Васяткино горе

Лухманова Надежда Александровна

Жанр: Русская классическая проза  Проза  Детская проза  Детские    Автор: Лухманова Надежда Александровна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Васяткино горе ( Лухманова Надежда Александровна)

Жил мальчик Васятка. Родился он в деревне; отец его был мужик, а мать — баба, оба они были люди хорошие, добрые и без памяти любили своего сынишку.

Васятке пошёл восьмой год, росту он был для своих лет невысокого, но в плечах широкий, здоровый, толстый как тумбочка, лицо круглое, глаза серые, волосы длинные, чуть-чуть курчавые, белые и мягкие как лён. Он был здоровый мальчишка, кулачонки сожмёт, так уж и теперь была видна сила, и отец его, крестьянин Степан, бывало, скажет: «Мой Васятка, должно быть, будет кузнец, больно силы в нём много, кулаки крепкие, а кузнецу, понятно, нужна сила в руках, чтобы держать тяжёлый молот, да им колотить по железу».

Васятка был задорный мальчонка, а главное, ему всегда хотелось быть во всём первым; во всех играх, бывало, он из сил выбивается, чтобы только другие сказали про него: «А Васятка-то ловче всех, удалее да и сильнее других». Но он был тоже и добрый мальчик: когда, бывало, мать его Анна несёт тяжёлое ведро с водою или подойник полный молока, Васятка сейчас подбежит.

— Дай, подсоблю, мамка!

И мать ответит:

— Подсоби, подсоби, сыночек!

Мальчик схватится за ручку ведра или подойника и тащит, пыхтит, старается помочь матери. Но больше всего мальчик любил глядеть, как отец чистит ружьё, так и вопьётся глазами и всё расспрашивает, — как оно по частям разбирается, куда заряд кладётся, да как оно палит, а уж если отец пойдёт на охоту, так Васятка даже ударится в слёзы: «Возьми меня с собой! — да и только. — Возьми, помогать буду!»

Вот пришла зима. Ночью выпал первый снег, покрыл улицы как белым ковром, на полях лёг бесконечными белыми скатертями. На еловых ветках, плоских и широких, лежали как бы слои ваты, на берёзах и липах все тонкие веточки покрылись как серебром, и такой везде блеск, такая белизна!

Солнце светит и лучей много, и лучи его красивые, бледные и холодные; на них можно смотреть глазами, потому что зимнее солнышко светит, да не греет.

Вот как-то в праздник у Васятки в избе было очень тепло. Мать, раскрасневшись, возится около большей печи, ворочает ухватом горшки, а из них идёт такой вкусный пар, щи там довариваются, да не просто вода, капуста да соль, а туда положен и жирный кусок мяса, потому что сегодня воскресенье — праздник; можно и полакомиться тем людям, которые всю неделю работают да едят только хлеб, картофель да квас. Васятка, хотя и получал от матери молока, а всё-таки любил в праздники лакомиться пирожком и кусочком говядины. Так и сегодня, — Васятка знал, что к щам мать спечёт из ржаной муки ватрушку вкусную, с творогом — и, чтобы не мешать ей, да и время до обеда чтоб скорее прошло, он ушёл играть на улицу.

На улице так хорошо, лужи подмёрзли и блестели точно зеркало. У Васятки коньков не было, но он и так, на своих подошвах умел кататься; разбежится хорошенько, а потом одну ногу поднимет и на другой быстро пролетит до самого конца гладкой лужи. Валенки у него были тёплые, а подошва так обшмыгалась, что сама стала совсем гладкой; и так Васятке весело — бегает да скользит по лужам.

Вдруг, видит, из-за поворота улицы едут сани, выкрашенные синей краской, запряжены парою хороших рыжих лошадок.

Мальчик знает и сани эти, и лошадей, да знает и Ермолая — старика, с большой седой бородой, который сидит на козлах. Не первый раз он с соседнего почтового двора к ним привозил гостей-охотников.

— Что отец-то дома? — крикнул Ермолай, увидев мальчика.

А Васятка ему в ответ:

— Здорово, дедушка Ермолай! Мамка дома, а отец к сапожнику пошёл, сейчас вернётся.

Мальчуган глядит, а сани остановились у ворот его избы. Приехавшие вышли из саней, а Ермолай, встав с козел, вынул какой-то узкий, длинный ящик, и все вошли в дом.

Изба Васяткина отца, Степана, была исправная и большая, с крыльца вели маленькие сени, а от них по обе стороны по комнате: в правой комнате, в углу, была большая печь, та самая, в которой теперь мать Васятки варила обед; когда в ней открывали железную заслонку, то мальчику даже становилось страшно — такая за ней была большая, чёрная пещера; человек мог бы туда влезть и сидеть на корточках, а когда туда навалят дров да затопят, так мальчик очень любил глядеть, как там огонь ходит, как трещат сухие сучья и дрова, как летят от них во все стороны огненные искры, а потом, как всё уже прогорит, он знал, что мать ухватом отгребёт угли в одну сторону, и такой высокий костёр сделается — огоньки красные, зелёные, синие так и перебегают по углям; на свободном месте она поставит горшки и варит в них обед. В этой комнате, от угла печки и до стены, на толстой верёвке, висела красная занавеска, за нею была тёплая-тёплая коморочка, а в ней стояла большая кровать, на которой спала вся семья. В остальной комнате было просторно и чисто: большой стол, кругом лавки, в правом углу образа, некоторые даже в ризах; перед ними по субботам и воскресеньям на полочке горела лампада; у стены налево стоял большой шкаф, верхняя половина со стёклами, — за ними были видны чашки, стаканы, блюдечки и молочник, а внизу, за закрытыми дверцами, — простая посуда красной глины, деревянные ложки, соль да хлеба краюха, всегда завёрнутая в чистое полотенце.

В этой комнате и жила семья. Анна держала её чисто, и всё у неё было на своём месте, а платье своё, мужнино и Васяткино она прятала в большой сундук и задвигала его под кровать.

Вторая комната, которая шла налево от сеней, называлась «чистая», потому что там, хотя и стояла печь, но в ней не стряпали, а топили её только, чтобы комната не отсырела; там тоже был стол и лавки, но не было ни шкафа, ни занавески, ни кровати; в этой комнате у Степана останавливались зимою охотники; им тогда приносили много сена, покрывали его старым ковром, мать давала свои подушки, и приезжие господа там ночевали. Избу Степана все, кто там останавливался, хвалили за чистоту и простор.

Васятка вошёл за приехавшими гостями, проводил их в чистую комнату и с любопытством остановился у двери. Мальчику было всё интересно: и шубы господ, и их высокие сапоги на меху, и длинный ящик, который тут же раскрыли, а там, в футляре из красного бархата, лежали два ружья.

Васятка видел ружьё своего отца, видал и у других мужиков, да те ружья были не такие, некрасивые, тёмные, а эти все горели серебром, так и блестели.

— Васюк, что зверем у дверей стоишь, ступай сюда, — позвал его один из господ, — у нас для тебя и гостинцы найдутся, конфеты есть; вот подожди, станем чай кушать.

Васятка подошёл и хотел пальцем дотронуться до ружья, но другой господин сказал ему:

— Не трогай, если хочешь быть нашим гостем и пить с нами чай с конфетами; никогда ничего нашего руками не трогай, таков уговор.

Мальчику стало стыдно; он покраснел и застенчиво закрыл правым рукавом рубахи лицо, — и мать, и отец ему сколько раз повторяли: «Смотри, сынок, первое, когда к господам попадёшь, — не трогай ничего руками, за большую невоспитанность они это считают».

А Васятка вот и забыл. Постоял он, закрывшись рукой, помолчал да видит, никто его не бранит и опять выглянул, а господа держат всё ружья в руках, да гладят их белой кожей, да прочищают.

В это время в избу вошёл Степан, отец мальчика. Он снял шапку, помолился в правый угол, где висели образа, потом поздоровался с приезжими и стал накрывать им стол.

Приехавшие господа, верно, проголодались или просто с морозного воздуха, им хотелось горячего, потому что, хотя они и привезли с собой разных закусок, но с удовольствием ели щи, приготовленные Анной, и очень хвалили её ватрушку. Угостили они, как обещали, Васятку чаем с конфетами, а затем, уговорившись со Степаном насчёт завтрашней охоты, велели ему пойти на деревню собирать мальчишек, девчонок да баб, свободных от работы, чтобы завтра устроить охоту на зайцев с загоном.

Они долго толковали, потом отправились гулять, а Степан перешёл в другую половину избы, где Анна, управившись со всеми домашними делами, теперь переодевалась, чтобы тоже идти на улицу погулять.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.