Приключения Васи Куролесова (с иллюстрациями)

Коваль Юрий Иосифович

Серия: Приключения Васи Куролесова [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Приключения Васи Куролесова (с иллюстрациями) (Коваль Юрий)

Слово мастеру

С тех пор как я родился у меня спрашивают: «Чижик-пыжик, где ты был?» Отвечаю: «В детском саду был, в школе был, в Полиграфическом институте был, в „Крокодиле“ был, в „Мурзилке“ был, в „Вокруг света“ был, в „Весёлых картинках“ был, в „Детгизе“ был, в „Малыше“ был».

В «Мурзилке» я как раз познакомился с Юрием Ковалём. Свободный он человек. Так же свободна проза Коваля, его песни, его живопись, графика, скульптура. Он может многое, многое и делает. И всё талантливо, с этаким шиком, со вкусом.

Когда я читаю его прозу, испытываю вполне материальное удовольствие от точно найденного слова, от потрясающего чувства юмора, от его безграничной фантазии.

Так сложилось, что «Приключения Васи Куролесова» — это первая наша книжка с Ковалём. Книга-детектив, но детектив, в основе которого жизненная правда.

Вот что однажды рассказал Юра:

«„Вася Куролесов“ — это рассказы моего отца, а он был начальником уголовного розыска Московской области в войну и после войны. Он приходил домой, и я любил его слушать. К тому же отец считался семейным юмористом. Папа был связан с тяжелейшей работой, а истории для своих рассказов он, конечно, старался выбирать повеселей, что-то такое для ребёнка. Куролесов был одним из его сыщиков. Звали его Николай. Но у меня он сделался Васей, а слово „Куролесов“ мне казалось просто чудесным и подходящим для такого персонажа, который тихо созревал во мне. Такая история, происшедшая с отцом и Куролесовым, действительно была. Так что первоначальный толчок дал отец. В сущности отцу посвящаются эти смешные детские вещи».

Картинки, которые я нарисовал к этой повести, появились сначала в «Мурзилке», а потом уже в книгах. Одну из таких книг вы держите в руках. Я думаю, что вы сделали правильный выбор, потому что талантливой литературы не так уж и много.

Юрий Коваль, к сожалению, книги этой не увидел. Его нет с нами. Теперь надо писать «мог», «делал», «был». Но я не буду ничего в тексте менять, пусть остаётся в настоящем времени.

Что мне нравится в чёрных лебедях, так это их красный нос.

Впрочем, к нашему рассказу это не имеет никакого отношения. Хотя в тот вечер я сидел на лавочке у Чистых прудов и смотрел как раз на чёрных лебедей.

Солнце укатилось за почтамт.

В кинотеатре «Колизей» грянул весёлый марш и тут же сменился пулемётной очередью.

Из стеклянного кафе вышел молодой человек и, распугивая с асфальта сизарей, направился прямо к моей скамейке. Усевшись рядом, он достал из кармана часы-луковицу, больше похожие на репу, щёлкнул крышкой, и в тот же миг раздалась мелодия:

Я люблю тебя, жизнь, И надеюсь, что это взаимно…

Скосив глаза, я глянул на часы и увидел надпись, искусно вырезанную на крышке:

ЗА ХРАБРОСТЬ.

Под надписью был нацарапан маленький поросёнок.

Между тем неизвестный захлопнул крышку часов и сказал себе под нос:

— Без двадцати девятнадцать.

— Сколько?

— Без двадцати девятнадцать. Или восемнадцать часов сорок минут. А что?

Передо мной сидел молодой парень, худой, широкоплечий. Нос у него был несколько великоват, глаза прищуренные, а щёки загорелые и крепкие, как грецкий орех.

— Где же вы достали такие часики? — завистливо спросил я.

— Да так, купил по случаю. В одном магазинчике.

Это была, конечно, ерунда. Часы с надписью «За храбрость» не продаются. Неизвестный просто не хотел рассказывать, за что его наградили часами. Он стеснялся.

— Что мне нравится в чёрных лебедях, — сказал я дружелюбно, — так это их красный нос.

Владелец часов засмеялся.

— А мне, — сказал он, — чёрные лебеди вообще не нравятся. Лебедь должен быть белым.

Слово за слово — мы разговорились.

— Интересно, — толковал я, — почему это у вас на часах поросёнок нарисован?

— Да это так просто — шутка. Ничего интересного.

— Ну а всё-таки?

— Дело давнее. Я ведь тогда жил ещё у мамы. В деревне Сычи.

— Ну и что там произошло?

— Да ничего особенного…

Часть первая

Усы и поросята

Глава первая

В деревне Сычи

Вместе со своей мамой Евлампьевной жил Вася в деревне Сычи.

Мама Евлампьевна держала кур с петухом и уток, а Вася учился на механизатора.

Как-то весной, в начале мая, мама Евлампьевна и говорит Васе:

— Васьк, кур у нас много. И утки есть. А вот поросят нету. Не купить ли?

— Мам, — говорит Вася, — на что нам поросята? Вырастут — свиньями станут. В грязи будут валяться. Противно-то как.

— Васьк, — говорит Евлампьевна, — да пусть валяются, тебе-то чего? Давай купим!

— Мам, — говорит Вася, — да ну их! Хрюкать начнут — отбою от них не будет.

— Васьк, — говорит Евлампьевна, — да много ли тебе надо отбою! Похрюкают и перестанут. А мы их будем помойкой кормить.

Они поговорили ещё и решили всё-таки купить двух поросят.

И в выходной день Вася взял мешок из-под картошки, вытряхнул из него пыль и поехал на рынок в районный центр. В город Карманов.

Глава вторая

Тёртый калач

А народу на рынке было полно.

У ворот, на которых написано было: «Кармановский колхозный рынок», стояли женщины, толстые и румяные. Они продавали с рук цветные платки и белое бельё.

— Купи! — кричали они Васе. — Купи платок — чистый кумак!

Вася только проталкивался через толпу.

Он увидел, что рынок стоит во дворе бывшего монастыря, весь обнесён каменной стеной, а по углам — башни с резными крестами.

— А вот стекло двойное бэмское! — кричал у входа стекольщик, который боялся со своим товаром лезть в середину рынка.

Вместе с толпой Вася прошёл в ворота, и сразу же под нос ему сунулось блюдо с красными варёными раками. Раки были кривобокими, с перепутанными клешнями. Их усы свешивались с блюда, как соломины.

— А ну! — крикнул Вася продавцу раков. — Сторонись, раковщик!

За раковщиком пошла сразу рыба. Некрасивый дядя вытаскивал из корзины лобастых язей, надавливал им на пузо. Язи открывали рот и делали «хм». И дядя бросал язя в корзину, в которой были и другие язи, переложенные крапивой.

Вася то застревал в толпе, то проталкивался дальше. Развернулись перед ним морковь и петрушка, зелёный лук — веником, репчатый — косицами.

— Каротель! Каротель! — покрикивала женщина-морковница.

— Ре-па! — ухал парень-долговяз.

Прохожие покупатели хватали-покупали кому чего в голову взбредёт: кому — репа, кому — рыба, кому — каротель.

«А мне бы поросят, — думал Вася. — Только где же они?»

В самом углу рынка, под башней, Вася увидел, чего искал. Здесь продавали кур, гусей, телят — всякую живность. И поросят было много.

Вася долго подыскивал подходящих — не очень маленьких, да и не слишком больших.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.