Орангутан

Харриссон Барбара

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Орангутан (Харриссон Барбара)

Барбара Харриссон

Оранг-утан

Объяснение

Оранг-утан — малайское слово, которым теперь в большинстве стран обозначают человекообразную обезьяну — Pongo pygmaeus.

Его принято писать через черточку, оно составлено из двух малайских слоя: оранг — что означает «человек», утан — означает здесь «лесной». Широко распространенное неверное написание «оранг-утанг» отдает не столько невежеством, сколько невежливостью, ведь это слово означает по-малайски «должник». Но даже самый бессовестный бухгалтер от современной биологии не смог бы доказать, что оранг-утаны перед кем-то в долгу.

В западной части Калимантана. особенно же в Сараваке (где преимущественно происходит действие этой книги), почти всегда употребляется даякское слово «маиас». Его часто пишут неверно — «миас».

Дорогой родич!

Введение написано Томом Харриссоном

Теперь оранг-утанов можно встретить только в ограниченных районах Калимантана и Суматры. А совсем недавно они были гораздо шире распространены на обоих этих островах.

Когда в юго-восточной Азии появились древнейшие виды человека (питекантроп на Яве и гигантопитек в Китае), оранг-утан уже водился в изобилии в этих областях. От Пекина до Сулавеси археологи находят его останки в слоях, относящихся к каменному веку. Дюбуа, открывший питекантропа, собрал много неокаменелых зубов оранг-утана в известняковых пещерах Падангского нагорья в средней части Суматры. В последние годы такие же зубы найдены во время раскопок, проводимых Саравакским музеем в пещерах Ньях и в других точках западного Калимантана, больше трехсот километров от районов, где в наши дни обитают оранг-утаны. В пещерах Ньях мы раскопали кости оранг-утана, датируемые минимум тридцать пятым тысячелетием до нашей эры, то есть древнекаменным веком. Самые древние из найденных костей крупнее соответствующих частей скелета современного оранг-утана; похоже, что последние двенадцать тысяч лет его рост постепенно уменьшался.

В пещерах Ньях преобладают останки самок и детенышей. Судя по другим находкам, люди каменного века, жившие в этих пещерах, не умели ловить крупных животных на деревьях. Очевидно, они отделяли от стаи самку с детенышем — варварский способ, которым пользовались и ловцы, нашей эпохи.

В одной пещере к северу от Ньях обнаружены признаки того, что в древнекаменном веке люди держали орангутанов как домашних животных. Несомненно, жители Азии много тысяч лет назад хорошо знали оранг-утана, и очень вероятно, что люди убивали эту обезьяну или держали ее в неволе задолго до того, как она стала известна европейской науке.

Но древнейшие люди — во всяком случае в тропической Азии — редко губили то доброе, что им дарила природа. Охота в джунглях велась разумно, так что животным не грозило истребление.

Судя по всему, в научных публикациях слово «оранг-утан» первым употребил в 1641 году голландец Николас Тюльп; правда, он обозначил им шимпанзе из Анголы. Если учесть, что европейцы впервые попали на Калимантан лет на сто раньше, малайские сказания об оранг-утане, наверно, успели широко распространиться. Другой голландец, Якоб Бонтиус, бывший врачом на Яве, вскоре правильно применил слово «оранг-утан», описывая животное с островов Суматра и Калимантан (его описание вошло в «Естественную историю» Бюффона).

Начиная с девятнадцатого века, появляются сотни научных трудов об оранг-утанах со всевозможными анатомическими и физиологическими подробностями — и зачастую с умозрительными построениями, основанными на этих характеристиках, хотя ни одному исследователю явно не пришло в голову отправиться в лес и изучить, как оранг-утаны на самом деле ведут себя на воле. Мне неизвестна ни одна серьезная попытка исследовать оранг-утанов в естественных условиях; работы моей жены — первый робкий шаг в этом направлении.

В первой половине двадцатого века избиение оранг-утанов и других человекообразных обезьян под предлогом научных изысканий, спорта или охраны интересов местных жителей поумерилось. Зато теперь бедняг все чаще заточают в клетки для развлечения людей. Причем на одну пойманную обезьяну, как правило, приходится минимум одна убитая, разве что применяют особые способы отлова (на первых порах их просто не знали). Отловленные оранг-утаны нередко погибают, не достигнув зоопарка, для которого предназначаются. Из уцелевших менее одной пятой выживают в неволе свыше трех лет, хотя обычно оранг-утан живет не меньше двадцати пяти лет. Так называемый хороший уход в зоопарках влечет за собой почти такую же высокую смертность животных, как прежде.

В главном разделе этой книги моя жена рассказывает о наших (главным образом ее) попытках найти новый подход к работе с оранг-утанами. Постепенно у нас складывался новый взгляд и, хочется думать, лучшее понимание орангутана как нашего близкого и чрезвычайно обаятельного родича.

Не хочу корить никого в частности, но должен сказать, что испытываю глубокий стыд всякий раз, когда приезжаю с Калимантана в Англию и вижу, что делается в самом большом английском зоопарке, послужившем образцом для многих подобных учреждений мира. Взять, например, крупного оранг-утана с Суматры. Как и его предшественник, Сэнди, он оказался жертвой дурного ухода и перекармливания. Хотя теперь приходится надевать личину гуманности, по чести говоря, мы недалеко ушли от ямы, в которой держали медведя в средние века.

Тот факт, что человекообразная обезьяна в клетке подчас не может стоять на ногах, ничуть не беспокоит людей, озабоченных лишь тем, чтобы привлечь побольше посетителей и повысить входную плату. Чем крупнее оранг-утан, тем многочисленнее публика. Добрые граждане приводят с собой детишек, чтобы они могли посмотреть на апатичное, скованное отчаянием существо.

Не менее жаль молодых оранг-утанов, которых держат за решеткой без единого дерева. Это величайшая редкость, чтобы оранг-утан прожил в неволе срок, отмеренный ему природой. Ни деревьев, ни бабочек, ни блох — в такой обстановке оранг-утан, как мы установили, обречен на раннюю смерть!

Дерево, листва для оранг-утана — все. Он бродит по лесу, исследует его, преодолевает какие-то трудности, ему нравится неупорядоченный ритм жизни, нравятся бесхитростные забавы. Естественно, это определило и распорядок работы моей жены, И мне пришлось с этим мириться…

В доме поселился оранг-утан

Рождество 1956 года начиналось довольно безрадостно. Я торчала в постели с сильной простудой, кучей лекарств и отвратительным настроением. Мысль о нашей пожилой домашней работнице не давала мне покоя. Если я не встану и не скажу, что надо делать с индейкой, она палец о палец не ударит. Том, как всегда, когда я болела, ходил кислый и требовал, чтобы я поскорее поправлялась. Только кошки меня чуточку утешали. Мяу лежала у меня на груди и спала, положив голову на лапы. Тяжелая, но совесть не позволяла мне прогонять ее: она ждала котят. Ее дочь Мини, с черными и желтыми (как у мамы) пятнами на белой шубке, устроилась в круглой корзине у моих ног и, мурлыкая, кормила свою тройню.

Я задремала под жужжание вентилятора. Вдруг в комнату ворвался Том.

— Вот тебе рождественский подарок! — Он опустил на кровать какой-то коричневый косматый ком. — Детеныш оранг-утана, самец.

Я села. Малыш забрался мне на колени, дергая мою пижаму и простыни. Он был очарователен — большие карие глаза, треугольный бархатный носик, широкий рот, редкая шелковистая бородка, как у юноши. Все тело, в том числе длинные руки и короткие ноги, покрывала жесткая шерсть. На голове она торчала, образуя нимб вокруг лица и маленьких, совсем человечьих ушей.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.