Методика очарования

Раевская Фаина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Методика очарования (Раевская Фаина)

— Головная боль с утра обеспечена! — прокричала мне прямо в ухо Катерина, содрогаясь в конвульсиях, которые она называет почему-то «современным танцем». На мой взгляд, судороги бедолаги, угодившего на электрический стул, выглядят намного интереснее. Катькин вопль больно дал по мозгам, однако возмущаться подобным безобразием я не стала, потому что говорить спокойно в грохоте музыки было невозможно.

Мы с подружкой отрывались на новоселье нашего нового соседа. Признаться, череда праздников изрядно меня утомила: сперва майские пикники, потом день рождения Катерины, следом наше новоселье, а теперь вот гулянка у Никиты. Причем грозила она затянуться до утра.

— Саня, ты почему не пьешь? — прогремел над другим ухом голос хозяина вечеринки.

— Не могу больше, — честно призналась я.

— Ты меня уважаешь? — глыбой навис надо мной Никита.

Из-за неимоверного количества принятого спиртного эта глыба грозила с минуты на минуту обвалиться. Гибель в расцвете сил в мои планы не входила, я заверила парня в безграничном к нему уважении и слегка пригубила мартини из бокала. Успокоенный, Кит присоединился к танцующим, а я вдруг загрустила, вспомнив о прежних, безвозвратно прошедших временах, когда я ютилась в тесной двухкомнатной хрущевке, работала в областном комитете ветеранов боевых действий и думать не думала, что все может разом измениться. А дело в том, что на меня свалилось наследство. К сожалению, при этом оно убило одну замечательную девушку, мою ответвленную дальнюю родственницу. Вернее, не само наследство ее убило, а один тип, на него позарившийся. И вот теперь мне выпало единолично «царствовать и всем владети». По моему глубокому убеждению, случайные деньги счастья принести не могут, и кардинально менять свою жизнь я не собиралась. Если бы не кипучая натура Катерины. Она обрадовалась неожиданному богатству больше меня и принялась строить наполеоновские планы на будущее. Перво-наперво, по мнению подруги, следовало сменить место жительства. У моих, если можно так выразиться, предков оказался великолепный особняк в дружественной Швейцарии. Побывав там, Катька твердо вознамерилась поселиться именно в фамильном гнезде. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить подругу в том, что жить на чужбине я не желаю.

— Санчо, похоже, фамильное упрямство и волюнтаризм тоже передались тебе по наследству, — проворчала Катька, но к решению моему отнеслась с пониманием.

Впрочем, перебраться из тесной квартирки в просторный загородный дом мне все же пришлось. У Катерины, проживающей в такой же хрущобе», но трехкомнатной, вдруг обнаружился страшный недуг — клаустрофобия. Болезнь стремительно прогрессировала, угрожая со дня на день свести подругу в могилу. Единственное, что могло спасти несчастную, это покупка симпатичного особнячка в какой-нибудь зоне отдыха. Пришлось пойти навстречу страдалице. Правда, от престижных зон я категорически отказалась — жизнь по соседству с олигархами или воротилами бизнеса не могла быть спокойной по определению.

Мы продали наши квартирки, добавили немного денег и стали хозяйками миленького двухэтажного домика, большого земельного участка с находящимися на нем хозяйственными постройками в количестве трех штук и просторного гаража на две машины. Гаражу Катька особенно радовалась. Подружка моя — автолюбительница до мозга костей! Будь ее воля, она, наверное, и но дому от туалета до кухни гоняла бы на каком-нибудь мини-каре. До сей поры Катькина «Мазда» ночевала во дворе или на платной стоянке в двадцати минутах ходьбы от дома. Теперь же шустрая машинка обрела долгожданный покой в собственном стойле. Второе спальное место в гараже пока пустовало, но Катерина тешила себя мыслью в скором будущем поставить туда еще одного железного коня. По ее замыслу, этот конь должен принадлежать мне. Пока я не решалась перейти из категории пассажиров в касту водителей собственного транспортного средства. Но Катька не теряла надежды, что когда-нибудь сие знаменательное событие произойдет.

Спокойную работу в комитете ветеранов мне пришлось оставить — дорога из Ждановки, где мы теперь обитали, до места работы занимала около двух часов. Деловая Катерина торжественно произвела меня в домохозяйки, а заодно и в странную должность «ответственной за все». Сама же она продолжала заниматься продажей детской одежды, только теперь в более крупном масштабе. Катька всерьез грозилась выйти на международный уровень и даже сделала уже кое-какие шаги в этом направлении.

— Ты чего грустишь, Саня? — Рядом со мной вновь материализовался Никита. Он тяжело дышал, что, в общем-то, неудивительно: с его комплекцией и любовью к вредным привычкам одышка — это самая невинная хворь. — Давай выпьем! А потом пойдем фейерверк делать. У меня там пиротехники истомились, наверное. Боюсь, напьются, черти, раньше времени, тогда точно кина не будет.

Пить мне совсем не хотелось, да и не моглось уже, честно говоря. Я вообще человек малопьющий, а вот покушать люблю, хотя при взгляде на мою комплекцию возникает мысль о голодном детстве и юности и стойкое желание плотно кормить меня с утра до вечера. Катерина страсть как завидует! Ее пышным формам никакая диета не грозит. В том смысле, что не помогает.

Сообщив Никите, что мне необходимо припудрить носик, я счастливо избежала очередного вливания в себя алкоголя и решила немного прогуляться.

Участок у Никиты не в пример больше нашего, да и сам дом построен с явной претензией на шик: трехэтажная махина с зимним садом и бассейном в подвале. Правда, архитектор что-то намудрил со стилем, поэтому получилась чудовищная смесь готики и модернизма. Очень впечатляло количество круглых башенок на крыше. Я попыталась их сосчитать, но на девятой оставила эту затею как малоперспективную.

Недалеко от беседки копошились люди. Они таскали какие-то ящики; устанавливали непопятные приспособления, ругались матом и пили водку. «Наверное, это и есть пиротехники, — догадалась я. — Пожалуй, Кит прав: через полчаса они будут уже не в состоянии устроить светопреставление».

— Эй, хозяйка, — окликнул меня один из работников. — Когда запускать-то?

— Скоро, — махнула я рукой и заспешила обратно в дом. Надо предупредить Никиту, что пиротехники вот-вот рухнут в алкогольную нирвану, а это может повлечь за собой весьма неприятные последствия.

Вообще-то наш сосед — нормальный парень. Просто — как бы это помягче сказать — у него слегка перекосило крышу от обеспеченной жизни. Окончив не то академию, не то университет по специальности экономист-аналитик, Кит не без труда устроился на Московскую товарно-сырьевую биржу и за несколько лет сделал головокружительную карьеру от рядового менеджера до руководителя отдела международных экономических связей. Разумеется, зарплата у него была соответствующая. Кроме того, Кит прикупил кое-каких акций и несколько раз довольно прибыльно сыграл на курсе повышения-понижения их котировок. Буквально на днях Никита по-соседски заглянул к нам в гости и, распространяя аромат дорогого одеколона и виски, похвастался:

— Девчонки, я такой куш урвал! Хотите, куплю вам по острову где-нибудь в Атлантическом океане? Или самолет? Давайте самолет вам подарю? А то вы, как я погляжу, бедствуете…

— Отчего же только один самолет? — усмехнулась я. Наследство, полученное от предков, вполне позволяло нам самим прикупить не просто остров, а какой-нибудь небольшой архипелаг. — Ты купи нам сразу авиакомпанию целиком. «Дельту», к примеру, или тот же Аэрофлот.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.