Девственницы

Капуана Луиджи

Жанр: Проза прочее  Проза    1987 год   Автор: Капуана Луиджи   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Девственницы (Капуана Луиджи)

Вот уже больше года сущий ад был в доме судебного рассыльного дона Франко Ло Кармине, а виной всему — его дочь и этот распрекрасный сундук, этот Санти Цит у , блюститель порядка, которого никак нельзя было выбить у нее из головы.

Дон Франко от злости еще более похудел и стал желтее обычного, ни о чем другом и говорить не мог с людьми, которым разносил повестки и судебные бумаги, как будто всех непременно должно было очень интересовать его несчастье, это наказание божие, как говорил он.

— Вот увидите! В конце концов я не удержусь и совершу какую-нибудь большую глупость! Вот увидите! — горячился он.

Но большую глупость он так и не совершил, потому что у Циту всегда висел на боку палаш и ему покровительствовал городской голова. Дон Франко отводил душу, ругаясь с дочерью и женой, которая, казалось ему, потакала этой сумасшедшей, этой несчастной.

— А что я, по-вашему, должна делать? — отвечала донна Сара со слезами.

— Вы должны расколошматить ей голову, когда она вздумает выглядывать в окно!

— Окна у меня всегда закрыты. Не чувствуете разве, какой спертый воздух тут? Дышать нечем.

— Окна могут быть и открыты, даже распахнуты и днем и ночью, а вот она не должна выглядывать в них!

Он кричал, чтобы Бенинья, дочь, слышала его в другой комнате, где закрылась, желая избежать обычной перед уходом отца на службу сцены.

— О господи, господи! И зачем только вспыхнул в моем доме этот пожар! Только этого мне еще не хватало!

Донна Сара била себя кулаками по голове, падала в кресло и краем передника утирала слезы.

Дон Франко, однако, все время был как на иголках. И едва выдавалась свободная минута, покидал судебное помещение и спешил домой, чтобы, явившись неожиданно, застать дочь и Циту, если вдруг…

А в те дни, когда ему нужно было присутствовать на заседаниях, он, казалось, совсем терял голову. Особенно если Циту дежурил в суде вместе с двумя карабинерами и дону Франко приходилось обращаться к нему, передавая распоряжение судьи разыскать какого-нибудь отсутствующего свидетеля.

Циту почтительно улыбался и отвечал:

— Хорошо, дорогой дон Франко!

И когда он выходил из зала, дон Франко совсем начинал сходить с ума от беспокойства.

Ему казалось, Циту обязательно воспользуется удобным случаем, зная, что он не может отлучиться из своей каморки рассыльного, и непременно поспешит к его дому, чтобы поболтать с девушкой, которая, наверное, ждет его у окна. Поэтому он платил несколько сольдо сынишке столяра, мастерская которого находилась напротив его дома:

— Пойди и посмотри, не проходил ли там Циту! Получишь два сольдо. Вернешься сюда, в суд, и скажешь мне.

Поскольку деньги он давал только тогда, когда слышал: «Он был там!», мальчик быстро сообразил, как заработать их, и сообщал ему: «Он был там!», даже если это была неправда.

— А она? Стояла у окна?

— Стояла у окна.

— И подавала ему знаки?

— Подавала знаки, белым платочком!

Дон Франко сжимал кулаки и кусал губы, выходя из себя. Но вынужден был оставаться на месте и приглашать в зал свидетелей, пока не кончится заседание, а потом еще провожать домой судью, который развлекался, расспрашивая его, потому что знал, в чем дело.

— Что с вами, дон Франко?

— Наказание божие ниспослал мне господь, синьор судья!

— Ну раз уж он так нравится девушке…

— Я скоро убью его своими собственными руками, синьор судья!

— Но прежде вы с Циту были большими друзьями, мне кажется.

— Это было предательство, синьор судья!

То, что дон Франко называл предательством, произошло однажды вечером в страстной четверг. Едва вынесли из церкви статую Христа бичуемого, начали палить из небольших мортир, каноники затянули свои псалмы, а верующие закричали: «Да славится пресвятой Христос бичуемый!»

Кто-то в толпе посмел ущипнуть какую-то женщину, та возмутилась, и началась потасовка. Удары, пощечины, мелькающие над головами палки, суматоха, женщины в обмороке, дети перепуганы, стражники и карабинеры протискиваются сквозь толпу — словом, сплошной переполох!

И Циту подхватил Бенинью, белую как полотно, бессильную, тоже в обмороке от испуга. Ему пришлось поднять ее на руки, и отнести домой в соседний переулок, и помочь донне Саре, которая стеная и рыдая, никак не могла распустить корсаж дочери, вытянувшейся на постели, словно покойница.

— Немного уксусу, донна Сара! Это пустяки.

Циту усердно принялся хлопотать вокруг девушки. Он уже давно имел виды на нее и теперь хотел воспользоваться случаем, чтобы войти в доверие ее семьи. И он брызгал холодной водой на ее лицо, и смачивал уксусом ноздри, и растирал лоб и руки, чтобы привести ее в чувство, и утешал мать, которая в силах была только плакать и отчаиваться:

— Пустяки, донна Сара!

Дон Франко прибежал, когда Бенинья уже полулежала в постели, бледная и растерянная, и Циту хлопотал возле нее, упрашивая:

— Глоток вина. Вам сразу же станет лучше.

И приподнимал ее голову, и подносил к губам стакан.

Дон Франко не мог отдышаться, потому что, бросившись домой, несся со всех ног через четыре ступеньки, едва ему сказали:

— Бегите скорее. Ваша дочь ранена!

Он слова не мог вымолвить, только ощупывал дочь, пытаясь понять, куда же она ранена. Наконец проговорил:

— Где?.. Где рана?

Циту, догадавшись, почему он об этом спрашивает, рассмеялся, налил стакан вина и ему и сказал:

— Известное дело: началась война — поползли слухи.

— Ах!.. Если бы не он! — Донна Сара рассыпалась в похвалах и благодарностях и расчувствовалась до слез, так была признательна и растрогана.

— Ну как, вам уже лучше? — спрашивал Циту девушку.

Бенинья улыбалась ему, еле заметно кивая головой, как бы говоря: «Лучше!»

— Еще немного вина?

— Нет, спасибо!

— Тогда я выпью его за ваше здоровье!

— Это чудо совершил пресвятой Христос бичуемый! — заключила донна Сара.

И Циту согласился с ней, и дон Франко тоже.

— У жены Титты, Глухого, разбита голова, — добавил он как бы в подтверждение.

И ушел вместе с Циту, который пригласил его выпить стакан вина в остерии у Патакки, потому что, когда они проходили мимо, трактирщик приветствовал их.

Они собирались нагнать процессию. Но на площади деи Веспри Циту снова пригласил дона Франко — в остерию к Скат а .

— Немного вина вам не повредит. Тут оно гораздо лучше, чем там, вот увидите.

Дон Франко решил, что неловко отказываться.

— Вот как? Неужели?

— Да, да. Здесь оно неразбавленное.

— Ну хорошо, еще стакан!

Когда они добрались до площади Святой Марин, процессия ушла уже далеко. На углу была лавка Гваданьи с веткой лавра над входом и зажженным фонариком.

— А здесь вино «Виттория» самое что ни на есть натуральное.

— Нет, спасибо, кум Санти.

Но кум Санти, взяв его под руку, подтолкнул внутрь.

— Последний стакан, дорогой дон Франко!

Этот последний стакан развязал тому язык и привел в хорошее настроение. Дон Франко захотел рассказать хозяйке остерии, что случилось во время процессии и какое чудо сотворил пресвятой Христос бичуемый! Он путался, повторялся, снова путался и все время хлопал Циту по плечу: «Молодец, парень!» — и смотрел на него слипавшимися, осоловевшими глазами:

— Молодец, парень!

Донна Сара и Бенинья, увидев, что он входит, шатаясь, шапка сдвинута на затылок, в изумлении воскликнули:

— О боже!.. Что с вами?

— Славный парень этот Циту! Замечательный человек! Да славится пресвятой Христос бичуемый!

И упал в ближайшее кресло, как-то странно похихикивая.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.