Лето золотой раковины

Кузнецова Наталия Александровна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Лето золотой раковины (Кузнецова Наталия)

Глава I

Прекрасное начало

Ромка вбежал в комнату, вытер со лба пот и поискал глазами сестру.

– Уф, ну и жара сегодня!

Лешка не прореагировала. Она сидела на полу возле большого платяного шкафа и с яростным выражением лица вытягивала оттуда свою одежду. Присев рядом, Ромка ухватил ее за локоть:

– Лешк, спорим, не знаешь, какой зверь в зоопарке меньше всех от жары страдает.

Сестра отдернула руку и пожала плечами:

– Вараны какие-нибудь, они ж из пустыни, привыкли к пеклу. Или попугаи, потому как из тропиков. А вообще, не приставай ко мне со всякими зверями, и без того тошно.

– Вараны, попугаи! – передразнил Ромка. – Это каждый знает. Но вараны – это ящерицы, то есть пресмыкающиеся, а попугаи – птички. Правда, Попочка? – повернулся он к своему волнистому попугайчику.

– Омочка, пусик мой! – тут же откликнулся всегда веселый и бодрый Попка. Желтый попугайчик подлетел к прутьям решетки, высунул наружу головку, спрыгнул на качалку, с нее – на жердочку и забегал из стороны в сторону, шустро перебирая лапками и всем своим поведением доказывая, что тропическим птичкам никакая жара не страшна.

– Тогда не знаю, отстань от меня, – отмахнулась от брата Лешка.

Но Ромка отставать не собирался, не поделившись новыми, только что приобретенными знаниями.

– Этот зверь – белый медведь, вот кто. Он ни арктического холода, ни тропической жары не боится, такая у него толстая шкура, ясно тебе? И вообще, чтоб ты знала, этот медведь – самый сильный на свете хищник, запросто переборет и льва, и тигра. Не веришь? И зря. Только что по телику Московский зоопарк показывали, так там мишки с Севера на травке развалились и греются себе на солнышке.

Лешка снова пожала плечами. Медведь так медведь, ей-то что? И тут только Ромка заметил, что сестра не в духе.

– Эй, а что это с тобой? – удивился он. – Мы ж в Медовку едем! До сих пор не прониклась? Сама целый год талдычила, скорее бы лето да на дачу. А теперь опять недовольна. Не рада, что ли?

– Рада, еще как, – с грустью произнесла Лешка и затолкала на освободившееся место свою любимую оранжевую обезьяну.

Ромка огляделся. У его сестры были три мягкие обезьянки, кроме оранжевой, еще две коричневые. Днем она рассаживала их на своем диване, а на ночь перекладывала в кресло. Но сейчас и диван, и кресло были пустыми.

– А чо это ты делаешь? И куда подевала своих мартышек?

– Спрятала.

Чуть слышно шмыгнув носом, Лешка как попало рассовала по полкам свои свитера и футболки.

– Зачем?

Сестра поднялась с пола и откинула назад свои рыжеватые волосы.

– Ну что ты такой непонятливый? Они же похожи на Аечку!

– Так мы ведь сегодня уезжаем! Ты их теперь не скоро увидишь.

– Но приезжать-то будем. И игрушки эти сразу о нем напомнят! – воскликнула Лешка и горестно вздохнула: – И как я без него буду жить!

– Так же, как и всегда, – хмыкнул Ромка. Однако, заметив в углу комнаты непонятно как попавший туда недогрызенный кокос, незаметно подобрал остатки тропического плода и выбросил их в мусорное ведро. А сам подумал: «Ну и дался же ей этот зверь!»

И надо же было такому случиться, чтобы неведомо какими путями занесенный в Москву редчайший мадагаскарский лемур ай-ай, или руконожка, как еще называют этого зверька, по невероятному стечению обстоятельств достался именно Лешке [1] . Никогда раньше брат с сестрой не видали подобных зверей. Ай-ай обладал длинным пушистым хвостом, огромными, как у летучей мыши, перепончатыми ушами и похожими на беличьи зубами. Но самым примечательным у этой полумартышки, как называл лемура Ромка, были лапки с длинными-предлинными пальцами, из которых выделялся средний с длиннющим когтем-щупом, которым ай-ай в природе добывал себе в пищу личинок из-под коры деревьев. По всему по этому Ромка считал руконожку жутким уродом, а на Лешкин взгляд Аечка был просто красавцем. Впрочем, о вкусах не спорят. Тем паче, что дело было вовсе не во внешности экзотического зверька, а в том, что за короткое время заморский пришелец принес брату с сестрой уйму забот, хлопот и неприятностей, а мама считала, что появление лемура в доме оказалось сродни пожару или нападению банды грабителей. Веселый и ласковый зверек мигом приручился, однако крушил и портил все, что попадалось под его когти-бритвы.

Правда, вскоре после появления руконожки начались летние каникулы, вернулся из Англии Артем – лучший друг Ромки и Лешки, и друзья были приглашены в гости в красивую загородную усадьбу, расположенную на реке Десне. Лешка взяла зверька с собой, избавив маму от проделок нежданного квартиранта. После отдыха на Десне она собиралась забрать Аечку на все каникулы в Медовку и о дальнейшей его судьбе не задумывалась, так как лето казалось бесконечным, а будущее – необозримым.

Но мама знала, что каникулы промелькнут быстро и зверь снова воцарится в их доме. С содроганием думая о том, что придется снова и снова покупать подушки и занавески, волноваться за люстры, посуду и комнатные цветы, Валерия Михайловна сама нашла выход из угрожающего ее спокойной жизни положения. Она позвонила в Фонд защиты животных, потом еще куда-то, с кем-то встретилась, словом, приложила все силы к тому, чтобы вернуть редкого зверя на его родину – остров Мадагаскар. Как раз сегодня его и увезли.

– Ну и чего страдать? – недоумевал Ромка. – Он же вернется в заповедник, создаст там семью. Не для тебя же ему жить.

А Лешка вспомнила, как Аечка на прощание ткнулся ей в щеку своей глазастой мордочкой, будто поцеловал. Должно быть, чувствовал, что они расстаются навсегда. На ее глазах выступили слезы.

– Если бы я не понимала, что зверям нужна дикая природа, никому бы его не отдала. И еще я боюсь, что он привык к тому, что его кормят люди, и не сможет сам добывать себе пищу.

– Еще как сможет! Иначе бы он в мамином шкафу не расковырял дыру в поисках личинок. А уж банан или кокос и ты найдешь, если попадешь в тропики.

Лешка чуть-чуть успокоилась, захлопнула свой шкаф и доложила в уже собранную сумку несколько иллюстрированных журналов для подростков, чтобы листать их на пляже. Во второй половине дня отец Артема обещал отвезти их в Медовку. Как жаль, что такой счастливейший день, который она действительно ждала почти год, омрачен расставанием с Аечкой. Он ведь не пришлет ей письма и не позвонит, и она никогда ничего не узнает о его дальнейшей судьбе.

– Знаешь что?! – воскликнула она. – Больше никогда и ни за что зверей заводить не буду! С ними так грустно расставаться. Есть Дик – и ладно.

– Мудрое решение, – согласно кивнул Ромка, выглянул в окно и радостно заорал: – Едут!

Из заехавшей во двор машины выскочил Артем и замахал им обеими руками. Родители подхватили сумки детей и заторопились к выходу. Лешка взяла за поводок своего Дика, Ромка потащил к дверям клетку с Попкой. Попугай впервые покидал родной дом: Ромка решил, что его любимцу пойдут на пользу смена обстановки, свежий воздух и новые впечатления.

Если на Десну брат с сестрой брали с собой одного руконожку, то теперь увозили из дома всех своих питомцев. И Олег Викторович, при всем своем огорчении от разлуки с дорогими чадами, по-детски радовался тому, что они на все лето избавили его от необходимости выгуливать Лешкину собаку и чистить клетку Ромкиного попугая, что ему доводилось делать довольно часто.

Все семейство спустилось вниз. Владислав Николаевич, отец Артема, пригласил Валерию Михайловну и Олега Викторовича в Медовку на выходные дни проведать детей и отдохнуть самим, и они, конечно, согласились.

После прощальных объятий и долгих напутствий Ромка залез на переднее сиденье, двумя руками обнимая клетку с притихшим Попкой, а Лешка с Артемом и Диком устроились сзади.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.