В жерле вулкана

Мур Улисс

Серия: Секретные дневники Улисса Мура [11]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
В жерле вулкана (Мур Улисс)

Дорогие редакционные друзья, пишу вам это письмо, находясь далеко в море. Но не спрашивайте, в каком, потому что вряд ли смогу ответить.

Короче говоря, ситуация такая: один путешествует, остальные ищут его. Другой, как вы знаете, упал в пропасть, и с ним покончено. Но вместо него на сцене появилась новая фигура. И это полная неожиданность, потому что она более двенадцати лет пребывала, так сказать, в изоляции.

У меня и в самом деле очень мало времени, чтобы подробно всё объяснить, так как соединение с Интернетом то и дело прерывается, а мне хотелось бы успеть отправить вам последнюю рукопись Улисса Мура. Как всегда, я позволил себе поправить её и дополнить недостающие части.

Что касается нас с Фредом Засоней, а он тут, рядом, то признаюсь: мы заняты интересным чтением, хотя я и не назвал бы это занятие «приятным развлечением».

Об остальном пока молчу, но поверьте, выясняются поистине поразительные вещи.

Кто бы мог подумать!

Искренне ваш, издатель

Глава 1. Как она сюда попала?

В коридоре кондитерской «Лакомка» скрипнула дверь – старая деревянная, ничем не отличающаяся от точно таких же других.

Впрочем, если присмотреться, кое-какое отличие всё же имелось – необычная замочная скважина с чеканной накладкой, украшенной узорчатыми завитушками, слегка поблёскивавшими в полу тьме.

Дверь скрипнула ещё раз, теперь уже громче, и тревожный звук этот эхом отозвался в пустом помещении.

Глубокая ночь, столики в кондитерской сдвинуты в угол, на полу толстый слой ила и множество других следов потопа. На прилавке чудом уцелел серебряный поднос с крошками. В воздухе по-прежнему ощущается аромат ванильного крема, изюма и кекса с цукатами. Входная дверь в кондитерскую приоткрыта, на улице ни души.

Мутный поток несёт из центра города вниз, к порту, обломки и разный мусор.

Город погружён во тьму: не горят уличные фонари, нет света в окнах домов, не светится и лампадка, которую отец Феникс всегда зажигает на колокольне.

И маяк Леонардо Минаксо на высоком мысе этой ночью тоже тонет во мраке. При мерцающем свете звёзд лишь иногда серебрится волнистое море.

Килморская бухта полностью погружена во тьму. И в ночной тишине особенно громко прозвучали удары в дверь кондитерской.

Сначала один.

Потом второй.

После третьего удара старая дверь распахнулась, впустив целый рой мошкары, жаркий, влажный и удушливый воздух.

И в проёме двери появились двое ребят. Они едва держались на ногах от усталости и, переступив порог, прислонились к стене, чтобы не упасть.

Один из них захлопнул дверь ногой, и оба стали отмахиваться от насекомых.

На голове одного из ребят смешной, похожий на кокосовый орех железный шлем со вмятиной на боку, на мальчике жёлтые шаровары, с крупными пряжками на голенях, какие носили зуавы. Грязные, босые ноги покрыты царапинами и укусами.

– Они съели меня заживо! – воскликнул другой мальчик и принялся судорожно чесать шею и красные зудящие руки. Он в лохмотьях: рваная рубашка, такие же, как у первого мальчика, штаны и изношенные кожаные сандалии. – Самая мерзкая мошкара, какая только может быть!

– И не говори! – кивнул его друг в смятом шлеме.

Ребята вышли на улицу и, убедившись, что поблизости никого нет, направились к морю.

– Хватит! – заявил мальчик в лохмотьях и побежал, на ходу срывая с себя рваную одежду и обнажая светлокожее тело, покрытое красными волдыриками.

Перепрыгнув через невысокое ограждение прибрежной дороги, он помчался по холодному песку, обогнул валявшиеся там кресло и скамейку и с разбегу бросился в воду.

Другой мальчик двигался не спеша: он снял помятый шлем, взъерошил рыжие, мокрые от пота волосы и не торопясь ступил в воду.

– Ну как, лучше? – спросил он, когда друг вернулся на берег.

– Мне казалось, крыша поедет!

– В джунглях все насекомые такие.

– Да, но… – Мальчик с волдырями на коже со злостью взглянул на низкое здание кондитерской. – Никак не думал, что они такие голодные! Смотри, сколько укусов!

Рыжеволосый мальчик зевнул, потёр глаза и подождал, пока его друг попрыгает на одной ноге, вытряхивая воду из ушей.

– Ну что, можем идти? – спросил он. – Умираю, так хочу спать.

Его приятель кивнул и, подобрав свои лохмотья, оделся. Мальчики поднялись на дорогу и молча вернулись к кондитерской.

И тут вдруг услышали, как там что-то громко щёлкнуло.

– Слышал? – спросил рыжеволосый мальчик, останавливаясь.

Прокричала чайка. Прошелестел прибой. И больше ничего.

Рыжеволосый мальчик жестом дал понять приятелю, чтобы тот подождал, и заглянул в вит рину.

Ночной воздух казался густым и неподвижным. Главная улица Килморской бухты пересекала центр города и тянулась дальше, к холмам, к старому заброшенному вокзалу.

Ставни во всех домах закрыты. И только в здании ветеринарной клиники, куда поместили горожан, пострадавших во время недавнего потопа, светились окна: там горели свечи и масляные лампы. Когда отключилось электричество, пришлось прибегнуть к старинным способам освещения.

«Лакомка» каким-то чудом избежала беды – цунами не разрушило её.

В кондитерской снова раздался щелчок.

Ребята переглянулись и вошли внутрь. В полутьме что-то двигалось по прилавку.

– Не может быть!.. – проговорил рыжеволосый мальчик.

– Как она сюда попала? – удивился другой.

На серебряном подносе сидел, явно довольный, что полакомился самым вкусным во всей Англии кондитерским кремом, котёнок пумы – совсем маленькая пума.

– Наверное, проскользнула в дверь, прежде чем мы закрыли её!

Крохотный пушистый комочек спрыгнул с прилавка и стал тереться о ноги мальчика в рваной одежде.

– Это невероятно!.. – произнёс он, прислонясь к дверному косяку, бесконечно усталый и разбитый.

– При том, как упорно преследуют тебя пума и насекомые – проговорил его приятель, надевая помятый шлем – путешествие через Дверь времени явно не для тебя.

– Что же теперь делать? – спросил мальчик в рваной одежде, с тревогой глядя на маленькую пуму, которая стала кататься по полу у его ног.

– Ну, не оставлять же её в кондитерской! – ответил его рыжеволосый друг.

И, наклонившись, поймал пуму за лапу. Та попыталась вырваться, выпустив когти, но как только мальчик взял её на руки, успокоилась. Похоже, она нисколько не боялась людей.

– Молодец, малышка! А теперь иди к своему новому хозяину.

– Я не хозяин! – возразил мальчик в лохмотьях, но уже спустя мгновение котёнок оказался у него в руках. – Рик, ради бога! Не нужна мне эта пума! Я не знаю, что с ней делать!

Маленькая пума замурлыкала, ужасно довольная.

Мальчик в помятом шлеме улыбнулся:

– Но ясно же, Томми, что ты нравишься ей!

Глава 2. Какую дверь выбрал Улисс Мур?

– Об этом не может быть и речи! – воскликнул Блэк Вулкан, едва Рик Баннер и Томмазо Раньери Страмби появились перед ним.

Заброшенный вокзал Килморской бухты представлял собой нечто вроде огромного здания викторианской эпохи, в котором, словно в оранжерее, выросла небольшая рощица.

Блэк Вулкан, в прошлом начальник этого вокзала, привёл в порядок фасад здания, удалив все вьющиеся растения, опутавшие его, но оставил деревья.

Перед билетной кассой, где пол когда-то покрывала плитка, образовался мягкий ковёр из мха.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.