывая. Обычно улыбчивое лицо его стало серьезным, без улыбки казалось и старше и значительнее. — Ох, елки-палки, густой ты мой лес… Попилил я тебя от души!

— Где пилил? — удивился Малхас, оторвавшись от созерцания миловидной девушки за другим столиком. — Когда успел?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.