Любовь с итальянским акцентом

Теплякова Лариса

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Любовь с итальянским акцентом (Теплякова Лариса)

Пролог

Италия… Нежное, шелковистое слово, словно соскальзывающее с губ. Страна для любви. Страна для творчества. Страна для сладкой жизни. Дольче вита.

Далеко ли она? В наш век скоростей совсем несложно достичь ее живописных берегов. Но в известном смысле она не близко…

Я расскажу вам итальянскую сказку. Но начнется и закончится она в России. Значит, сказка эта российско-итальянская. И даже скорее это быль. Такие светлые истории нет-нет, да случаются. Ну, обо всем по порядку! Не будем торопиться.

Глава 1

На масленичной неделе

На улице хозяйничала зима — настоящая уральская, ядреная, с крепким морозцем. Снег бриллиантово искрился в свете фонарей и рекламных огней, хрустел под ногами. Чистый снежок всегда приятно пахнет спелым арбузом, хотя арбузы на Урале не растут. Вот ведь лукавство природы!

Наташа возвращалась с работы домой. Привычный маршрут не отвлекал от мыслей. Работала она в родной школе, в той, которую сама окончила. От школы до дома недалеко. Раньше, бывало, смело бегали с ребятами, даже не застегивая шубеек и пальто! Она и сейчас могла бы так пробежаться, но теперь ей нельзя! Несолидно. Наташу все знают, уважают. Она в школе ритмику ведет и уроки домоводства. На первый взгляд странное сочетание предметов. Кому как, а для Наташи нормально. Она все отменно умеет делать — и шить, и танцевать!

…Всегда хотела стать известной танцовщицей и путешествовать по всему земному шару. Давать журналистам интервью, участвовать в фотосессиях для глянцевых журналов! Журналы продают во всех киосках, и мама с папой могли бы ею гордиться. Хотя они и так ее любят, без фото в журналах. И гордятся. Но без смелых желаний скучно жить, потому Наташа иногда грезит по своей девичьей привычке.

Самые вдохновенные, страстные мечтатели живут именно в маленьких городках и поселках. Больше всего им хочется посмотреть мир и добиться больших успехов. Некоторым удается. Вот старший Наташин брат сумел поступить учиться в Москве и там закрепиться. А Наташа сгодилась там, где родилась. Так уж вышло, и нечего на судьбу пенять.

Но она в своем городке личность известная. По-прежнему солистка Ансамбля народного танца в местном Дворце культуры. Горожане именуют его коротко — клуб. В этом клубе есть Народный театр, Народный хор. Талантов немало, и во время выступлений почти всегда полный зал. Всем любопытно на своих местных артистов посмотреть. Все довольны — и артисты, и зрители.

Вообще-то здесь почти все знакомы, и все рядом, под рукой. Вот ее школа, правее — городской парк, река. За рекой уже лесок. А за леском начинается вся необъятная страна. Так ей раньше в детстве казалось, когда украдкой смотрела вдаль из окон класса. Школа стоит на возвышенности, там и вид открывался изумительный, манящий.

Незаметно дошла до своего подъезда. Простая девятиэтажка из серых панельных блоков, а для Наташи — родной дом. Отцу выделили трехкомнатную квартиру на механическом заводе, где он мастером работал. Папу ценили, уважали. На доске почета портрет годами висел. Давно это было. Наташа тогда еще и не родилась, но знала по рассказам родителей, как они были счастливы! Шутка ли, трехкомнатная квартира! И кладовочка есть, и балкончик, и плита газовая, и вода горячая. Возможно, от избытка счастья и задумали дочку родить. Давно это было, целая Наташина жизнь прошла с тех пор. Многое изменилось. Родилась Наташа в одной стране, а жить пришлось в другой. Ну это не ей одной. Все в городке за эти годы изменилось, и всем непросто пришлось. Что уж теперь об этом! Жизнь-то продолжается!

Дверь в квартиру Наташа открыла своим ключом. Вошла в тепло, ощутила запах свежеиспеченных пирогов. Запахи и голоса. Это и есть то, из чего соткана аура родного дома. Здесь Наташу постоянно ждут, здесь ей всегда рады.

Выглянула мама, чмокнула дочь в прохладную румяную щеку.

— Заходи скорее, мой руки! Демины у нас в гостях.

Отец сидел за большим столом в зале. Рядом — старый друг Петр Иванович, дядя Петя. От него по левую руку — Таисия Михайловна, жена, тетя Тая. Неторопливо закусывали, выпивали помаленьку, вели разговор. Пятница… Завтра суббота. Можно расслабиться.

Мать, Анна Андреевна, — худощавая, большеглазая, подливала, подкладывала и вся светилась. Все домочадцы в сборе. Дом — полная чаша. А все Илюша, муж. Она за ним смолоду, как за каменной стеной. Домовитый, и подзаработать умеет. Когда перестройка отгремела, завод зашатался, сокращения пошли, зарплату нищенскую платили, так он уволился сам, не долго думая. С Петром Ивановичем кладку кафеля и прочие ремонтные работы быстро освоил. Так до сих пор и трудятся, уже целую бригаду создали. Заказчиков хватает! Все культурно жить хотят, с евроремонтом. Так что Илье Семеновичу есть на что свою семью побаловать.

— Вот и дочь моя пришла! — Илья Семенович ждал ее. Любил отец, когда вся семья за столом.

— Здравствуй, Наташенька, здравствуй, деточка, — ласково приветствовали муж и жена Демины.

— А мы вот праздник себе устроили! — пояснил Наташе отец. — Ты, наверное, думаешь, мол, на календаре обычное число, красным цветом не выделенное, а в доме гости! А ведь сейчас масленичная неделя, так почему бы нам не посидеть, не скоротать зимний вечерок?

Действительно, конец февраля, широкая масленица. А это значит, что скоро зиме конец, весна не за горами. Но Наташа понимала, что не только в этом причина. Просто у отца работа спорится, неделя удачно завершилась — вот и настроение отменное.

— Что ты, папа, я всегда Петру Ивановичу и Таисии Михайловне рада! — радушно сказала Наташа. — А уж в масленицу так тем более!

— Вот и молодец! — оценил отец. — Моя дочь! Ты ешь, мать блинов знатных напекла, пирогов настряпала.

Наташа подоспела, когда в застольной беседе уже наступил тот чудесный момент легкости, доверительности и теплоты, ради которого, собственно, вообще собираются вместе любые компании. Теперь выпили с Наташей, закусили неспешно. Потянуло на душевный разговор. Он стронулся сам собой, потек, полился.

— Вот смотрю я, Илья Семенович, на твою Наташу и удивляюсь, как природа распорядилась! — начал Петр Иванович. — Лицом она в тебя. А тоненькой фигуркой — в мать, в Аннушку. И глазищи как у Аннушки.

— Это верно, — согласилась с мужем Таисия Михайловна.

— Она и трудолюбием в меня! — гордо сказал отец.

— Да ведь у тебя, Илюша, руки-то золотые! Наташа, золотые руки у твоего отца! — рассыпался захмелевший гость.

— А у нее, у дочки моей, ручки тоже золоченые! Шьет искусно! И ножки у нее резвые! Пляшет в нашем клубе лучше всех, а теперь вон в школе детишек учит! А недавно в области выступали, — не унимался отец. — Наташа, дочь, неси-ка свои фотографии с концертов! Давай сюда альбом!

Альбомов с фотографиями было несколько, и все их видели уже не раз. Но отец настойчиво требовал, и пришлось ему подчиниться. Но не успела Наташа повернуться, а мать уже спешила, несла к столу. Разложила, раскрыла страницы. Наташа в украинском костюме, в грузинском. Хороша на любой фотографии.

Анна Андреевна не просто по-родительски любила свою дочь. Она ее обожала. Каждый день думала, лишь бы успеть ей помочь в жизни устроиться. Лишь бы счастлива доченька была.

— Ты бы Славку, сына моего, приглашала бы чаще на выступления-то свои, Наташа! — легонько упрекнул Петр Иванович. — Пусть бы посмотрел. Он ведь у нас парень хороший.

— Да он был, дядя Петь, — улыбнулась Наташа. — И не раз.

— А ведь ничего не расскажет! — сокрушенно покачала головой Таисия Михайловна.

— Он же молчун у вас! — усмехнулся Илья Семенович.

— Это верно — молчун у меня сынок! — подтвердил Петр Иванович. — А что мужику болтливым-то быть? Зато он парень толковый. Ты к нему, Наташа, присмотрись.

— А чего к нему присматриваться? Славка он и есть Славка, — улыбалась Наташа. — Мне ли его не знать! Сколько за одной партой в школе сидели!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.