Тень мечей

Паша Камран

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Тень мечей (Паша Камран)

Предисловие

На протяжении всей истории человечество сопровождали войны. Становление, развитие и гибель цивилизаций, смена эпох и укладов неизменно сопровождались кровопролитными сражениями. Расширение границ государства, доступ к морю и освоение новых торговых путей, жажда наживы — все это, так или иначе, становилось причиной военных конфликтов. Однако наиболее жестокие события разворачивались там, где сталкивались интересы разных религий. Так, страстная проповедь папы Урбана II, провозглашенная на церковном соборе во французском городе Клермоне в ноябре 1095 года и призвавшая организовать Крестовый поход против мусульман, захвативших Святую землю, положила начало целой эпохе противостояния ислама и христианства. Двести лет Иерусалим утопал в крови, пролитой во имя Господа. На алтарь священной войны против мусульман были брошены огромные человеческие и материальные ресурсы, организовано девять походов, однако окончательного примирения нет и по сей день.

«Тень мечей» Камрана Паши — это масштабный и захватывающий эпос о любви и войне. Благодаря глубоким познаниям в истории Ближнего Востока автору удалось создать удивительное произведение, соединившее в себе реальные события минувших дней и вымысел. Отображение Третьего крестового похода изобилует достоверными подробностями и хорошо передает колорит эпохи. Религиозное противостояние, начавшееся еще в конце XI века, свело на поле битвы двух наиболее могущественных правителей своего времени — мусульманского султана Саладина и английского короля Ричарда Львиное Сердце. Однако им суждено было бороться не только за Святую землю, но и за любовь еврейской девушки Мириам, сумевшей завладеть сердцами двух правителей, прирожденных воинов, вершителей истории. Кто же станет победителем в битве, где исход зависит не от стали мечей, а от стрел амуров? Ответ вы найдете на страницах романа, пройдя вместе с его героями по полям сражений, окунувшись в атмосферу средневековой жестокости и предательств, испытав горечь утрат и радость новых встреч…

Камран Паша — автор и продюсер популярных телевизионных передач NBC, одна из которых номинировалась на получение премии Golden Globe, а также киносценарист. В 2003 году компания Warner Brothers экранизировала его первый сценарий — роман о любви за стенами Тадж-Махала.

Теперь он пробует себя в роли писателя, и весьма успешно. Можно с уверенностью сказать, что проба его пера удалась на славу, а книга «Тень мечей» нашла свою читательскую аудиторию во всем мире.

Приятного чтения!

Глава 1

СУЛТАН И РАВВИН

Рога Хаттина [1] — 1187 от Р.Х

— Бог, говорят, великий насмешник. Вероятно, именно поэтому его Город, названный в честь мира [2] , знал только войну и смерть.

Однажды раввину, когда он был еще зеленым наивным юнцом, сказал об этом отец. Раввин очень изменился за долгие годы, прошедшие с тех пор. Жажду приключений вытеснила отчаянная тоска по душевному покою. Его первая брачная ночь осталась далеко-далеко, но воспоминания о ней все еще вызывали в его сердце нежность. С тех пор старик понял: то, во что он верил на заре своей жизни, в лучшем случае было наивным. В худшем случае — ложным. Однако правота отцовских слов подтверждалась снова и снова. Бог-насмешник — точное определение того невероятного и непредсказуемого существа, от которого пошло все сущее. Вероятно, было бы несправедливо называть Бога отъявленным обманщиком, но Он, несомненно, обладал чувством юмора.

Как и его народ, старик был скитальцем. Он искал Божественный Лик в тенистых садах Кордовы. По следам царицы Савской его утомленные ноги пересекли африканскую пустыню. Его серые глаза наполнялись слезами перед пирамидами, которые были древними уже тогда, когда в их тени играл Моисей. Из своих странствий он вынес одно: все пути вели сюда, к центру мира. К Святой земле. К Иерусалиму.

Иерусалим был призом для многих завоевателей, и мало кто из них относился к евреям дружелюбно. Его народ был изгнан и рассеян по ветру. И все же они никогда не забывали Град Давидов. В душе, в мечтах город манил их.

Тогда сыновья Измаила вышли из пустыни, чтобы заявить о своих правах на наследство Авраама. И на какое-то время воцарился мир, и сыновья Исаака стали возвращаться домой.

Так продолжалось до тех пор, пока на горизонте не возникли франки. Нищие, безграмотные, исполненные ненависти. Они попытались возвратить Иерусалим именем своего Христа. Раввин читал изречения этого Иисуса из Назарета и не нашел в них ничего такого, что объяснило бы творимые ими ужасы.

Франки убивали стариков и больных. Женщин. Детей. Они убивали мусульман как неверных, а потом убивали других христиан как еретиков. Они собрали всех оставшихся евреев и заперли их в главной синагоге. Потом подожгли ее.

В конце концов стенания прекратились, потому что некому уже было стенать.

Позднее историки франков будут хвастать: крови на улицах Иерусалима было столько, что она доходила их закованным в сталь солдатам до лодыжек. Но устроенная ими в Священном городе резня, жертвами которой пали десятки тысяч людей, была еще не самым большим их преступлением. В некогда чистенький зеленый город Маарра, окруженный виноградниками, полями и оливами, из самых недр ада ворвалось запредельное зло. Раввина стошнило после того, как он прочитал полный отчет Альберта Аахенского (хрониста Первого крестового похода), который засвидетельствовал и прославил самую большую победу Сатаны над душами людей. Ибо в Маарре крестоносцы не просто убивали людей. Они поедали своих жертв. Мужчин и женщин варили в глиняных котлах. Детей нанизывали на деревянные вертела и зажаривали живьем.

Раньше раввин думал, что эти истории — типичное преувеличение со стороны тех, кто подстрекал к войне, и просто безумцев, что-то сродни кровожадным повествованиям Священного Писания о завоевании Палестины Иисусом Навином. Подобные сказания о неистовствах имели целью не фактическое изложение исторических событий, а изображение врагов нелюдями. Но ему пришлось самому убедиться, что франки были отребьем в буквальном смысле слова, без всяких аллегорий или поэтических преувеличений.

Как и его народ, старик был известен под многими именами. Среди арабов и своих братьев сефардов [3] он откликался на имя шейх Муса ибн Маймун, будучи главным раввином Каира и личным врачом султана. Бледнолицые ашкенази [4] знали только его подробные и красноречивые сочинения по вопросам права и богословия, которые преодолели величественные горы Испании и распространились в странах Европы, погруженных во мрак невежества. Они называли его на языке предков — рабби Моше бен Маймон. Самые восторженные из его последователей обращались к нему «Рамбам» [5] , хотя он не считал, что заслуживал какой-то особенной преданности.

А варвары-франки — по крайней мере, те немногие, кто умел читать и писать, — называли его Маймонид. Они также называли его христопродавцем и другими отборными словечками, которые относились к его народу в целом, но он старался не принимать это слишком близко к сердцу. В конце концов, франки были невежественными дикарями.

Поглаживая косматую седую бороду, как он часто делал, когда погружался в глубокое раздумье, Маймонид медленно шел к огромному шатру султана. И давила на него не физическая усталость, а тяжкое бремя, камнем лежавшее на душе. Гнетущее, сокрушительное бремя истории. Он не знал, сколько ему еще осталось, поэтому дорожил каждым вздохом, как последним. Но воздух отравляли чад факелов и зловоние испражнений людей и животных. Маймонид засмеялся бы, если бы ужас войны не притупил его чувство юмора.

В душе раввин задавал тысячу вопросов своему Богу. О Бог-насмешник, неужели Ты находишь удовольствие даже в незначительных поворотах судьбы? Неужели гибели миролюбивого ученика Твоего от взмаха меча крестоносца недостаточно, чтобы угодить Тебе? Разве так уж необходимо, чтобы последним, что он запомнит перед смертью, было зловоние разлагающихся трупов, испражнений и запах поля битвы?

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.