Ельцын в Аду

Пульвер Юрий Евгеньевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ельцын в Аду (Пульвер Юрий)

Юрий Пульвер

Ельцин в аду

Явка с повинной вместо предисловия

С самой первой строки моего опуса делаю заявление, кое правоохранительные (право! охренительные) органы могут считать моей явкой с повинной.

Все факты, приведенные в этой пародии на дантовскую «Божественную комедию» (ничего не попишешь: Маркс предупреждал, что в истории трагедию обязательно сменит фарс), подлинные и были опубликованы ранее. Даже идею разговоров в царстве мертвых я не придумал, а, каюсь, украл у гениального сатирика, отца иронической, псевдонаучной и прочей фантастики Лукиана из Самосаты. Именно он во II веке запустил в Аид философа – циника Мениппа, дабы тот высмеял в преисподней всех и вся.

Господ адвокатов прошу зря не возбуждаться: срок авторских прав на труды древнего писателя истек примерно 1800 лет тому назад. Это - в адрес тех, кто ринется защищать преференцию Лукиана, прочитав мое признание в плагиате. Кстати, хочу им напомнить вековую мудрость так называемых «людей пера» - и щелкоперов, и подлинных литераторов. Плагиат – это когда «сдирают» у одного. Если у нескольких – компиляция. У многих – уже эрудиция. Так что считайте меня эрудитом! Тех же доброхотов, кто рискнет представлять мои интересы в судебном процессе против меня по обвинению в «клевете» и «глумлении над покойниками», заранее благодарю. На вознаграждение, впрочем, пусть никто не рассчитывает: лжи я не писал, а взять с меня нечего. Судебный иск против меня от родичей или друзей «героев» моей книги почту за честь и отличный пиар для моего романа.

Кое-какие уточнения. Слова райских жителей (они, как глас любого начальства, доносятся СВЫШЕ) печатаются увеличенным шрифтом. Подлинные изречения и небожителей, и адских сидельцев взяты в кавычки. Остальные фразы, ничем не выделяющиеся (кроме, естественно, литературного гения, остроумия, игры слов, блеска мыслей, многознания и т.п.), принадлежат перу вашего покорного слуги.

Итак, приглашаю всех читателей ринуться за мной (на краткий срок) в пучины ада! Не бойтесь, там будет не столь уж непривычно тем, кто имел счастье родиться и жить в России...

Зона первая. Адская Канцелярия

Когда душа приготовилась навсегда покинуть тело бывшего гаранта российской Конституции, ее охватили сильнейшие тоска и страх.

Опять инфаркт, панимаш?
- подумал угасающий мозг.

Не угадал!
- заявил вдруг появившийся невесть откуда черный – и одновременно бледный - человек, из-за плечей которого выглядывали скелет в саване и с огромной отточенной косой, а также еще две какие-то невыразимо (никакими словами не описать) жуткие рожи.

Охрана!
- попробовал было крикнуть экс-президент, но слова слились в комок и провалились назад, в горло, будто дерьмо в унитаз.

Не ори, это тебе не кабинет секретаря обкома, где ты подчиненных языком метелил, а смертное ложе. Твой, так сказать, погибельный одр. Или одер? Не, все же одр...

Ты кто? Почему такого цвета? Мне что, америкосы в охрану негра подсунули? Или кого-то из моих телохранителей недоброжелатели очернили?

Не пытайся быть остроумным – президенту такое не к лицу. И не стоит валять дурака – ты уже свалился. В старину на вопрос «Ты кто?» отвечали: «Дед Пихто», а по-современному – Сатана. Сие мой помощник – Смерть и ее слуги – Страх и Тоска. Ваши лекаришки утверждают, что эти чувства – симптомы инфаркта. На самом деле они – вестники моего прихода.

Привыкший к гадостным неожиданностям и неожиданным гадостям российской политики, да и от природы отчаянный Ельцин испугался адского властителя куда меньше, чем любой другой человек на его месте.

Чего ты приперся?! Проваливай отсюда! Я тебя не звал!
- став президентом, ЕБН больше никому не «выкал» и не сделал исключения даже для повелителя тьмы.

Формально – не звал. Но ты всей своей жизнью готовил себе свидание со мной в миг своей кончины. Разве ты не знаешь, что всего опаснее демонское искушение в смертный час? Запомни: смерть – верное орудие, перед которым и святой спасует. Я простер дерзость свою до того, что присутствовал на Голгофе при распятии Спасителя, расчитывая повторить искушение, с которым потерпел неудачу в пустыне. В виде хищной птицы я даже уселся на самый Крест.

Цели моего присутствия у смертных одер... одр... одров - архангелы меня не возьми!
- что же это какие-то лошади дряхлые на моем языке скачут! Короче, рядом с без пяти минут жмуриками я появляюсь по ряду причин. Во-первых, помешать раскаянию умирающего. Во-вторых, захватить душу, обреченную аду, на отлете и без всякого промедления. В-третьих, человеку, за посмертную участь которого предвидится большой спор с добрым началом, предложить в час погибельного страха свои услуги - за уже несомненную и бесспорную продажу души. В-четвертых, просто люблю терзать человека ужасом перед кончиной и оттягивать агонию. Образно выражаясь, ваше мученьице – мое развлеченьице! Тысячи тысяч христиан испытывают, умирая, эту пытку: что в секунды, когда больной откидывает копыта, его комната переполняется угрожающими чертями, которые тянутся к его орду – тьфу! не дери меня святые!
- одру жадными когтями. Умирающие часто не только видят меня, но и вступают со мной в физическую борьбу: так было с Людовиком Благочестивым, святой Катериною Сиенскою и множеством других. Хочешь и ты попробовать подраться? Заранее предупреждаю: не удастся!

Это еще почему?

Те мои противники – настоящие святые, а ты – липовый! Настолько липовый, что на тебя пчелы садятся! Правда, плюются, когда пробуют тебя на вкус!

Да с чего ты взял, что я святой?!

Получив после отставки почетный орден от патриарха Иерусалимской церкви, ты обьявил: «Я теперь, панимаш, святой президент!»

Это же шутка была!

Про себя ты всегда говорил только серьезно.

А если серьезно, то хорошо даже, что я – не святой! Блаженным зазорно в морду таким, как ты, давать, а мне – нет!

Ельцин удало размахнулся и умело нацелил кулак прямо в скулу черного человека. Сатана щелкнул пальцами. На краткий миг показались огромные часы, похожие на кремлевские куранты. Стрелки на циферблате с невероятной скоростью завертелись назад. Ельцин превратился в подростка, оказался в середине одной из многочисленных драк стенка на стенку, в которых любил участвовать, и получил удар оглоблей в нос – с тех пор он так и остался у него приплюснутым. Перехватило дыхание, тело пронзила боль. Он попытался снова ударить – и не смог. Это его доконало. Как у всех мощных от природы личностей, осознание собственного бессилия было для него непереносимым.

«Сколько лет я сохранял в себе самоощущение десятилетнего мальчишки: я все могу!
- подумал он с горечью.
- Да, я могу абсолютно все! Могу залезть на дерево, сплавиться на плотах по реке, пройти сквозь тайгу, сутками не спать, часами париться в бане, могу сокрушить любого противника, могу все, что угодно. И вот всевластие человека над собой внезапно кончается. Кто-то другой становится властен над его телом – врачи, судьба». А теперь – нечистый...

Эк тебя на измену пробило, - злорадно засмеялся лукавый.
- Поздравляю: ты впервые испытал адские муки. Это все равно что тебе целку сломали... Или очко пропороли...

Что-то ты как уголовник изъясняешься, - поморщился ЕБН, не терпевший вульгарщины.

Ты у себя на зоне паханом был, я – у себя... Ничего, ты у меня еще петухом запоешь! Точнее: тебя «опетушат»... Мы с тобой повторим акты, и половые, и не очень, которые описаны в русском средневековом «Сказании о Соломонии Бесноватой». Не читал? Зря! Такая, панимаш, помесь триллера с порнороманом и ужастиком. Так что давай лучше сразу подписывай вот это соглашение... Зачитываю:

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.