Искатель. 1997. Выпуск №3

Брэдбери Рэй Дуглас

Серия: Журнал «Искатель» [213]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Искатель. 1997. Выпуск №3 (Брэдбери Рэй)

Искатель. 1997

Выпуск № 3

Сергей Высоцкий

ПОДСТАВНЫЕ ЛИЦА

Сергей Александрович Высоцкий родился в Ленинграде, в 1931 году.

Автор шестидесяти книг. Его романы и повести печатали в Германии, Чехии, Болгарии, США, Вьетнаме и других странах.

По сценариям писателя снято шесть художественных кино- и телефильмов.

Высоцкий лауреат 15 литературных премий, в том числе нескольких премий МВД, премии СП РСФСР и Уралмаша имени Кузнецова и других. За книгу о великом русском юристе Анатолии Кони Министерство юстиции наградило его «Медалью А.Ф.Кони».

Все герои и события в этом романе выдуманы.

Любые аналогии неправомерны.

ПРОЩАЙ, КОМОК!

Еще три месяца назад Павлов торговал спиртным в захудалом комке. «Первое перо» городской газеты, проклиная судьбу, живописал поклонникам ярких этикеток достоинства дешевых экзотических ликеров и поддельных коньяков.

Вначале торговля шла успешно. Он приносил домой до полутора миллионов в месяц. Хозяин ларька, маленький тощий кавказец, похлопывал его по плечу и сулил золотые горы.

— Молодец, Ленчик! Через год откроешь свою торговлю.

Но Павлову так обрыдло постоянное общение с «клиентом» — то пьяным, то глупым, то агрессивным, а зачастую соединяющим в себе все эти ипостаси, — так противно было выдавать подачки власть имущей мелкоте: инспекторам всяческих надзоров, милиционерам, чиновникам, — что он уже начал подыскивать себе работу на стройке.

Он уже давно перестал заниматься рекламой той дряни, от которой ломился его ларек. Однажды он поймал себя на мысли о том, что восхвалить столь милый сердцу молоденьких медсестер и продавщиц третьесортный ликер «Амарето» — все равно, что строчить по заказу главного редактора лживые статьи о расцвете демократии и высоком рейтинге властей предержащих.

Из газеты Павлова «выдавили». «За строптивость», — сказала заведующая отделом, молодая красивая бездельница. «За отсутствие «политического чутья», — шепнул главный редактор и непроизвольно оглянулся. Не услышал ли кто-нибудь посторонний его приговор Редактор был из крепкиx партийных газетчиков и теперь люто ненавидел врагов новой власти. К этим им врагам он причислил и Леонида, пытавшегося отстаивать право на собственное мнение.

Из винного комка Леня собирался слинять сам.

Удивил Павлова хозяин Мурад. Однажды теплым майским вечером, закрыв пораньше ларек, они выпили с ним по бутылке все той же тошнотворной «Амареты». Как говорится, без напряга. Даже отрава сближает. Леонид изложил кавказцу свои взгляда на жизнь. В частности, поведал об отношении к хозяевам, продавцам и покупателям.

— Джигит! — обрадовался Мурад. — Я такой же! Мне эта торговля… —

Он рубанул тонкой, смуглой и не очень чистой рукой по горлу. Хотя какая уж у него была торговля? Вечерами собирал деньги, рано утром привозил на разбитом «Форде» товар.

Найти работу в журналистике было непросто, и Павлов торговал.

Помог ему избавиться от опостылевшего ларька университетский профессор в далекие студенческие годы преподававший на факультете стилистику.

Леонид заметил профессора издалека. Крупный старик бодро шагал от станции метро напрямик к ларькам. Бритая голова независимо поблескивала в толпе.

«Лучший способ сохранить до глубокой старости густую шевелюру, — поучал он студентов, — брить голову. Ни перхоти, ни ломких волос». Профессору приходилось верить на слово. Он так и проблистал всю жизнь похожей на гандбольный мяч бритой головой.

Несмотря на то, что ларьков было несколько и стояли они плотным сомкнутым строем, Леонид почувствовав, что профессор Вязников идет к нему. Предстать перед знаменитым стилистом в образе торговца сомнительными спиртными радостями Павлову показалось нестерпимо стыдно. Не раздумывая, он стремительно присел за прилавок. И тут же услышал такой знакомый профессорский басок:

— Ведите себя прилично, Павлов!

Леонид почувствовал себя мальчишкой, которого застукали на лекции за игрой в «балду». И это ощущение помогло ему справиться со смущением.

Здрасте, Борис Аркадьевич! Какой сюрприз! — зачастил он, стараясь не глядеть профессору в глаза — А меня приятель попросил ларек постеречь. Встречает бабушку на Курском вокзале.

— Да, да! Бабушку…

Профессор покашлял в кулак. Посмотрел на Леонида скептически:

— Я к вам по делу.

— А как вы?.. — начал бывший студиозус, но Вязников остановил его взмахом широкой загорелой ладони. В студенческие годы за этим взмахом следовала фраза: «Напишите объяснение декану».

Я следил за вашими газетными опытами. Неплохо, неплохо. У вас дар полемиста. Хороший русский язык. Но, помилуйте, Павлов, что за лексикон вы использовали в последних статьях?! Зачем же опускаться до всех этих «тусовок», «сейшен», «упакованных» и «прикинутых»? А в очерке о тюрьме вы позволили себе ненормативную лексику.

— Это не я! — попытался оправдаться Леонид. — Завотделом, стерва, вставила!

— Хорошо, хорошо! — согласился Вязников. — Наверное, вы этим же словом назвали заведующую и в глаза. За что подверглись увольнению. Суть в другом. У меня к вам деловое предложение. Мой знакомый — крупный банкир и издатель, — слово «издатель» профессор произнес с нажимом, как всегда делал на лекциях, когда хотел, чтобы какая-то мысль или слово покрепче втемяшились в студенческие лохматые головы, — пишет мемуары. Ему нужен литературный секретарь.

— Сиречь, литзаписчик?

— Литературный секретарь, — строго повторил профессор.

— Батя, ты долго будешь у ларька отсвечивать? — поинтересовался у него одетый в джинсу парень. На большом животе представителя мелкого бизнеса красовался толстенный черный кошелек. А на кошельке — маленький латунный замочек. Демонстрируя свою начитанность, парень добавил:

— «Деньги есть — бери сыры, денег нет — сыры обратно!»

— Господин упакованный, пройдите к другой торговой точке. Здесь ревизия, — сурово отчеканил Вязников, обернувшись к джинсовому.

— Во дает! — изумился тот. И, покрутив головой, удалился без дальнейших комментариев.

— С кем поведешься! — Профессор сконфуженно улыбнулся. — Но вернемся к теме. Банкир пишет сам. Чаще надиктовывает в диктофон. Но у него нет времени рыться в архивах. Восстановить факты из биографии дедов, прадедов, уточнить генеалогию.

— Все нынче хотят стать графьями и князьями, — проворчал Леонид. — По меньшей мере — потомственными дворянами.

— Павлов! Даже в шутку не говорите «графья». Мы все любили посмеяться над одним государственным мужем. Вышучивали его, распевая «принять, занять и углубить». А итог? Так и повторяем как попугаи: принять, занять и углубить! Кто кого выучил? Теперь о моем знакомом. Его предки — люди духовного звания. И родословную свою он знает по семейным преданиям. Но ему хочется подкрепить все документально. И главное — ухватить аромат времени. Если позволите выразиться красиво.

Леонид хотел возразить — ну какой можно уловить «аромат времени» в передаче третьего лица? Но решил промолчать. Человек пришел к нему с предложением помочь, а он пререкается Да с кем? Со своим бывшим кумиром! Стилистом № 1.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.