Любовь по расчету

Стрэттон Пенелопа

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Любовь по расчету (Стрэттон Пенелопа)

Глава первая

— Тетушка, это возмутительно!

Леди Грейсбурн вздохнула, встретив пламенный взгляд племянницы. Она знала, что Дианта воспримет новость неодобрительно, но никак не ожидала подобного всплеска эмоций.

— Но, дорогая, — попыталась она объяснить терпеливо, — было бы неслыханно, если бы Шарлотта не вернулась к супругу.

— Именно так говорили бы в свете, — согласилась Дианта, — но, как мне кажется, жестоко заставлять женщину жить с таким мужчиной, как Фаррелл, лишь потому, что на каком-то клочке бумаги написано, что они супруги.

— Если бы речь шла лишь о клочке бумаги, дорогая, — мягко возразила леди Грейсбурн. — У них четверо детей. И, кроме того… — она торопилась высказаться прежде, чем сообразительная племянница откроет рот, — Шарлотту никто не заставляет. Она сама хочет вернуться к Фарреллу. Она утверждает, что никогда бы не покинула супруга, если бы не ты. Именно ты внушила Шарлотте мысль, что ни одна женщина не сможет жить с мужчиной, совершившим подобный проступок.

— Естественно, если у нее хватит силы воли, — подтвердила Дианта.

— Но бедняжка Шарлотта не такая. Она очень привязана к Фарреллу, а ты, как мне известно, считаешь это проявлением слабости…

— После всего, что он наделал, — конечно, — твердо произнесла Дианта.

Разговор тети с племянницей происходил в Грейсбурн-хаусе, в Лондоне. Женщины сидели в комнате, залитой лучами яркого летнего солнца. Внешне они были очень похожи — обе с темно-голубыми глазами и живыми, выразительными чертами лица. Однако на этом их сходство заканчивалось. У леди Грейсбурн было кроткое выражение лица, а глаза часто смотрели озадаченно. Лицо Дианты, напротив, удивляло своим не по годам решительным выражением, несколько усиленным волевым, но изящным подбородком.

Девушку не без основания считали красавицей — ее лицо было прекрасным, кожа — шелковистой, шея — лебединой. Но это не могло компенсировать ее недостатков. В обществе за ней закрепилась слава слишком вольнодумной леди. Неизвестно, от кого унаследовала Дианта черты характера, настолько несвойственные созданиям ее пола и возраста. К тому же она обладала острым умом, который ей не доставало хитрости скрывать. Словом, если бы Дианта не являлась наследницей огромного состояния, ее дядя давным-давно простился бы с надеждой выдать племянницу замуж.

Летом 1814 года Дианте Хелстоу исполнилось двадцать лет — довольно много для девушки на выданье, пусть даже такой красивой и богатой, как она. Поиск подходящего супруга оказался нелегкой задачей. Мать Дианты происходила из хорошей семьи, а отец, к несчастью, был сыном банкира, чье огромное состояние и составляло ее наследство. С капиталом мисс Хелстоу могла, конечно же, питать надежду выйти замуж «за титул»… Если бы не происхождение этих денег!

Разумеется, были мужчины, которых стесненные обстоятельства заставляли поглядывать в ее сторону. Лорд и леди Грейсбурн неусыпно опекали племянницу, оберегая ее от охотников за приданым. Но в этом не было необходимости, потому что любой, кто пытался пустить Дианте пыль в глаза, наталкивался на непреодолимое препятствие. Мисс Хелстоу имела весьма неромантичные взгляды на жизнь. Ходили даже слухи, будто она сомневается в том, что вечная любовь вообще существует.

Подобные не по-женски циничные рассуждения и стали причиной ссоры с тетушкой. Шарлотта, приемная дочь леди Грейсбурн, в то утро заявила о своем намерении покинуть родительский дом и вернуться к покаявшемуся супругу. Она хотела забрать с собой своих четырех отпрысков, портивших жизнь всем домочадцам, против чего Дианта категорически возражала.

— Ума не приложу, что еще можно посоветовать бедняжке Шарлотте, — сказала леди Грейсбурн. — Конечно же, ее место рядом с Фарреллом… И потом, они просто не могут остаться здесь.

— Мальчики всегда меня слушаются, — произнесла Дианта, разгадав подтекст замечания тетушки.

— Это потому, что вы постоянно играете в крикет, — горячо возразила леди Грейсбурн. — Твой дядя был чрезвычайно недоволен состоянием лужайки, не говоря уже о разбитом окне в библиотеке.

Дианта усмехнулась.

— Однако он не возражал против их присутствия в доме.

— О, дорогая, все мы так тебе благодарны! Только подумай, что могло бы случиться, если бы некому было за ними присматривать… — возмущенно передернула плечами тетушка.

— Как бы то ни было, — продолжала Дианта, — крикет здесь ни при чем. Дело в стойкости духа, а у Шарлотты ее никогда не было.

— Нелегко быть твердой с мужчиной, — кротко возразила леди Грейсбурн, — особенно, если ты его любишь.

— Я так и знала! Опять любовь! Шарлотта вышла за Фаррелла по любви, и с тех пор он вьет из нее веревки.

— Дорогая, прошу тебя, не говори так! Это неприлично.

— Но почему? В свете презирают любовь. Кузен Берти называет ее «ловушкой для простаков», и я с ним полностью согласна.

Леди Грейсбурн глубоко вздохнула. Трудно сказать, что огорчало ее больше — безрассудство ли племянницы или тот факт, что они вообще были родственницами.

— Кузен может себе позволить говорить такие вещи, а ты — нет. Ведь он джентльмен.

— Дядя Сэлвин так не считает, — Дианта не думала уступать. — Я слышала, как он говорил, что Берти можно назвать кем угодно, но никак не джентльменом.

— Я хотела сказать, что Берти — мужчина, и его мнение не должно тебя волновать.

Дианта склонила головку набок, и ее голос вдруг стал робким и тихим. Это не предвещало ничего хорошего, и тетушка об этом прекрасно знала.

— Вы полагаете, нет ничего предосудительного в том, что Берти говорит: «…хорошо крутить роман с молоденькой вертихвосткой, но боже упаси от чопорной девицы»?

— Дианта, — взвизгнула леди Грейсбурн, — замолчи немедленно! Неужели Берти посмел произнести подобную пошлость в твоем присутствии?

— Я не могу молчать и говорить одновременно, милая тетушка, — с улыбкой сказала Дианта.

Леди Грейсбурн с трудом подавила свое негодование.

— Ответь мне: Берти посмел заговорить в подобном тоне в присутствии леди?

— Он не знал, что я находилась рядом. Я проходила мимо курительной комнаты дядюшки, а дверь была не заперта.

— Тебе следовало тотчас же уйти!

— Знаю, но я этого не сделала. Я даже удивилась своему поведению. Нет, меня невозможно исправить! Очевидно, я напрочь лишена деликатности и навсегда останусь на вашем попечении.

— Дело не в деликатности, — из последних сил продолжала настаивать тетушка. — Тебе уже двадцать, а на горизонте ни одного кавалера. Их и не будет, если ты не прекратишь повторять, что не веришь в любовь.

Дианта нахмурилась.

— Как бы то ни было, я не верю, что любовь так уж необходима. Это чувство не приносит ничего, кроме страданий. Вы с дядей — самая счастливая пара, какую я когда-либо встречала, хотя вас познакомили родители. До свадьбы вы едва знали друг друга.

— Да, это так. Я рада, что ты доверяешь нам в выборе будущего супруга.

В глазах племянницы сверкнул огонек. Она имела в виду совсем не это! Как самая что ни на есть романтичная леди, Дианта хотела сама выбрать себе мужа, но… исходя из собственных соображений. Однако она предпочла промолчать, а тетушка между тем продолжала ее уговаривать:

— Девушка не должна слишком много думать о романтических чувствах, но ей и не следует твердить всем и каждому, что она в них не верит. Мужчине нравится думать, что избранница любит его.

— Вы хотите сказать, что им нравится, когда их обманывают? — упрямо спросила Дианта.

Леди Грейсбурн вздохнула.

— Да, дорогая, именно это и доставляет мужчинам удовольствие, и я буду очень разочарована, если ты не научишься этого делать.

— Но как можно врать, если все, что я вижу вокруг, — результат того, что люди придавали любви слишком большое значение? Шарлотта и Фаррелл поженились по любви. Дядя Сэлвин говорил, что никогда не видел мужчину, настолько опьяненного счастьем. Но прошло двенадцать лет, и что же? Фаррелл волочится за каждой юбкой!

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.