Порог открытой двери

Гуссаковская Ольга Николаевна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Порог открытой двери (Гуссаковская Ольга)

Ольга Гуссаковская

Порог открытой двери

Такой человек: дверь откроет, а о порог споткнется.

Народная мудрость

По вечернему северному городу шли двое. Мимо новых домов и старого кинотеатра. Мимо почти столичного кафе и сияющих витрин универмага. В их неоновом свете издали виднелся человек в тулупе и пестрой тюбетейке, продававший живую сирень. Где-то далеко по земле шла весна. А здесь хрупкие крестики цветов сирени падали, как снежинки, на ледяную бесснежную землю.

Пройдут еще два месяца. Там, откуда привезли сирень, созреют хлеба, а на улице северного города только-только пробьются у стен домов зеленые лучики травы, брызнут свежестью тугие почки лиственниц. И настанет лето. Эта земля не знает чудесного межвременья весны. Север суров, но люди его, как нигде, умеют радоваться тому, что приносит радость.

Мужчина купил ветку сирени и протянул ее своей спутнице. Женщина сейчас же поднесла сирень к лицу и забавно сморщила короткий нос: от сирени пахло цветочным одеколоном. На тяжеловатом, крупном лице мужчины мелькнула неожиданно быстрая улыбка:

— Слишком многого хочешь: чтобы ж цветы живые, да еще и запах живой! Такого на Колыме не бывает.

— Нет, это все равно чудо — живая сирень! — благодарно улыбнулась ему женщина. — Сегодня удивительный вечер!

— Так уж и удивительный…

— А как же? — Она бережно спрятала сирень в сумку, чтобы не застудить цветы, и снова пошла рядом с мужчиной, как и до этого, не касаясь его руки. — Подумай сам: у меня в школе не оказалось ни родительского собрания, ни ЧП. А ты не занят на тренировках и не заседаешь в своей милой комиссии. Разве это не удивительно?

Мужчина только вздохнул тихонько. Они поравнялись с кинотеатром, где под широким козырьком у входа толпились подростки. Шел фильм про индейцев. И хоть вроде бы никто из ребят на прохожих не смотрел, женщина еще на шаг отступила от мужчины и сделала строгое лицо. Выражение это совсем не шло ее живым карим глазам и веселому носу.

У входа в кинотеатр что-то произошло. Раздался короткий крик, мигом сгрудились спины, замелькали руки. Мужчина молча развел толпу подростков, словно бы и не чувствовал сопротивления. Возле самой стены оказались двое: высокий рыжий парень с цыплячьими бачками на щеках и красивая девушка с недобрыми зелеными глазами. Парень прикрывал ладонью разбитый нос.

— Здравствуй, Ира, — с подчеркнутым спокойствием сказал мужчина. — Ты опять?

— Не опять, а всегда! — словно ножом отрезала девушка. — Пусть не распускает рук!

— Но по лицу-то бить, может, и не стоило сразу? Может, и слов было бы достаточно? Никак ты не можешь понять, что крайняя мера — действительно крайняя, а есть и другие…

Ира молчала и зло щурилась. Рыжий незаметно начал отступать, явно стараясь выпутаться из неприятной истории. И тут из толпы вышел еще один паренек. Не вырвался вперед, пихаясь плечами, а именно вышел — небрежно и красиво. Шапки он не носил. Черные вьющиеся волосы лежали по плечам неправдоподобно аккуратно. Синие глаза сияли.

— О, Иван Васильевич! Здравствуйте! — Он даже руку протянул. — Вы на Ирочку гневаетесь? А напрасно! Ведь последними защитницами Рима были весталки. Не помните? Впрочем… Не ваш профиль. Это были жрицы богини Весты, очень серьезные женщины. Вернее, девушки — замуж им выходить не разрешалось. И когда варвары решили посчитаться с римлянами за все, именно эти девицы последними обороняли Капитолий. Кажется, им еще помогали быки, обученные бою. Больше никого не осталось. Весталки потерпели поражение, погибли, но зато вошли в историю. По-моему, насчет всеобщей их гибели ошибка: одна из них пережила века — вот она перед вами! И ей тоже очень хочется угодить в историю. Великолепная воительница!

— Здравствуй, Ян, и перестань ломаться. Надоело и на тренировках, — все так же спокойно сказал мужчина, но руки Яну не подал.

Ян словно бы и не заметил этого. Чуть коснулся лба:

— Да, кстати, я ведь хотел даже зайти к вам. Чуть не забыл! У меня к вам просьба: возьмите и меня в поход. Мне Наташа рассказала, что вы идете. Поскольку мои дорогие родители считают, что лето я должен провести в вашем спортивном лагере, почему бы мне не пойти и не посмотреть заранее, что готовит мне судьба?

— Лагерь не «мой», а горкома ВЛКСМ, я там буду только начальником, — поправил его Иван Васильевич, — одного желания твоих родителей мало для того, чтобы туда попасть. А в поход я тебя возьму, если хочешь. Кстати, пусть уж идет и твой адъютант, тебе будет не скучно.

— Раджа? — быстро спросил Ян, и что-то мгновенно изменилось в его лице. Словно в глазах на секунду выключили свет.

— Да, Раджапов, — подтвердил Иван Васильевич. — Тебе это не нравится?

— Нет… отчего же? — протянул Ян.

— Почему бы вам и девочек не взять? — вдруг спросила Ира. — Например, меня и Галю? Не одной же Наташе с мальчишками идти? Решено: мы тоже идем!

— А если я не соглашусь с твоим решением? — осведомился Иван Васильевич, но по глазам было видно, что не сердится и вообще Ира ему по душе.

— Ну, как же не согласитесь? — Странная беглая улыбка на секунду исказила Ирины губы, — Только что вы же сами говорили на комиссии, что меня надо отвлечь от дурного влияния улицы. Вот я и хочу отвлечься!

— Ладно, ребята, завтра подходите ко мне в спортшколу, там и поговорим окончательно, — подвел итог Иван Васильевич.

Где-то в глубине кинотеатра призывно зазвенел звонок, и ребята, нарочно толкаясь и галдя, полезли в двери. Ян и тут опередил многих. Иван Васильевич не сомневался, что и Ира не отстала.

Спутница дожидалась Ивана Васильевича за углом кинотеатра. Стояла и задумчиво кормила конфетами бездомного лохматого пса. Пес глотал конфеты, как пилюли.

— Извини, что не пошла за тобою следом, — сказала она чуть виновато. — Но я думаю, что в этой ситуации тебе надо быть с ребятами одному, без меня. Я-то им и в школе надоела. Да в они-то ведь только выглядят большими, а чуть что, как в первом классе: «Анна Владимировна, скажите Яну, чтобы…» Ира опять кого-то избила, да?

— Ну, не избила, ударила разок, да и за дело, по парню вижу… А вот Ян твой удивил меня: вдруг ему в поход захотелось пойти с нами. Что за притча?

— Разве у него угадаешь… — пожала плечами Анна Владимировна. — Он же сам себя читает, как незнакомую книгу без конца и начала. Кстати, бокс он еще не бросил?

— Пока нет, но… кажется, решил перейти к горнолыжникам. Уйдет и оттуда, — твердо сказал Иван Васильевич. — Этот парень не умеет терпеть.

— И ты его все-таки хочешь взять в поход? Вот такого?

— Возьму, если пойдет. Это чуть больше похоже на жизнь, чем условия ринга. А ведь он очень способный, очень!

— Где же логика? Способный… и ни на что не способен?.. — пожала плечами женщина. — Боюсь я что-то за эту твою затею. Ты считаешь моих восьмиклассников взрослыми, а они — дети.

— Дети? — Иван Васильевич покачал головой. — Нет… Я наблюдаю их в спорте и вижу почти взрослую реакцию, а иногда и силу. Но рядом такое нетерпение сердца, такая ранимость! Акселераты. Слово-то нашли, и объяснения нет. Но в поход я их все равно возьму. Всех, кто захочет пойти.

Иван Васильевич и Анна Владимировна продолжали свой путь по улице северного города. Улица стремительно сбегала с сопки. Давно кончились нарядные огни центра.

И теперь мужчина вел женщину под руку.

* * *

На вершине сопки сквозь камни прорастал туман. Тонкие светлые струи напоминали стебли травы, и оттого серые, мохнатые от лишайника камни жили тайной, непонятной людям жизнью. А внизу раскинулось море. Туман лег на него низко и плотно, так что сверху напоминал снежную целину.

Там, где туманная снеговина смыкалась с побелевшим от ночного холода небом, медленно рождалось утро. Это не был яростней всплеск мгновенно побеждающего света. Долгое время казалось, что сквозь белое полотно кто-то с трудом протягивает тонкую золотую нить, а она то и дело рвется.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.