Радость, гадость и обед

Херцог Хел

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Радость, гадость и обед ( Херцог Хел)

Посвящается Адаму, Бетси, Кети и Мэри Джин, которой я обязан абсолютно всем

«Хел Херцог охватывает всю сложность наших отношений с животными и помогает понять связанные с этим противоречия. Книга „Радость, гадость и обед“ подвигнет некоторых закоренелых мясоедов к тому, чтобы превратиться в вегетарианцев, но при этом она убедит и множество людей, исповедующих жесткое вегетарианство, отказаться от своих ограничений и получать удовольствие от редкого филе — миньон. То, что Херцог не дает простых ответов на трудные вопросы, делает книгу захватывающе интересной, представляя массу интригующих ситуаций, с которыми иначе столкнулись бы не многие из нас».

Питер Лофер, автор книги «Опасный мир бабочек и запрещенных созданий»

«Наши отношения с животными беспорядочны, усложнены, парадоксальны и шокируют нас. Хел Херцог рассматривает их в форме провокационной книги, которую нужно прочитать каждому, кто стремится понять, кто эти животные, а кто — мы. Прочитайте эту книгу, перечитайте ее еще раз и поделитесь тем, что узнали, с другими. Это действительно очень важно».

Марк Бекофф, автор книг «Эмоциональная жизнь животных» и «Манифест животных: шесть причин для нашего сочувствия», редактор «Энциклопедии отношений животных и человека»

«Хел Херцог искусно объединяет анекдот с научным исследованием, чтобы показать, как почти каждая моральная или этическая позиция касательно наших отношений с животными может привести к абсурдным последствиям. В чрезвычайно захватывающем повествовании он раскрывает причудливые и интересные моменты, с помощью которых мы, люди, пытаемся постичь этот абсурд».

Айрин М. Пепперберг, автор книги «Алексия: как ученый и попугай открыли потаенный мир разума животных и глубоко сблизились в ходе этого исследования»

«Херцог пишет о значительных идеях и пишет легко… со знанием дела, а также с сочувствием и юмором».

Kirkus Reviews

«Книга „Радость, Гадость и Обед“ чрезвычайно интересна. Я не знаю, когда я читала что-либо более полное о наших очень тесных и очень противоречивых отношениях с животными — отношениях, которые мы столь бездумно, безмятежно продолжаем, независимо от того, насколько они иррациональны. Читателям понравятся шокирующие обсуждения, в которых есть и сострадание и юмор. Эта захватывающая книга действительно очень значима. Прочитав ее, вы долго будете находится под впечатлением».

Элизабет Маршалл Томас, автор книги «Скрытая жизнь оленя: уроки естественного мира»

«Как убедительно пишет Хел Херцог, наше порой весьма запутанное и иррациональное отношение к животным очень многое может рассказать о нас самих как о биологическом виде. Книжка просто великолепная — увлекательная, смешная, умная, но при этом очень глубокая и философская. Мне она очень понравилась».

Роберт М. Сапольски, нейробиолог (Стэнфордский университет), автор книг «Monkeyluv» и «Записки примата»

Вступление

Почему нам так трудно адекватно воспринимать животных

Люблю размышлять об отношении людей к животным — удается узнать о людях много нового.

Марк Бекофф

Зачастую наше отношение к другим видам живых существ абсолютно нелогично. Взять хотя бы Джудит Блэк. В двенадцать лет она решила, что нечестно убивать животных за то, что у них вкусное мясо. Но кто такие животные? Для Джудит было совершенно очевидно, что кошки, собаки, коровы и свиньи — это животные, а рыбы — нет. Интуиция подсказывала ей: рыбы к животным не принадлежат. И потому последующие пятнадцать лет Джудит, получившая к тому времени степень кандидата наук в области антропологии, придерживалась этой своей интуитивной классификации и считала себя вегетарианкой, хотя и не отказывалась порой полакомиться копченым лососем или рыбой гриль с лимончиком.

Доморощенная биологическая классификация служила Джудит верой и правдой до тех пор, пока она не повстречалась с Джозефом Уэлдоном, аспирантом кафедры эволюционной биологии.

При первой встрече Джозеф, мясоед из мясоедов, попытался объяснить Джудит, что положи она себе на тарелку хоть цыпленка, хоть селедку — с точки зрения этики все едино. В конце-то концов, и рыбы, и птицы относятся к позвоночным, имеют мозг и являются существами социальными. Однако, как он ни старался, ему так и не удалось убедить Джудит в том, что для кулинарной этики треска — это все равно что курица, а курица — все равно что корова.

К счастью, разногласия по поводу морально-этического статуса трески не помешали молодым людям полюбить друг друга, а затем и пожениться. Новоиспеченный муж не сдавался — семейные обеды проходили под аккомпанемент дискуссий о сходстве и различии рыб и птиц. Спустя три года Джудит вздохнула и сказала: «Ладно. Ты меня убедил. Рыбы — тоже животные».

Однако теперь ей предстояло принять непростое решение — либо перестать есть рыбу, либо больше не числить себя вегетарианкой. Чем-то следовало пожертвовать. Тем временем наступили выходные, и друзья пригласили Джозефа поохотиться на рябчиков. Джозеф едва ли не впервые в жизни взял в руки дробовик, однако все же ухитрился подбить взлетевшую птицу и вернулся домой, на манер доисторического охотника неся на плече мертвую тушку. Он лично ощипал рябчика, приготовил его и гордо подал на обед с гарниром из дикого риса и малинового соуса.

Возводившиеся пятнадцать лет кряду бастионы морали и нравственности рухнули во мгновение ока. («Я просто обожаю малину», — объясняла потом Джудит.) Вкус жареной дичи пробудил в ней новые ощущения. Пути назад не было. Всего неделю спустя Джудит уже вовсю налегала на чизбургеры. Она стала полноправным членом клуба бывших вегетарианцев — а в Англии их втрое больше, чем вегетарианцев «действующих».

А вот Джим Томпсон — когда мы познакомились, ему было двадцать пять лет, он учился в аспирантуре и писал диссертацию по математике. Перед магистратурой Джим некоторое время проработал в птицеводческой лаборатории Лексингтона (Кентукки), причем одной из его рабочих обязанностей было приканчивать цыплят после завершения эксперимента. Поначалу Джим не видел в этом ничего особенного, но однажды ему нечего было читать в самолете, и мама подсунула ему номер Animal Agenda — журнала, посвященного защите прав животных. После этого Джим раз и навсегда перестал есть мясо.

Однако это было только начало. В течение последующих двух месяцев Джим перестал носить кожаную обувь и обратил в вегетарианскую веру свою девушку. Он даже задумался над тем, этично ли содержание в доме животных и птиц, и усомнился в своем праве на домашнего любимца — белого попугая-кореллу. Однажды Джим вошел в гостиную, увидел, как попугай прыгает в своей клетке, и услышал тихий голос, говорящий: «Это неправильно». Тогда Джим попрощался с попугаем и выпустил его в серые небеса над городом Рейли, что в Северной Каролине. «Это было потрясающее ощущение, — признался он мне потом. — Просто невероятное!» Однако Джим тут же добавил: «Я ведь знал, что попугай не выживет и, скорее всего, будет голодать. Наверное, я сделал это скорее для себя, чем для него».

Отношение к животному может быть окрашено сложными эмоциями. Двадцать лет назад Кэрол без памяти влюбилась в ламантина в полтонны весом. Кэрол обратилась в небольшой музей естественной истории во Флориде, надеясь получить какую-нибудь работу — неважно какую. В музее же как раз имелась вакансия: им требовался человек для ухода за тридцатилетним самцом морской коровы по кличке Пышка. У Кэрол не было опыта работы с морскими млекопитающими, но, так или иначе, место ей предложили. Кэрол и не подозревала, что с этого момента ее жизнь изменится окончательно и бесповоротно.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.