Восхождение

Киле Пётр

Жанр: Драматургия  Поэзия    Автор: Киле Пётр   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Восхождение ( Киле Пётр)

ПРОЛОГ

Поэт, словно пребывающий в полете:

- Прозрачный, чистый, лучезарный свет! Из всех чудес его чудесней нет. Вся в зелени, в цвету планета - жизнетворящая стихия света… Природа - таинство его, игра, и сон, и торжество, как солнце блещет из-за тучи…

Материя и дух летучий вкруг звезд несущихся планет, праформа вещества и сущность - свет, бегущий вечно во Вселенной, как мысль в полете вдохновенной, рожденной им, себе под стать, чтоб таинства свои познать.

Мы видим воочию, как в смене кадров, и слышим голос поэта:

- О, тихая природа! Милый вешний край! Ласкающий и жгучий, словно Эрос, май!

Эдем! Эдем! И красота! Все здесь. Но смерть, повсюду нищета и днесь, и в войнах сотрясается планета из века в век, как жизни скорбной мета.

Лишь свет все вновь творит весной, а вкупе с ним мастеровой, и красота, сияние всего живого, восходит в мире вешнем снова на острие луча.

Но человек, рожденный для познанья природы света, тайны мирозданья, в зените озарений гаснет, как свеча.

В сиянии света проносится Земля.

Постигший тайну света, Аристей из света воссоздал людей, бессмертных, словно боги…

Здесь таинство природы и искусства, поэзии пленительные чувства, - но мир убогий у вечности, у высшей красоты не принял взлетов мысли и мечты.

О, свет бессмертный! Феб в венке из лавра! Зачем вся роскошь дара и высших вдохновений, если Рок и человечеству все множит бремя впрок, и все живое безвозвратно канет на островке в безбрежнем океане?!

ЧАСТЬ I

ГЛАВА ПЕРВАЯ

1

Высоко в горах. Спутники Аристея Навротского; Аристей; феи.

Один из спутников смотрит вниз:

- Здесь спуск к реке опасен. Скоро ночь. Долина в сумерках уже сокрылась.

- Пологий склон я вижу впереди! – восклицает второй.

- Ну, до него еще три дня пути. А где Навротский, странный наш ученый?

Третий смеется:

- Ученый? Нет, художник несравненный.

- Рисует, без сомненья, он прекрасно. Детина, рад природе, как ребенок; без сил то падает, то вновь бежит, каменья драгоценные все ищет.

Третий:

- И с радостью великою находит.

Второй, показывая руками:

- И самородок с яблоко нашел.

- Совсем, как яблоко, на загляденье!

Один из спутников с удовлетворением:

- Да с ним мы, братцы, станем богачи.

Второй впадает в сомнения:

- Но у него другое на уме. Он ищет, говорил, ворота в небо.

- Ворота в небо? Это что за чудо?

Третий, весьма осведомленный:

- Столбы на гребне синих гор вдали - природные или остатки храма? Я тоже видел их из наших мест, где рос и Аристей ребенком малым. А мать его учительницей в школе у нас в селе была. Но мне у ней, как жаль, учиться не пришлось.

Один из спутников:

- А что?

Третий с восхищением и с грустью:

- Красивей женщины не видел я. Из ангелов, сошедших к нам на Землю, казалось мне, добру учить нас, грешных. В реке бедняжка в бурю утонула. И Аристея бабушка взяла к себе в Россию, где подрос в детину, а все живет в мечтах своих о детстве, о свете на заре за горизонтом - и там то самое - ворота в небо.

Один из спутников, оглядываясь с нетерпением:

- Нет, где же он? Эй, Аристей! Лишь эхо мне вторит отовсюду «Аристей!»

Третий:

- Все ищет место, где бывал он в детстве.

- Да здесь на сотни, сотни верст пустыня средь неприступных гор, и поселений от века не бывало, может быть.

- Но веет миром тихая долина, как там, где люди жили, иль живут, что помнят лес, уже не дикий, воды, в движеньи быстром уносясь, как мысли, и грезы, и глубокие желанья.

Аристей на возвышении, один:

- В горах я далеко от всех дорог и царств, рожденных в войнах и погибших все в тех же войнах; здесь же благодать, от века мирная природа светит покоем и величием раздумий, все кажется, о тайне мирозданья, что с детства и меня влечет, как помню, с тех пор, как мать взглянула мне в глаза доверчиво и строго, с тайной лаской - мне в наказанье, тут же сняв вину, мне отдала всю душу феи в дар, чтоб смертной женщиной уйти из жизни, утратив милый образ и бессмертье.
- Сбегает вниз.
- Не верю я, чтоб красота такая исчезла без следа, она жива!

Но где? Безмолвна, словно бы во сне, она покоится - цветком ли? Светом, что озаряет тихую долину, как зов таинственный иль вещий знак.

Слышны голоса, явно женские или детские. Аристей озирается с теми же раздумьями:

- Лужайка у ключа и лес по склону, как странно, будто я бывал здесь прежде, когда во сне унесся в некий край, что позже я назвал страною фей и где провел пленительные годы, чтобы найтись на дальнем берегу на третий день спокойно спящим в роще.

Я болен был и в ужасе метался от страха смерти; что со мной случилось, я помнил смутно, в роще над водою проснувшись весел и совсем здоров.

Что если я забрел в места, где феи поныне обитают в самом деле? Чьи это голоса? Синичек, что ли?

В вышине мелькают некие световые образования, то феи гор, вод и цветов.

Фея гор, спускаясь ниже:

- Насторожившись, слушает он нас.

Фея вод рассудительно:

- Когда ему понятен наш язык, из света звон серебряный, беззвучный, так, значит, здесь недаром он явился, и посланы к нему мы, это точно!

Фея цветов, проступающая, как девушка в венке:

- Его прозванье Эхо повторяет, знакомое уж очень: Аристей! Поведаем посланье без затей.

Фея гор:

- Есть в поднебесье дивная страна - средь гор высоких, с озером без дна, как неба голубого синь, поскольку свет сияет из глубин в подземных вазах чрез край в алмазах.

Фея вод:

- Из хаоса и тьмы, как из тюрьмы, возник наш свет чудесный, как взор любви прелестный.

Из хаоса возник сей мир, из света соткан, как эфир.

Фея цветов:

- Что наша жизнь - как тайна света? В его сиянии - всего живого мета, его игра и сон, как темен или светел небосклон.

Здесь тайна света, что, несясь в эфире, творит планеты, все живое в мире.

Фея гор:

- Одна из фей из высших сфер сошла на Землю, как пример всех лучших устремлений из цепи превращений.

Но участь женщин на Земле грустна. Цветут мгновенье, как весна.

Фея вод:

- В глубинах здешних, как в темнице, она покоится в гробнице - из света радужных лучей, как первообраз женщин и детей, сей ипостаси двуединой, в красе и тайне дивной.

Аристей, вслушиваясь настороженно, провисает над ущельем.

Фея цветов в тревоге:

- Что может сделать он, когда и джинн не в силах пробудить в ней жизнь? Скорей погубит - без защиты; ведь даос спит, лианами увитый.

Но сладостна мечта, когда в ней все - любовь и красота.

Один из спутников кричит:

- Эй, эй!

Второй:

- Ну, что случилось?

- Аристей! Завороженный словно, он вступал поверх деревьев склона и сорвался… Хватаясь за верхушки на лету, упал в поток гремящий.

Третий в испуге:

- Что? Ах, Боже!

Второй:

- С такой-то высоты - разбился насмерть. И мы за ним последуем, боюсь, куда же вы?

Быстро темнеет, лишь белые вершины дальних гор сияют, отдавая розовым, как цветы абрикоса и яблони.

2

Нефритовый грот. Аристей, выбравшись из воды, едва отдышавшись, с удивлением озирается.

Аристей в раздумьях:

- Сорвался я с громадной высоты, как снилось мне, бывало, в детстве раннем, когда я подлетал к вершинам гор и на скале отвесном провисал, не в силах более подняться выше…

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.