"Ярмо" для жулика

Хабибянов Ильгиз

Жанр:   1995 год   Автор: Хабибянов Ильгиз   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

ЧАСТЬ 1. ИНТЕНДАНТ, СЫН ТАТАРСКОГО ЕВРЕЯ С ЯПОНСКОЙ РОДОСЛОВНОЙ

Теплым октябрьским утром двое подростков, девушка и юноша, пятнадцати лет от роду, молча шли по все еще не по временам зеленой аллее парка Шевченко.

Она была изумительно красива, черные вьющиеся волосы до плеч, большие черные глаза с длинными ресницами, стройная и развитая не по возрасту фигура и безупречная грудь делали ее прекрасной. Из-под юбки с прорезом выглядывали стройные загорелые ноги, придававшие ей вид темпераментной женщины.

Он же был худощав, с покатыми плечами, несформировавшимся телом, но твердым, спокойным и умным взглядом, излучающим обаяние. Короткая стрижка и скромная одежда говорили об аккуратности и строгом воспитании.

Эта пара испытывала первый в жизни удар судьбы и находилась в неопределенности и неизвестности перед ближайшим будущим.

- Илюша, может, поедем к тебе на родину, в Чирчик? Там город провинциальный, и гораздо легче найти будет работу, да и с жильем, думаю, можно быстрее определиться.

- Что ты гонишь, Сара, где легче может быть? Только там, где нас нет. Да и не для того я с Чирчика чухнул, чтобы возвращаться в эту дыру. Ни черта там хорошего нет. А работать там возьмут только рабом на плантацию к чуркам. Мы быстрее загнемся, чем увидим в Узбекистане просвет жизни для белого человека. Так что ты из головы выбрось.

- Но что делать, отец с матерью сказали, чтобы я сегодня же с тобой порвала или вообще уходила из дому.

- Да! Ну и семейка, родную дочь из дому гонят, мать их.

- Илюшь, ну что ты...

- Хорош, что заладила: "Илюш, да Илюш", валим на привоз, потремся в толпе, хоть что-нибудь наварим, а то денег десять копеек в кармане, на булку хлеба и то не хватит. Я там с двумя мужичками познакомился, спрошу у них, может, помогут какую хату снять.

Так молодые люди, споря, ища выход из трудного положения, незаметно для себя пришли в женскую поликлинику и остановились возле двери с табличкой:

"Гинеколог. Шварц Лидия Петровна".

Она, постучав, вошла, а он присел на скамейку, стоящую возле двери для ожидавших очереди. В это утро никого не было, и в глубокой тишине Илья задумался.

Любви он к Саре не испытывал, она для него была лишь объектом секса. Соблазнив сверстницу и увлекшись любовью, он забыл о предосторожностях, и Сара забеременела. Теперь родители, узнав обо всем, поставили жесткие условия.

Илья бы мог плюнуть на все, но привитое матерью с детства чувство долга и порядочности по отношению к женскому полу не позволяло ему сделать это. Мать всегда хотела, чтобы он не был похож на отца, хладнокровного авантюриста, в которого она по молодости влюбилась и который бросил ее с двумя малыми детьми на руках. Далее она снова вышла замуж, но и этот брак счастья ей не принес. Родив от второго брака еще одного ребенка, она мучилась с пропойцей. Илья с детства невзлюбил отчима и, как подрос, напросился уехать к тетке в Одессу, якобы поступать в профтехучилище. На самом же деле ни учиться, ни работать он не собирался.

Гены брали свое, и он, попав в Одессу, прижился на привозе, через три месяца он знал всех завсегдатаев этого знаменитого рынка.

Помогал продавать джинсы, разрезанные на две штанины и тщательно упакованные как целые, работал на прополе со щипачами; нет-нет да за пятерку-другую мог постоять на стреме, а за четвертак вообще отвлечь жертву. В последнее время дела шли плохо. Менты регулярно делали облавы на залетных барыг, а они-то и являлись основным доходом жулья с привоза, вернее, наличие их собственности. "Что предпринять?" - думал Илья.

Вдруг дверь кабинета отворилась, и из нее вышла женщина в преклонном возрасте, приговаривая: "Такая молодая, ребенок совсем, а уже аборт, боже мой..."

- Какой аборт?
- опешил Илья.

- Думать надо было, молодой человек, прежде чем... Она не успела договорить, как Илья, сорвавшись с места, как ошпаренный, ворвался в кабинет. Сара лежала в гинекологическом кресле, ноги ее, широко раздвинутые, покоились на специальных подставках. Половина женского органа была выбрита. Медики, поначалу опешившие, а их было четверо женщин лет сорока, перебивая друг друга, накинулись на Илью:

- Вон отсюда, что вы себе позволяете!!!

Но будущий папаша так громко рявкнул, что врачи на время потеряли дар речи:

- Молчать!!! Суки!!! Сара, одевай трусы и пошли домой, рожать будем.

Сара от девичьего стыда и неловкости тихо вымолвила:

- Илюшь, ты что? Выйди.

- Я сказал, рожать!!

- Ну хорошо, рожать так рожать, также тихо ответила Сара, вставая с кресла.

Медики уже без злобы, а с любопытством наблюдали, как молодая пара, молча собравшись, удалилась.

- Куда пойдем?
- спросила Сара.

- На привоз.

- Пешком?

- Можно и пешком, торопиться-то некуда. И они направились тихим шагом к привозу.

- Илюшь, а у тебя на родине, в Узбекистане, зима бывает? Я слышала, что там круглый год тепло.

- Бывает, только Узбекистан - не моя родина.

- А где же она?

- Где-то под Казанью, оттуда мои предки, понятие "родина" только у вас, у евреев, а у нас там родина, где нам хорошо.

- Но ты немножко еврей, ведь твоего отца зовут Абрам.

- Вот именно, только зовут, а так пойми его, какой он национальности, Сейфульмулюков Абрам Ояма-Сан. Татарский еврей с японской родословной.

- Значит, ты татарин, раз твои предки с Татарии.

- Дура! Татарин - это не национальность, а профессия.

- Так какой же национальности будет наш будущий ребенок?

- Ну, исходя из соображений, что он родится в исконно русской семье, то соответственно будет русским.

- Я серьезно, Илья, спрашиваю.

- А я серьезно отвечаю.

На подходе к вокзалу им встретился светло-русый парень лет двадцати с пышной шевелюрой.

- Здорово, Илья, на привоз?

- Привет, Филя, куда ж еще.

- Ну, пойдем, по пути. Может, даме меня представишь?

- Это Филя, а это моя супруга Сара.

- Очень приятно, и давно женился?

- Не важно, Филя, лучше посоветуй, где хату снять.

- Надо с Бугульмой перетереть; он в курсе таких делишек. Да ты сам с ним можешь почирикать.

- Видишь ли, я с ним и его кентом Юрой познакомился недавно, в принципе, я на них и рассчитываю, но может, ты побазаришь, как-никак вы давние знакомые, если все будет путем, за мной не постоит.

- Да брось, свои люди, за так утрясем.

За разговором они незаметно для себя оказались в центре привоза. Сару привлекла толпа у мясного ларька.

- Илюшь, пойдем, взглянем.

- Пошли,- ответил он и оглянулся на Филю, тот шел рядом, внимательно оглядывая лотки.

Толпу собрала молодая цыганка по прозвищу Шоколадка, бойко продающая дубленку.

- Почем?
- крича, спрашивал бородатый мужик лет сорока.

- Двести пятьдесят, сколько можно повторять,- отвечала Шоколадка.

Двое клиентов хотели брать, но не решались, ожидая, может, цену удастся сбросить. Остальные, как обычно бывает на привозе, просто глазели из любопытства, вещь была хорошая, но и цена ничуть не хуже.

Тут сквозь толпу протиснулся высокий молодой мужчина лет двадцати пяти, небритый, в помятой кепке и грязном, видавшем виды пальто.

- Дай взглянуть,- спросил он, протягивая руки. Шоколадка, взглянув на него, отдернула дубленку, сказав:

- Дарагой, да ты стольник держал когда-нибудь в руках, иди, проспись, пьянь болотная.

Мужика ее слова ничуть не смутили, и он ответил:

- Ты что, думаешь, у меня денег нет?
- и, сунув руку в правый наружный карман пальто, вытащил пачку червонцев. И опять засунул их в карман.

"Штука",- прикинул Илья и посмотрел на Филю. Тот с улыбкой наблюдал за происходящим.

- На, смотри,- протянула Шоколадка дубленку. Мужик снял пальто и протянул ей:

- Подержи, я прикину.

Шоколадка, взяв пальто, резко метнула взгляд, которого было достаточно, чтобы другим цыганкам, затесавшимся в толпе, стало понятно, что дальше делать. И, сделав назад два шага, исчезла в толпе, на ее месте мгновенно закрутились цыганята, чтобы попутаться в ногах мужика, если тот надумает преследовать их соплеменницу.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.