Я - не серийный убийца

Уэллс Дэн

Серия: Джон Кливер [1]
Жанр: Маньяки  Детективы    2013 год   Автор: Уэллс Дэн   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Я - не серийный убийца (Уэллс Дэн)

Посвящается Робу, который дал мне самый сильный стимул, какой может дать младший брат, — напечатался первым

О быть бы мне во тьме немого океана

Парой кривых клешней, скребущихся о дно.

Т. С. Элиот. Песнь любви Дж. Альфреда Пруфрока (перевод Виктора Топорова)

Глава 1

Миссис Андерсон нашли мертвой.

Смерть от старости — ничего удивительного. Легла вечером спать — и не проснулась. Говорят, она ушла из жизни мирно, достойно, и я вполне допустил бы, что это правда, если бы не одно «но»: прошло три дня, а ее никто не хватился. Ну о каком достоинстве можно после этого говорить? В конце концов дочь явилась навестить мать и обнаружила, что та уже три дня как мертва, тело начало разлагаться и дух от него идет, как от сбитого на шоссе животного. Но хуже всего было даже не это, а то именно, что прошло три дня — целых три дня! — прежде чем кто-либо задался вопросом: «Постойте-ка, а куда пропала старушка, та, что живет у канала?» В общем, в этой истории не было ни капли достоинства.

Ну а насчет мирно? Всё так. По словам коронера, [1] она тихо отошла в мир иной во сне тринадцатого августа, то есть за два дня до того, как кто-то выпустил кишки Джебу Джолли и оставил лежать его в луже крови за прачечной самообслуживания. Мы тогда еще не знали об этом, но так уж вышло, что миссис Андерсон стала единственной в округе Клейтон, кто умер собственной смертью за последние почти шесть месяцев. Остальных забрал Клейтонский убийца.

Точнее, большинство из них. Всех, кроме одного.

Тело миссис Андерсон мы получили от коронера в субботу, второго сентября, вернее, тело получили мама и тетушка Маргарет, я не в счет. Ведь это они хозяйничают в морге, а мне только пятнадцать. Большую часть дня я провел в городе — смотрел, как полиция вычищает то, что осталось от Джеба. Вернулся я, когда солнце уже начало садиться. Проскользнул с заднего хода, чтобы не столкнуться с матерью: она наверняка стояла у парадной двери. Видеть ее мне не хотелось.

Позади меня еще никого не было, остались только я и тело миссис Андерсон. Оно лежало на столе, под синей простыней, совершенно неподвижно. И пахло, как гнилое мясо и морилка для тараканов, и, хотя единственный вентилятор громко гудел у меня над головой, смрад никуда не исчезал. Я вымыл руки под краном, прикидывая, сколько у меня времени. Потом осторожно прикоснулся к телу. Мне нравилась кожа стариков — сухая, морщинистая, похожая на пергамент. Коронер не слишком старался привести тело в порядок, все были заняты Джебом, но по запаху я понял, что они хотя бы воспользовались морилкой, чтобы истребить насекомых. За три жарких дня в конце лета наверняка налетело и наползло немало всякой твари.

Главную дверь морга распахнула какая-то женщина и вошла внутрь. В зеленом халате и респираторе, она казалась похожей на хирурга. Я замер, решив, что это моя мать, но женщина бросила на меня взгляд и подошла к столу.

— Привет, Джон, — сказала она и взяла стерильные салфетки.

Это была не мама, а ее сестра-двойняшка Маргарет. Когда они надевали респираторы, я едва мог отличить одну от другой. Голос Маргарет был чуть выше, чуть… энергичнее. Наверное, оттого, что она никогда не была замужем.

— Привет, Маргарет.

Я сделал шаг назад.

— Рон все больше ленится, — сказала она и взяла спрей. — Он даже не вымыл ее — объявил смерть от естественных причин, и до свидания. Миссис Андерсон заслуживает лучшего.

Она повернулась и посмотрела на меня:

— Ну что, так и будешь стоять или все-таки поможешь мне?

— Извини.

— Вымой руки.

Я нетерпеливо закатал рукава и снова направился к раковине.

— Откровенно говоря, — продолжала она, — я даже не знаю, что они там делают в офисе коронера. Непохоже, что очень уж заняты. Наш бизнес дышит на ладан.

— Джеб Джолли умер, — сказал я, вытирая руки. — Его нашли на улице за прачечной самообслуживания.

— Это тот механик? — спросила Маргарет упавшим голосом. — Ужасно. Он моложе меня. Что случилось?

— Убили, — сказал я и снял с крючка респиратор и фартук. — Сначала они решили, что это одичавшая собака, но у него кишки были наружу.

— Ужасно, — повторила Маргарет.

— Ты вот беспокоишься за бизнес, а два тела на уик-энд означают денежки на счете в банке.

— Даже шутить так не смей, Джон! — отрезала она, сурово посмотрев на меня. — Смерть — это скорбная вещь, даже если ты зарабатываешь на ней деньги. Ты готов?

— Да.

— Вытяни ее руку.

Я взялся за правую руку трупа и вытянул ее вперед. При трупном окоченении тело так окостеневает, что ничего не сдвинешь, но окоченение длится день-полтора, а миссис Андерсон умерла так давно, что все мышцы у нее расслабились снова. Хотя кожа была словно бумага, плоть под ней оставалась мягкой, как тесто. Маргарет обрызгала руку дезинфицирующим средством и начала осторожно обтирать ее тряпкой.

Даже когда коронер добросовестно выполняет свои обязанности и омывает тело, мы всегда, прежде чем начать, делаем то же самое. Бальзамирование — процесс длительный, это тонкая работа, и начинать ее надо с чистого листа.

— Воняет оно ужасно, — сказал я.

— Она.

— Воняет она ужасно.

Мама и Маргарет настаивали, что мы должны уважительно относиться к покойникам, но на данном этапе их требование казалось немного запоздавшим. Это уже не человек — труп. Нечто неодушевленное.

— Она действительно пахнет, — призналась Маргарет. — Бедняжка. Жаль, что никто не нашел ее раньше.

Маргарет перевела взгляд на вентилятор, гудевший за решеткой в потолке:

— Будем надеяться, мотор в нем не сгорит и не подведет нас сегодня.

Маргарет произносила эти слова перед каждым бальзамированием, это было чем-то вроде мантры. Вентилятор продолжал кряхтеть наверху.

— Ногу, — велела она.

Я перешел к ногам трупа и вытянул ему ногу, Маргарет стала брызгать на нее спреем.

— Отвернись.

Продолжая держать руками в перчатках ногу, я отвернулся и уставился в стену, а Маргарет откинула простыню и начала обмывать промежность.

— В этом есть один положительный момент, — заметила она. — Сегодня или завтра утром у всех вдов в округе будут гости. Каждый, кто услышит о миссис Андерсон, тут же отправится к собственной матери — проверить, как она там. Другую ногу.

Я хотел ей сказать, что все, кто узнает о смерти Джеба, прямиком отправятся к своему автомеханику, но Маргарет не любила такие шутки.

Мы прошли по всему телу — от ноги до руки, от руки к туловищу, от туловища к голове, пока все не вымыли и не продезинфицировали. Пахло смертью и мылом. Маргарет швырнула тряпки в корзинку для грязного белья и начала готовить бальзамирующие составы.

Я помогал маме и Маргарет в морге с самого детства, еще до того, как от нас ушел отец. Поначалу убирал в часовне: подбирал программки, чистил пепельницы, пылесосил, делал все, что под силу шестилетнему мальчишке. С годами мне стали давать более ответственные поручения, но до настоящего дела — бальзамирования — не допускали, пока мне не исполнилось двенадцать. Бальзамирование — это нечто такое… не знаю, как описать. Все равно что играть с большой куклой, одевать ее, купать, вскрывать, чтобы посмотреть, что у нее внутри. Как-то раз, когда мне было лет восемь, я через щелку в двери подглядывал, как это делает мама, пытался понять, в чем же этот великий секрет. Думаю, когда на следующей неделе я распорол плюшевого мишку, она не догадалась, откуда ноги растут.

Маргарет протянула мне комок ваты, и я держал его наготове, пока она осторожно заталкивала маленькие комочки под веки покойницы. Глаза уже начали уменьшаться в размерах, впадать, теряя влагу, а с помощью ваты под веками можно создать видимость, будто ничего такого нет. Кроме того, вата помогала скрепить веки, но Маргарет на всякий случай добавляла клеящую эмульсию — тогда и влага не испарялась, и веки оставались закрытыми.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.