Иностранка

Вирта Николай Евгеньевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Иностранка (Вирта Николай)

В теплый сентябрьский день тракторист Антошка работает на участке, который был расположен совсем близко от границы.

Окончив работу, Антошка слез с машины, вытер рукавом красный, вспотевший лоб, поправил белесые волосы, вынул из кармана папиросу, сел на межу и закурил.

В каких-нибудь десяти шагах от себя Антошка видел светлый узкий ручей. Ручей начинался где-то очень далеко; он разрезал поле на две части и пропадал в дубовой рощице.

Ручей был границей. За ручьем лежала другая, уже не советская страна, и жизнь в той стране была совсем другой. Антошка любил сидеть на меже и смотреть, что делали по ту сторону ручья, за границей, люди, которых он называл «иностранцами». Иногда он кричал им что-нибудь, но они не отвечали.

Сейчас в поле людей не было. На жнивье дрались и кричали галки, а около дубовой рощи бродила рыжая корова.

Антошке надоело сидеть на меже, он бросил папиросу, подошел к трактору и минут десять возился около мотора. Потом вскочил на площадку, перевел рычаг, обернулся и увидел около плуга белоголовую девочку. Он посмотрел на ее широко открытые глаза, на руку, которая перебирала край дырявого платья, и улыбнулся.

— Поберегись! — крикнул он и дернул рычаг.

Трактор двинулся.

Подъехав к соседнему участку, Антошка опять увидел девочку. Спотыкаясь, она бежала за трактором.

«Ишь ты, — подумал Антошка, — интересуется!»

Он остановил трактор и спросил:

— Ты чья будешь?

Девочка молчала.

— Вот тебе матка задаст! Ишь, куда убежала!

— Не-е, — сказала девочка. — У меня матки нету.

— Во-о-на! То-то, я гляжу, рубаха у тебя больно дырява. Что же тебе в колхозе новую не дадут?

Девочка ничего не ответила.

— Ты, что же, меня разве не знаешь? Меня каждый тут знает!

Сзади послышался конский топот. По меже ехал разъезд пограничников. Передний конный помахал рукой, и тракторист остановил машину. Пограничники подъехали и попросили прикурить. Старший пограничник — толстый парень с пушком на верхней губе — спросил:

— Это что, дочка твоя, что ли?

— Какое! — Антошка улыбнулся. — Девочка чья-то. Трактором интересуется.

— А-а! Ты откуда?

— Оттуда, — прошептала девочка.

— Откуда — оттуда?

— Я корову пасла.

— Э-э, да она иностранка! — вдруг догадался тракторист. — Я ее корову видел. Рыжая — на той стороне стоит. Так ведь?

Девочка тряхнула головой.

Пограничники переглянулись.

— Вот так история! — сказал старший.

— Дела-а! — изумился Антошка.

Девочка заплакала.

— Ты чего ревешь? — спросил ее тракторист. — Не бойся. Это, брат, Красная армия!

Девочка заплакала еще пуще.

— А может быть, отвезти ее до ручья, пусть домой бежит? — предложил Антошка.

— Скажешь тоже, — строго ответил старший пограничник. — Через границу бегать нельзя. Придется ее везти на заставу. Там начальник разберется, кто она и откуда. Слышь, девочка? А ну, поедем с нами! Да ты не бойся. Хочешь, яблочко дам?

Он вынул большое красное яблоко и, наклонившись с седла, подал его девочке. Она взяла его, улыбнулась, доверчиво потянулась к пограничнику и очутилась в седле.

— Ну, держись, — сказал он. — Не упадешь?

— Не-е, — убежденно сказала девочка.

— Это как же ты сюда прибежала? — спросил те старший пограничник.

— Так… Машина как загудит, я и побежала.

Пограничники поехали дальше. Девочка, съев яблоко, почувствовала себя, как дома, и разговорилась. Она рассказала пограничнику о своем селе, о стражнике, о злой соседской собаке, которая «враз трех обкусала».

Около заставы разъезд встретил командира пограничного отряда.

— Кого поймали?

— Так что, товарищ командир, девочка оттуда прибежала. Иностранка!

— Ты зачем сюда пожаловала? — Командир расправил свои желтые усы и пощекотал девочку под подбородком. — Как тебя зовут?

— Ася, — едва слышно сказала девочка.

— Ах ты, Ася, Ася! Батьку твоего как зовут?

— Павел.

— Коза этакая! Беда с вами!

— Она трактором заинтересовалась, — сказал старший пограничник. — Что с ней делать, товарищ командир?

— Отвезите ее в детский сад, а завтра мы ее отправим обратно.

Командир пощупал драное грубое платье девочки, поглядел на ее синеватые руки, погладил ее грязную, всю в ссадинах ногу и вздохнул.

* * *

Жизнь на границе полна большими и маленькими происшествиями. То корова перейдет границу, и надо ее вернуть хозяину, то ребята заблудятся и, сами того не зная, очутятся в чужой стране, то случится еще что-нибудь. Тогда командиры советского и чужого пограничных участков сходятся и условленном место и разрешают накопившиеся за несколько дней дела.

Свидания между командиром советского пограничного участка, на котором Антошка увидел чужую девочку, и польским комендантом происходили обычно на мосту через ручей, близ дубовой рощи.

К этому месту и направлялся командир советского пограничного отряда. На пригорке, шагах в тридцати от моста, стоил польский комендант — худой рыжий человек. Он распекал сутулого крестьянина. Еще не дойдя до моста, командир отряда услышал знакомый визгливый голос коменданта. Комендант прокричал что-то злобное и отошел от крестьянина. Тот стоял, понуря голову, уронив длинные, тяжелые руки.

Комендант козырнул советскому пограничнику.

— Распускают своих сопляков, а я их ищи! — еще не успокоившись, сказал он.

— Пропал кто-нибудь? — спросил командир.

— Да вот, изволите ли видеть, девочка к вам убежала. Скоты! Извините, пожалуйста…

— А я ее только что видел. У нас она, — ответил командир. — Когда заберете?

— Завтра. Пускай он поплачет, — кивнул головой комендант в сторону крестьянина, который стоял на горе, освещенной заходящим солнцем.

* * *

Темнело, когда старший пограничник сдал Асю заведующей детским садом. Девочка спала.

— А может быть, не стоит будить? — заметил пограничник: ему стало жаль прерывать спокойный сон девочки.

Заведующая бережно внесла ребенка в чистую горницу, позвала со двора няню; та быстро приготовила воду, и девочка только в ванне проснулась окончательно. Она с недоумением рассматривала заведующую детским садом, ясноглазую круглолицую женщину с русыми косами, и старую, сморщенную няню. Асе мыли голову, терли мочалкой ноги. Она пыхтела, морщилась, но не плакала.

— Матери у тебя нету?

Ася качнула головой.

— Бедная! — прошептала няня. — Вишь, как заросла!

Едва Асю успели завернуть в простыню, как она снова заснула. Она не слышала, как на нее надевали рубашку, как укладывали в постель.

— Анна Васильевна, — шепнула няня, — нынче она, как царевна, спит, а завтра опять в нужду, в грязь.

Анна Васильевна нахмурилась и ничего не ответила няне.

Утром, когда Ася проснулась, она увидела около своей кровати мальчика, такого же белоголового, как она сама. Мальчик, засунув руки в карманы штанишек, пристально рассматривал Асю. Позади стояло еще много детей. Все они таращили глаза на незнакомку.

— Ты из-за ручья? — спросил мальчик.

— Я машину пришла поглядеть. — И Ася стала рассказывать о тракторе, и о собаке, и о батьке, который «весь день мается на полосе».

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.