Страшные тайны

Эдвардс Касси

Серия: Savage [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Страшные тайны (Эдвардс Касси)

Annotation

Действие романа стремительно разворачивается на Далеком Западе США в середине XIX века. Юная Ребекка Вич, отправившаяся на поиски брата, становится пленницей Храброго Орла — вождя индейцев-шайенов.

В сердцах молодых людей вспыхивает страсть, но на пути к истинному счастью стоят страшные тайны…

Кэсси Эдвардс

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

ГЛАВА 33

ГЛАВА 34

ГЛАВА 35

ГЛАВА 36

ГЛАВА 37

ГЛАВА 38

notes

1

2

3

4

5

Кэсси Эдвардс

Страшные тайны

ГЛАВА 1

Земля шайенов [1], 1849 год.

Сияя в зените, Сестра Солнце окрасила мир в янтарный цвет.

Облака пыли вздымались из-под копыт сильных лошадей, когда два воина из племени шайенов проскакали по узкой тропинке. Легкий ветерок играл длинными, доходящими до пояса, волосами мужчин.

Вождь Черный Гром, одетый в короткие матерчатые штаны в обтяжку и мокасины, резко натянул поводья, заставив остановиться прекрасного скакуна. От зрелища, представшего перед ними, кровь застыла в жилах.

Его спутник, Молодой Медведь, последовал примеру вождя.

Навстречу им по узкой тропке брел, еле переставляя ноги, индейский мальчик, которому едва исполнилось девять зим. На лице и одежде несчастного ребенка ясно виднелись пятна крови.

Черный Гром обратился к своему сопровождающему:

— Ты заметил, как малыш шатается и спотыкается? Он, несомненно, ранен.

— Этот мальчик, скорее всего, из соседней деревни шайенов, — сдавленно произнес Молодой Медведь. — Наши враги кроу ответят за его раны.

Оба индейца, ударив пятками в бока своих коней, направились к раненому.

— Кроу не могли этого сделать, Молодой Медведь, — подумав, заявил вождь, не отрывая глаз от ребенка. Тот продолжал пробираться сквозь поросль густой травы, доходившей ему до пояса. — Они только крадут лошадей у шайенов и не ищут славы, избивая детей.

— Значит, в крови малыша виноваты бледнолицые, — дрожащим от гнева голосом произнес спутник. — Разве нас постоянно не беспокоят «синие мундиры» и алчные полчища золотоискателей? Они посягают на лучшие охотничьи угодья священной земли шайенов! Солдаты имеют ружья, извергающие гром и молнии. Их вооружение превосходит наше… Они могут напасть на лагерь и затем уйти совершенно безнаказанно. Скорее всего, именно бледнолицые атаковали деревню этого мальчугана.

Мужчины помолчали, погрузившись в мрачные мысли, и медленно подъехали к ребенку, остановили лошадей и спешились. Черный Гром, внимательно посмотрев на испачканное кровью лицо мальчика, тут же узнал раненого.

— Храбрый Орел, — выдохнул вождь, взяв несчастного на руки.

Воины пристально рассматривали бледное личико малыша, отцом которого был Смеющийся Лось, один из могущественнейших вождей племени шайенов, а матерью — Мечтательное Небо.

Опустив ребенка на землю, Черный Гром сжал его плечи и отстранил от себя на расстояние вытянутой руки.

— Наха [2], поговори со мною, — нежно произнес вождь. — Скажи мне, что произошло… Кто так поступил с тобой?

Храбрый Орел ничего не видящими глазами молча уставился на спрашивающего. Понимая, что ребенок не собирается отвечать, Черный Гром принялся ощупывать его хрупкое тело в поисках ран.

— Послушай, он не ранен, как мы думали, — заявил индеец, взглянув на спутника. — Его забрызгало чужой кровью.

Мужчина с трудом сделал вдох и вновь прижал к себе мальчика.

— Молодой Медведь, этот ребенок, возможно, единственная уцелевшая душа из всей деревни, — проговорил он, поглаживая длинные волосы малыша. — Скачи вперед, возьми несколько воинов и отправляйся с ними в селение Смеющегося Лося. Посмотрите, что произошло там. Должно быть, вашим глазам предстоит увидеть нечто страшное… Недаром малыш так потрясен. Он, как видишь, потерял дар речи и способность соображать.

Спутник вождя некоторое время молча рассматривал Храброго Орла, затем кивнул, вскочил на лошадь и поскакал прочь.

Черный Гром, взяв ребенка на руки, усадил его в седло. Тот по-прежнему молчал, бессмысленно вперив взгляд в пространство перед собой.

— Юный храбрец девяти зим от роду, твое молчание говорит красноречивее всяких слов, — тихо произнес вождь, устраиваясь позади мальчика в седле. Обняв его, чтобы ребенок не упал, Черный Гром вздохнул, прекрасно понимая, какие жуткие вести принесут разведчики: они расскажут о массовом убийстве, самой настоящей бойне.

Сердце вождя разрывалось на части при мысли, что люди, бледнолицые или краснокожие, совершившие этот акт, должны ответить за содеянное. К подобному проявлению человеческой жестокости опытный воин никак не мог привыкнуть. Непонятная жадность к крови и золоту поселилась в сердцах после того, как белые завоеватели пришли на священную землю шайенов.

А во всем повинно золото — «желтый песок», которое являлось частью жизни индейцев. Шайены считали его священным и не трогали, так как оно принадлежало недрам Матери Земли.

Решив больше не думать об этом, вождь переключил внимание на мальчика и, развернув скакуна, направился в сторону своего селения. До этого момента его не обременяли никакие серьезные дела. Черный Гром выехал на прогулку с другом, предвкушая наслаждение красотой родной земли. Сладкий воздух свободы пьянил его, бескрайние просторы родины наполняли сердце гордостью, а грудь теснило от избытка чувств. То, что еще не успели осквернить белые, оставалось чистым и незапятнанным, как совесть младенца.

Вождь боготворил землю предков: высокую траву, горы и животных, бродящих по прерии. Обладая острым зрением, он заметил стадо буйволов, несущихся по плоскогорью, — огромное пятно черного цвета, походившее на тень, брошенную облаками. Черный Гром обрадовался, увидев животных. Его народ всегда знал, как обеспечивать себя одеждой и одеялами и пополнять запасы продовольствия.

— Да, но их численность скоро уменьшится, — гневно прошептал индеец. — Великий Дух, ну почему белые люди крадут не только нашу свободу, но и наши земли?

Проговорив эту фразу, мужчина выругал себя за несвоевременные мысли. Сейчас нужно думать о несчастном ребенке, тем более, тот уже начал подавать признаки осмысленного восприятия окружающей реальности.

— Юный храбрец, ты скоро будешь в моей деревне, — произнес Черный Гром, хотя казалось, что мальчик не обращает внимания на его слова. — Там я отведу тебя в свое жилище. Вымоешься, переоденешься и поешь… Сегодня будешь спать на моей постели, а я буду сидеть около тебя… — вдруг неожиданно проснешься, напуганный снами о произошедшем. Тогда я постараюсь утешить твою душу, разрываемую на части воспоминаниями.

Когда ребенок и на этот раз не отреагировал на словом, Черный Гром ощутил глубокую печаль. Он жалел не только малыша, но и самого себя. Его жена умерла много лун тому назад, когда мужчина был еще совсем молодым вождем; она умерла от таинственной болезни через несколько недель со дня их свадьбы. Тогда-то Черный Гром и поклялся, что никогда не полюбит другую. Однако это вовсе не означало не иметь детей. Вождь никак не мог свыкнуться с мыслью о потере другой жены, а вместе с ней — и части своего сердца. Его жизнью стала забота о людях своего племени; они стали его семьей.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.