Моменты

Стил Даниэла

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Моменты (Стил Даниэла)

Даниэла Стил

Моменты

Scan, OCR & SpellCheck: Larisa_F

Стил Д. С80 Моменты / Пер. с англ. С.Н. Бурина. — М.: КРОН-ПРЕСС, 1996. — 416 с.

(Серия «Звезда любви»)

Оригинал: Danielle Steel «Moments», 1989

ISBN 5-232-00402-6

Переводчик: Бурин С.Н.

Аннотация

Название выбрано автором не случайно. В жизни ее героини Элизабет Престон, а правильнее Дженни Кэйвоу, было несколько моментов, которые резко меняли ее жизнь. Чтобы добиться успеха в жизни, ей пришлось скрываться под чужим именем. Счастливое замужество, обеспеченная жизнь, а параллельно — растущая любовь к другому человеку. Герои романа честны и благородны, но приходят такие моменты, когда нужно принимать трудные решения...

Даниэла Стил

Моменты

ПРОЛОГ

Фармингэм, штат Канзас. 12 апреля 1975 г.

Издалека доносился колокольный звон: семнадцать ударов — по числу лет, прожитых на этой земле Элизабет Престон.

Дженнифер Кэйвоу остановилась и машинально подсчитывала удары, думая о горе, охватившем город за последние три дня. Почему гибель красивой школьницы в автомобильной катастрофе воспринимается людьми куда трагичнее, чем смерть какого-нибудь невзрачного парнишки-толстяка? Наверное, всем жалко погибшей красоты... А может, все дело в том, что Элизабет — дочь самого богатого фермера в округе, а толстячок Том — всего-навсего сын простого механика?

Бабушка Дженни утром говорила, что тут еще Господь помог: ведь родители Элизабет погибли в этой катастрофе вместе с ней. Им и жить не захотелось бы без своей доченьки. Ну, а родители Тома, конечно, сумели оправиться, ведь они не могли себе позволить слишком долго горевать. Им и по счетам надо платить, да и дом у них полон другими детьми, которые каждый день хотят есть.

Ничего общего у Дженни и Элизабет никогда не было, если не считать того, что дни рожденья у них совпадали. Но, разумеется, они ни разу не отмечали их вместе. Они жили как будто на разных планетах: Дженни и любимица всей школы.

Директор школы, мистер Мур, решил оставить Дженни в школе отвечать на телефонные звонки в учительской, пока все остальные отправились на похороны. Она так незаметна, тиха, что никто и не обратил внимания на ее отсутствие, не вспомнил о ней. Вполне справедливо поэтому заняться ей делом.

Нет, Дженни не возражала против того довода, что они, мол, с Элизабет не были подружками. Но как обидно, ужасно обидно, он разговаривал с ней — словно она, Дженни, никто, последний, ничтожный человек. А что, она не достойна посидеть в церкви и попрощаться с Элизабет?

Колокол отзвонил, и Дженни ощутила вину: она так задумалась, что не сосчитала удары. А ведь ей оставили только эту единственную возможность попрощаться с покойной, так и этого ей не удалось! Что ж, может быть, мистер Мур и прав.

Дженни мельком взглянула на стопку писем, которые ей еще предстояло вскрыть и рассортировать, и снова принялась за работу. Когда все было почти закончено, она заметила конверт, адресованный Джорджу Бенсону, их классному руководителю. Когда Дженни еще только начала работать в учительской, она иногда из любопытства читала письма, хотя это строжайше запрещалось. Но они все были ужасно скучные. А письмо для мистера Бенсона заинтересовало ее. Дженни быстро просмотрела его и сразу же пожалела об этом. Вот уж от этого сообщения вся школа и город в голос зарыдали бы...

Похоже, что Элизабет Мэри Престон присудили стипендию Хэдди Стефенса университета в Сэффорд-Хилле. На целых четыре года! Да ведь родители Элизабет могли отправить добрую половину их выпускного класса в колледж, не испытывая при этом финансовых затруднений, а тут, видите ли, их доченьке дают стипендию! Но как утверждалось в письме, Элизабет с честью выиграла столь престижную награду. Дженни и не знала о существовании подобной стипендии, а то бы пошла на что угодно, даже на неминуемое унижение, когда пришлось бы просить учителей и знакомых бабушки написать рекомендательные письма.

Дженни всегда хотелось получить официальное письмо, адресованное лично ей. Но приходили письма только от родителей: записочки от отца о том, как он, мол, горюет от разлуки с дочкой, не видит, как она из угловатого подростка превращается в очаровательную молодую девушку. Пришло письмо и от матери. Она писала, что думает о ней каждый день, выражала надежду, что прилагаемый денежный чек, который они берегли, чтобы направить Дженни в колледж, поможет им с бабушкой свести концы с концами.

Родители умерли, а вместе с ними и мечта попасть в колледж. Однако за год до окончания школы ей пришла в голову мысль, что деньги, оставленные адвокату, можно получать переводом по мере необходимости. Но вот подходит к концу выпускной класс, а мечта Дженни становится все менее реальной. Она начала присматривать для себя какую-нибудь постоянную работу, чтобы жить и понемногу откладывать на учебу. Нет, она не хотела отказываться от колледжа, но вряд ли это получится в ближайшие годы.

— Я вернулся, — раздался невыразительный мужской голос.

Джордж Бенсон вошел как раз в тот момент, когда Дженни торопливо положила письмо на стол.

— Что, все уже закончилось? — спросила она.

Дженни нравился мистер Бенсон, и она чувствовала себя виноватой, что именно его корреспонденцию обычно просматривала. Он напоминал ей одного мужчину в той нелегальной ночлежке, где она останавливалась с родителями при переезде к бабушке. Тот тоже был высоким блондином, только с бородой. Дженни ни разу не видела его без сигареты. Он носил джинсы и майки, в отличие от мистера Бенсона, который предпочитал костюмы. Но эти люди при разговоре смотрели прямо на нее, а не мимо, и Дженни это нравилось.

— Там еще идет панихида у могилы, — ответил Джордж Бенсон. — А я решил вернуться и разгрузить тебя. Так что, если хочешь, можешь идти.

— Спасибо... Только мне не стоит ходить туда.

— А твоя бабушка разве не пошла на панихиду?

Дженни покачала головой.

— Она взяла дополнительную смену в ресторане, чтобы остальные смогли сходить.

— Если поторопишься, то успеешь в церковь, а потом тебя кто-нибудь подвезет домой.

Он не хуже ее знал, что она не станет никого об этом просить. И тем не менее ей стало тепло на душе от его предложения.

— Я ценю вашу любезность, но, видимо, мне лучше остаться здесь. Мистер Мур хотел, чтобы я сегодня все зарегистрировала.

— Ну, если передумаешь, я буду у себя в кабинете.

Дженни посмотрела на письмо.

— У меня тут для вас почта, мистер Бенсон.

Он насмешливо посмотрел на нее.

— Так вот что ты читала, когда я вошел.

Дженни промолчала. Отрицать не было никакого смысла. Она протянула ему конверт и сказала:

— Извините. Просто дело в том, что... Ну, вы сами увидите.

Он бегло прочитал, нахмурился и принялся читать снова.

— Боже ты мой, — сказал он устало. — И надо же — пришло именно в такой день! Все псу под хвост.

— И что же вы собираетесь делать? — осведомилась она.

— Ну, наверное, пошлю им письмецо и копию свидетельства о смерти.

— По крайней мере, у них останется время передать эту стипендию кому-нибудь еще.

Бенсон покачал головой.

— Боюсь, что к тому времени, когда они завершат канцелярскую волокиту, пройдет уже половина осеннего семестра.

— То есть вы хотите сказать, что эти деньги попросту останутся невостребованными?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.