Магическое перо

Макганн Ойзин

Серия: Аркизанские хроники [1]
Жанр: Детская фантастика  Детские    2006 год   Автор: Макганн Ойзин   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Магическое перо (Макганн Ойзин)

ПРОЛОГ

Если бы Локрин и Тайя Аркизан знали, к каким злоключениям приведет их любопытство, они бы… Они бы все равно отыскали эту секретную дверь!

И уж конечно, постарались бы узнать, что за ней скрывается.

Локрин первым смекнул, что в доме что-то не так. Бросалось в глаза некое несоответствие: две комнаты в западном крыле дядиного дома что-то уж слишком маленькие. То есть если измерить протяженность стены дома снаружи, а затем вычесть внутренние размеры комнат, оставалось лишних четыре шага.

Не могли же стены быть такими толстыми!

Словом, любой, у кого в голове есть хоть капля мозгов, рано или поздно догадается, что в доме имеется потайное помещение. Оставалось лишь отыскать туда дверь и подобрать ключ.

Тайя занялась осмотром стен, а Локрин перебирал и ощупывал различные предметы — в надежде отыскать спрятанную задвижку или замаскированный рычажок, при помощи которых отпиралась дверь. Увы, никаких результатов. Сколько Локрин ни переставлял канделябры, статуэтки, ни нажимал на корешки книг — каменная стена никак не желала раздвигаться.

Тайя оказалась удачливее. Под настенным ковром-гобеленом девочка обнаружила небольшое отверстие — щель, уходящую вглубь между каменными плитами. Она позвала брата.

— То, что нужно, — кивнул тот. — Давай действуй!

Оба понимали, что дядя не стал бы запирать потайную дверь на обыкновенный замок. Наверняка устроил что-нибудь эдакое — что мог открыть только мьюнанин.

Мьюнане, да будет вам известно, — особый народ. Их тела обладают удивительным свойством — они могут становиться аморфными: то есть размягчаться, делаясь податливыми, словно глина или пластилин, и принимать любую форму.

Локрин смотрел, как Тайя, положив на стол правую руку, принялась ее разминать. Рука на глазах вытягивалась, сплющивалась, приобретая форму длинного ножа, пока не сделалась достаточно тонкой и узкой, чтобы пролезть в щель между каменными плитами.

Просунув руку, Тайя нащупала за стеной рычаг. При этом запястье оставалось таким же узким, а кисть и пальцы снова приобрели нормальный вид. Тайя ухватилась за рычаг и потянула. Механизм легко поддался, и послышался щелчок. Взволнованные дети выдохнули одновременно. Они нашли вход в мастерскую дядюшки Эмоса!

Часть стены с мягким скрежетом подалась назад, и дети-мьюнане заглянули в образовавшийся проем. Крутая лестница вела прямо в темный подвал. Тайя вытащила руку из отверстия и несколько раз встряхнула ею, чтобы вернуть кисти прежний вид. Тем временем Локрин принес из кухни фонарь и спички.

Мальчик начал спускаться первым, освещая дорогу. Лестница вела гораздо глубже, чем это бывает, когда спускаешься в обычный подвал. Тайя насчитала пятьдесят две ступеньки. То, что они увидели, сразу объяснило, почему помещение потребовалось прятать так тщательно и глубоко.

Здесь обнаружились все доказательства того, что в своей мастерской дядя Эмос Гарпраг занимался волшебным ремеслом трансформагии! (Просьба не путать со способностями к трансформации, которыми обладали мьюнане.) В отличие от трансформации трансформагия позволяла менять свойства других вещей и предметов, превращать их, подобно собственным телам, в податливый и пластичный материал.

Подземная мастерская была таких же размеров, как и дом над ней. Восемь каменных колонн поддерживали сводчатый потолок. Вдоль стен располагались шкафы и полки. Одна из стен, похожая на отвесный берег, усеянный бесчисленными ласточкиными гнездами, служила хранилищем древних свитков. У мьюнан — нет книг. Они ведут записи на пергаменте, в виде пиктограмм.

Но свитки не интересовали Тайю и Локрина. Куда интересней было то, что обнаружилось на рабочих столах дяди Эмоса, образчики его магического ремесла. На каждом верстаке лежали удивительные полуфабрикаты: куски металла, дерева, даже несколько живых растений, необычайным образом переплетенных друг с другом, самых противоестественных форм. Например, кактус, превращенный в сороконожку. Дерево, выращенное из обыкновенных столовых вилок. И даже кресло с подлокотниками, сделанное из бараньих костей.

Но самыми занятными были все-таки растения. Оставаясь живыми, они были трансформированы почти до неузнаваемости. На столах лежали груды полуфабрикатов разной стадии готовности: несколько корявых пней, обрезки листового железа, других материалов в виде фигурок животных и людей. Судя по ним, Эмос Гарпраг отлично владел искусством размягчать любые предметы, придавая им самые причудливые формы. Древесина свисала с края стола застывшими сосульками, словно еще недавно была жидкостью. Даже на металле, как на мягком пластилине, виднелись оставленные отпечатки пальцев… Это и называлось искусством трансформагии. А Эмос Гарпраг, несомненно, был мастером своего дела, вылепливая предметы из любых самых твердых материалов с такой же легкостью, с какой трансформировал собственное тело.

Все это настолько противоречило тому, чему учили Тайю и Локрина, что у них даже мурашки бежали по коже. Однако дети как зачарованные бродили по мастерской.

— Если он нас здесь застукает, мы пропали, — шепнула Тайя.

— Подумаешь, только посмотрели, — возразил Локрин. — Он что, запрещал нам сюда заходить?

— Вообще-то, нет… Но ведь в том-то и дело: это секретная мастерская!

— Погоди, — принялся рассуждать брат, — вот если бы дядя предупредил, что где-то есть потайная дверь и что он не хочет, чтобы мы в нее заходили, тогда другое дело. Тогда понятно. Но раз он ни о чем таком не предупреждал, а мы просто случайно ее нашли… Значит, имеем полное право посмотреть!

Тайя лишь фыркнула в ответ, и Локрин понял, что не очень-то убедил ее. Да и сам он, прямо скажем, не чувствовал большой уверенности. Впрочем, дядя Эмос уехал в Рутледж и вернется нескоро. Значит, мысли о возможном наказании можно отложить на потом.

Новый удивительный мир, открывшийся им, ждал исследователей. Трансформагия у мьюнан находилась под строжайшим запретом, и еще ни разу детям не случалось наблюдать подобных чудес. А слухи ходили самые разные.

В распоряжении дяди Эмоса был полный набор настоящих, профессиональных инструментов. Локрин с восхищением разглядывал один из них, странно изогнутый и диковинный. Ему и Тайе позволяли иметь лишь детские инструменты, с помощью которых можно было проводить трансформации только собственных тел.

— Мама с папой говорили, что после тетиной смерти дядя перестал заниматься этими вещами… Думаешь, они знают?

— Еще бы! Папа помогал дяде строить дом. А значит, и секретную мастерскую. Просто родители всегда об этом помалкивали.

Тайя подошла к рабочему столу в центре комнаты. На верстаке лежало несколько инструментов, пергаментов из телячьей кожи, испещренных иероглифами, а также поднос с горкой лесных грибов, наполовину превращенных в квакающую жабу.

Девочка пробежала пальцами по листам пергамента и удивленно приподняла брови.

Казалось, записи сделаны не чернилами, а проявились на телячьей коже сами собой. Причем последняя запись обрывалась на полстранице. Рядом лежало перо. А чернильницы вообще не было.

— Ты только посмотри, Локрин! Он и писать может таким способом. Как по волшебству — без чернил!

Локрин взял в руку перо.

— Да уж, — усмехнулся мальчик, — дядя Эмос сэкономил кучу денег на чернилах.

Тайя взяла другой пергамент и стала рассматривать записи. Это были старинные стихи. Она не смогла разобрать их содержание хорошенько, но догадалась, что это какие-то тайные рецепты.

— Дай посмотреть! — воскликнул Локрин, пытаясь выхватить у сестры пергамент.

— Эй! Я первая! — возмутилась та, потянув свиток к себе.

Локрин машинально рванул его к себе, и — кра-а-к! — пергамент оказался разорванным пополам. Увидев, что они натворили, дети обмерли.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.