Леди, леди, это я!

Макбейн Эд

Жанр: Полицейские детективы  Детективы    Автор: Макбейн Эд   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Леди, леди, это я! ( Макбейн Эд)

Город, изображенный на страницах этой книги, — плод авторского воображения.

Все персонажи и места действия вымышлены.

Реальна только будничная полицейская рутина, подчиненная установившимся методам ведения следствия.

Глава 1

Проза полицейского бытия. Рутина кругом.

Банальны в своей простоте даже лучи октябрьского солнца, которые проникают сквозь металлическую решетку на окнах и падают янтарными пятнами на обшарканный деревянный пол дежурной комнаты. Там солнечные пятна сливаются с тенями — тенями высоких и статных мужчин без пиджаков; на дворе октябрь, а в дежурке жарко — бабье лето все не сдается.

Звонит телефон.

Из-за окон доносится шум города: внезапный и дружный вопль детворы, отпущенной из школы, крик уличного торговца «Сосиски, лимонад!», монотонный гул автобусов и автомобилей, бойкое постукивание женских каблучков, дребезжание изношенных роликовых коньков на разрисованных мелом тротуарах. Но иногда в городе все замолкает, и при желании можно даже услышать стук собственного сердца. Но и это затишье — лишь часть городского шума, капля скучной повседневности. Бывает, правда, что в этой тишине пройдет под окнами дежурки влюбленная парочка, и в комнату впорхнет на мгновение ускользающий шепот их разговора. Детектив остановит работу и поднимет глаза от пишущей машинки. Да, жизнь города за окнами дежурки идет своим чередом.

А здесь — унылая повседневность.

У автомата с охлажденной водой стоит полицейский. В его руке бумажный стаканчик. Он ждет, пока нальется вода, затем запрокидывает голову и с жадностью выпивает. Служебный полицейский револьвер тридцать восьмого калибра мирно покоится в кобуре, пристегнутой слева на поясе. По комнате гуляет сбивчивый стук пишущих машинок, распространяемый неуклюжими руками полицейских, — отчеты должны быть отпечатаны на машинке, и в трех экземплярах; что поделаешь — нет у полицейских личных секретарей.

Снова звонит телефон.

— 87-ой полицейский участок, детектив Карелла слушает.

Кажется, что само время застыло в этой комнате. Рутинные действия людей накладываются одно на другое, как мазки художника, рисующего классическое полотно под названием «Обыденная полицейская работа». Картина мало меняется изо дня в день: кабинетная и следственная рутина. И редко случается так, что классический порядок дня вдруг ломает какое-нибудь событие. Полицейскую работу можно сравнить с корридой. Всегда есть арена, всегда в наличии бык, всегда присутствуют матадор, пикадоры, помощники матадора, и всегда играет традиционная музыка арены с вступительными фанфарами La Virgen de la Macarena. Ритуальная музыка непрерывно сопровождает зрителей — свой традиционный музыкальный фрагмент для каждой стадии состязания, что на самом деле никаким состязанием не является, потому что обычно погибает один бык. Правда, иногда бык удостаивается пощады, и его оставляют в живых, но только это должен быть беспримерно смелый бык. Хотя, по большей части, в конце концов, он погибает. Никаким спортом здесь и не пахнет, потому что результат предрешен задолго до того, как эта горькая пародия на состязание начнется. Быку суждено погибнуть. В канву этой церемонии жертвоприношения обязательно вплетаются некие эпизоды для удивления и услады публики: то матадора подымут на рога, то бык перемахнет через заградительный барьер, — но установленный порядок остается неизменным — классический ритуал кровопролития.

Так же обстоит дело и с полицейской работой.

В дежурной комнате свои ритуалы и проза жизни. Как время прекращает свой бег для тех, кто занимается рутинной работой, так оно замерло в этом месте для этих полицейских.

Все они исполняют свои роли в классическом обряде кровопролития и жертвоприношения.

— 87-ой полицейский участок. Детектив Клинг слушает.

Берт Клинг, самый молодой детектив на участке, прижал трубку к уху плечом и снова склонился над машинкой, чтобы исправить ошибку в тексте. Он неправильно напечатал слово «задержанный».

— Алло… кто? — спросил он в трубку. — Да, конечно, Дейв, соедини меня с ней.

И он стал дожидаться, пока Дейв Мерчисон, дежурный по коммутатору, соединит его.

Стоявший у автомата с холодной водой, Мейер Мейер наполнил еще один стаканчик и сказал:

— У него одни девчонки на уме. Целыми днями телефон занят. Можно подумать, что девчонкам в этом городе больше делать нечего, а только звонить детективу Клингу, чтобы он просветил их, как сегодня идет борьба с преступностью. — Мейер неодобрительно покачал головой.

Клинг протянул руку, умоляя его замолчать.

— Привет, дорогая! — сказал он в трубку.

— А-а, так это опять она, — сказал со значением Мейер.

Стив Карелла, сидевший рядом, завершил свой разговор, повесил трубку и спросил: «Это кто?»

— А как ты думаешь? Ким Новак, вот кто. Она названивает сюда каждый божий день. Хочет узнать, не прикупить ли ей акций компании «Коламбия Пикчерс».

— Ребята, ну заткнитесь, пожалуйста! — попросил Клинг. Затем в трубку: «Ага, обычная история. Тут опять клоуны потешаются».

— А ты попроси их не лезть не в свое дело, — сказала Клэр Таунсенд на другом конце провода. — Скажи им, что мы любим друг друга.

— Они уже знают, — сказал Клинг. — Погоди, а как насчет сегодняшнего вечера? Договорились?

— Да, только я буду чуть позже.

— Почему?

— Мне надо заскочить кое-куда после учебы.

— Куда это? — спросил Клинг.

— Надо подобрать кое-какие материалы. Не будь таким подозрительным.

— Может быть, тебе уже пора перестать быть образцовой студенткой? — спросил Клинг. — Почему бы тебе ни выйти за меня замуж?

— Когда?

— Завтра.

— Завтра я не могу. Завтра я буду очень занята. И кроме того, мир нуждается в работниках социальной сферы.

— Мир как-нибудь обойдется. Это мне нужна жена. У меня уже дырки в носках.

— Я заштопаю их сегодня вечером, — сказала Клэр.

— По правде говоря, — прошептал в трубку Клинг, — у меня на сегодня были несколько иные планы.

— Смотри, он уже перешел на шепот, — сказал Мейер Карелле.

— Заткнись! — прикрикнул Клинг.

— Каждый раз, когда он доходит до самого интересного места, он переходит на шепот, — сказал Мейер, и Карелла разразился смехом.

— Нет, это становится невозможным, — со вздохом промолвил Клинг. — Клэр, увидимся в шесть тридцать, хорошо?

— Скорее, в семь, — сказала она. — И, между прочим, я надела маскировочный наряд, чтобы твоя ворчливая хозяйка не узнала меня, когда будет подглядывать за нами в холле.

— О чем ты говоришь? Что за маскировочный наряд?

— Сам увидишь.

— Ну, ладно, скажи, что ты надела?

— Ну… на мне такая белая блузка, — Клэр продолжала, — знаешь, с открытым воротом и нитка бус из мелкого жемчуга. Затем, темная юбка в обтяжку с широким черным поясом, это тот, что с серебряной пряжкой…

Слушая ее, Клинг невольно улыбнулся. Он представил себе Клэр в телефонной будке, которая стоит на территории университета. Он знал, что будка мала, и Клэр приходится сгибаться над трубкой. Ростом Клэр была под метр восемьдесят, и будка была низковата для нее. Ее волосы, черные как смоль, зачесаны назад, ее карие глаза приобретают особую живость во время разговора, на лице у нее, возможно, играет легкая улыбка. Ее белая блузка конусом сходит вниз и плотно обтягивает узкую талию, черная юбка плавно облегает ее широкие бедра и подчеркивает стройность ее длинных ног.

— … чулок нет, потому что на улице стоит жуткая жара, — сказала Клэр, — и черные туфли-лодочки на высоком каблуке — вот и всё.

— Ну, а где же маскарадный наряд?

— А я купила себе новый бюстгальтер, — прошептала Клэр.

— Ага?

— Ты бы видел, как он меня преобразил, Берт. — Она замолчала. — Берт, ты меня любишь?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.