Этот странный мир

Штейман Борис Евгеньевич

Жанр: Юмористическая проза  Юмор    Автор: Штейман Борис Евгеньевич   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Борис ШТЕЙМАН

ЭТОТ СТРАННЫЙ МИР

Последнее время Сергей Иванович стал сильно уставать от неправдоподобия окружающей жизни. Все, буквально все вокруг было не так. Соседи откуда-то взяли огромную собаку. Неожиданно выйдет на лестничную площадку и стоит, молча, с обвисшими щеками. Никто не говорит, что во всем мире должны быть только одни маленькие мопсики, но хотя бы нормальных средних размеров. А тут? "Может, пугают?.. Не должно быть таких собак..." - сомневается Сергей Иванович и, хоть боится ужасно, гладит собаку, чтоб удостовериться. Точно, так и есть.

Или тетка, которая убирает лестницу и по совместительству выносит мусор. Маленькая-премаленькая, ужасно толстая, сильно расширяющаяся к низу. В зеленой вязаной шапочке с помпоном. Настоящий небольшой колокол. Катит вечером мусор в приспособленной для этого дела детской коляске. А сверху еще гора мусора в детской ванночке. "Кажется", - думает Сергей Иванович и гладит мусорщицу, чтобы удостовериться.

- Вы чего?
- приятно удивляется мусорщица.
- Неужели, чтоб удостовериться, обязательно потрогать надо? Я на работе! Прошу извинить, - и добавляет совсем уже ласково: - Много гадят на лестничных ступенях. Повадились!

- Много, - охотно соглашается Сергей Иванович и с тоской думает: "Да, точно, настоящая".
- И еще кнопки жгут, которые, чтоб лифт вызывать, - и как бы извиняясь за свое недоверие, добавляет на прощание: - А мусор у вас сегодня очень хороший, прямо отменного качества!

- Да будет вам! Вчера лучше был, - машет жеманно толстенькой ручкой мусорщица, улыбается кокетливо белым сдобным лицом, моргает глазами-изюминками и катит себе дальше.

А Сергей Иванович вдруг вспоминает: кто-то говорил, что она очень любит всех поучать, как надо жить. "Невероятно, - болезненно морщится Сергей Иванович.
- А может, наоборот? Проклятые сплетники, которые во все суют свой нос, и все по этой причине знают, и должны поучать других, как надо жить?"

На работе Сергея Ивановича одолевает заведующая. "Могут ли у курицы быть имя, отчество, фамилия и взрослый сын-балбес?
- напряженно размышляет он и часто советуется в метро с попутчиками. Половина отвечает вопросом на вопрос:

- А кем, позвольте спросить, она вам доводится?
- Народ деликатный и боится ошибкой ранить незнакомого человека.

- Она мне доводится заведующей, - объясняет терпеливо Сергей Иванович.
- По служебной линии. Очень энергичная такая, знаете ли, большая, белая.

- Тогда вполне может иметь фамилию и все прочее остальное, - отвечают одни понимающе.

- Совершенно исключено!
- точно так же безапелляционно заявляют другие.
- Заведующей курица может быть очень легко. Но имя и все прочее... Совершенно, батенька, исключено!

Сергей Иванович еще со школьной скамьи имеет свойство - обязательно до всего докапываться. Вот и завел один раз, как бы невзначай, разговор о большой пользе слабо проращенной пшеницы, незаметно наблюдая за заведующей. Та, слегка порозовев, заинтересовалась, чем сильно укрепила подозрения Сергея Ивановича. И он решил как-нибудь непременно продолжить это исследование, имеющее несомненный научный интерес.

У Сергея Ивановича стол около двери. Он сидит сиднем и редактирует разные научные статьи. А заведующая в другой комнате. Дверь открыта, и она смотрит на Сергея Ивановича, когда он согбенный редактирует, и даже в эти моменты испытывает к нему непонятные и довольно сильные чувства. "Материнские...
- пытается проанализировать Сергей Иванович.
- Как к нелюбимому сыну... Это ничего, что мы ровесники. Совершенно не мешает... У женщин с чувствами все гораздо сложнее и иногда бывает изрядная путаница..."

Но долго смотреть на Сергея Ивановича заведующая не может. Нервы уже не те.

- Сергей Иванович! Подойдите ко мне! Срочная работа! Андрей Андреевич прислал статью своего учителя. Тоже академика. Надо очень тщательно. Очень!

Сергей Иванович прикидывает и так, и эдак. Выходит, учителю около ста лет.

- Ему недавно исполнилось девяносто пять, - почтительно поясняет Большая белая.

- Очень кстати, очень, - отвечает хмуро Сергей Иванович.

А Большая белая обиженно удаляется на свой наблюдательный пост. Она подозревает Сергея Ивановича в коварстве и различных тонких ехидствах.

"Защита главного направления..." - читает название статьи Сергей Иванович. "Начало неплохое... Может, что-нибудь перепутал? Все же годы, как ни крути. Вторглось военное прошлое, вот и накатал под горячую руку... Ну, да не беда! Не впервой. Разберемся!" – бодрится он.

Погружается Сергей Иванович в академический мир. Формулы, почтительное упоминание нобелевских лауреатов по имени и отчеству. Но без лишнего трепета. Все же свои... Вместе за круглым столом... Уютный научный мир. Каждый на своем месте.

- Если вы - настоящий мужчина, почините замок!
- игриво кричит заведующая.

Сбивается Сергей Иванович с научной волны. Но на такие дешевые крючки уже лет десять не клюет и продолжает осторожно двигаться по пути, предложенном академиком.

- Ни одного настоящего мужчины!
- не унимается заведующая.
- Почините хотя бы шкаф! Или разрежьте на две части стол, будет две тумбочки. Одна - вам! Была бы пила, я бы сама разрезала! – Бурлит энергия в теле заведующей, ищет выхода.

Завлекает академик Сергея Ивановича в свое босоногое детство. "Хочет танцевать от печки...
- сочувственно констатирует Сергей Иванович.
- Сильно уже изношен организм, но дух боевой..."

Катятся круглые дрожащие математические значки, тщится рука соблюсти прямую линию, но не выдерживает, сбивается строка куда-то вниз. "Уж больно легко все объясняется с физической точки зрения, - недоволен Сергей Иванович, чувствует подвох. И точно. Все непонятней становятся закорючки, то ли славянская вязь, то ли китайские каракули. Уж совсем разобрать ничего нельзя.
- Видимо, подустал бедолага... Вроде бы речь о климаксе идет. Но тогда причем здесь радиофизика?.. Неужели при помощи всемирного тяготения все хочет объяснить?!
- осеняет Сергея Ивановича интуитивная догадка.
- Приливы, отливы... при участии Луны? Закон, конечно, универсальный, спору нет... Тянет старикан на открытие, тянет. Чует мое сердце!" - раздраженно бьется над ребусом, ожесточается в бесплодном поиске Сергей Иванович, изрядно одуревший и уже совершенно заплутавший в коварном лабиринте.

"Подумал бы лучше о бессмертной душе!..
- корит академика Сергей Иванович и с трудом разжимает зубы.
- Все! Хорош! А то не вырваться. Так и будешь блуждать до самой смерти в чужих непонятных мыслях. Своих забот полон рот!"

- Я на обед!
- сурово бросает он пару зерен пшена заведующей и громко хлопает дверью.

А сам ни на какой обед уже давно не ходит, а катается на метро, где общается с разными местными и приезжими людьми. Хорошо думается в метро о полнейшем неправдоподобии и очевидной странности окружающего мира.

Райка подворачивается по чистой случайности. Небольшого росточка, в желтой блестящей куртке и объемных брюках. Лицо круглое и круглые глаза. Райка - стопроцентная пэтэушница, мечтает закадрить какого-нибудь выездного чувака и махнуть с ним туда. В голове у нее вата вперемежку с воспоминаниями о гнусно проведенном детстве. Райка совершенно не во вкусе Сергея Ивановича.

- Вы что, ооновец?
- интересуется она.

- Почти, - уклончиво отвечает Сергей Иванович.
- А точнее - выездной панк!

- Шутите! А я сразу спетрила, - радуется Райка и, отметая ненужные сомнения, уточняет: - Небось, разведенный? Потому и не в загране. Вон пуговица на нитке болтается. Можете придти стричься в наш салон. Обработаю, как своего. А вечером - в бар. Может, присоветуете, какой получше?

Всеобщего интереса к молодежи Сергей Иванович не разделяет "Все мы когда-то были в той или иной степени молоды. И нечего устраивать бури и заигрывать, а больше внимания уделять старости. И с разных сторон ее изучать!" – полагает Сергей Иванович.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.