Песок. Повесть длиною в одну ночь

Макдауэлл Аарон К.

Жанр: Ужасы и мистика  Фантастика    2007 год   Автор: Макдауэлл Аарон К.   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Песок. Повесть длиною в одну ночь ( Макдауэлл Аарон К.)Раз

Как будто наступила ночь. Я не уверен.

Мне кажется, что теперь темно всегда.

Вот, к примеру, лампа. Она молчаливым, но ярким укором освещает часть стола, отвлекает внимание от остального мира, злорадно отдает его на растерзание темноты. Я физически ощущаю, как эта темнота проникает в мою кожу и изъедает ее, превращает мое тело в ледяной кристалл сумасшедшего спокойствия, а мое время — в песок.

Завтра мне стукнет тридцать.

Или уже завтра? Сегодня – завтра? Не помню.

Я лежу на полу около кровати.

Я ребенок.

И все, что осталось у меня — эта лампа.

Лампа освещает сваленные в кучу компакт-диски, полупустую пачку сигарет, грязную пепельницу. Рядом должен быть стакан и пустая бутылка, — я это отчетливо помню, я ведь еще вчера видел их, хоть и не прикасался ни к бутылке, ни к стакану несколько дней. Нет, Димка, я не пил. Честно.

Или пил?

Димка, ты где?

Темнота, заботливо выпущенная на волю светом дешевой, потрепанной настольной лампы, поглотила стакан. Бутылку.

Поглотила меня. Все.

Я рвано вздыхаю, с трудом поднимаюсь и сажусь на кровать. В голове шумит, она тяжелая, мысли в ней копошатся бессвязным клубком. Курить. Взял со стола пачку сигарет, зубами достал две, — так получилось; одну из них отправил обратно, — чиркнул зажигалкой, ощущая, что мне нравится хоть так, на секунду, но отогнать тьму от себя.

А тьма, словно подчеркивая мое ничтожество, вероломно отступила только в тот момент, когда я сдался ей, когда убрал палец со ставшей очень горячей педальки подачи газа.

И я понял, осознал, увидел — света для того, чтобы разогнать темноту, хватит и без моей зажигалки. Лампа была достаточно яркой, и темно вокруг не могло быть в принципе; и для меня — загадка, как я смог перепутать всепоглощающую тьму с заносчивым, но безобидным полумраком. В сущности, здесь даже слишком светло. Надо вставать. Пара таблеток, полчаса – и я начну напоминать человека.

Я ребенок. Я несносен, несу чушь и не знаю, чего хочу.

Но точно знаю, чего не хочу.

Чтобы мое время превращалось в песок.

Димка, ты где, черт тебя дери?

***

Я вынимал ключ из замка входной двери, и в этот момент понял, что как раз докурил сигарету. Выяснилось это при затяжке, — табак полностью истлел, а может, просто выпал, и в тисках пальцев остался беспомощный фильтр.

Я выбросил окурок куда-то в глубину лестничных проемов, хотя мне очень хотелось зайти, не разуваясь, в комнату и положить в пепельницу то, что осталось от моей сигареты.

Зачем?

Не знаю. Я ребенок, не забыли?

Вообще-то я не псих. Просто мне хочется вернуться и поглядеть в зеркало. Возвращаться — плохая примета, но если перед повторным уходом посмотреться в зеркало, то пронесет. Все очень просто.

Только в тот раз не пронесло.

И теперь эта примета теряет всякий смысл, потому что мне уже все равно. Тем не менее, я смотрюсь в зеркало, каждый раз перед уходом.

Привычка.

Зажигалка снова вспыхнула, кончик сигареты испуганно зажегся коротким пламенем, но тут же успокоился, угас, стал лениво тлеть.

***

На кой ляд меня туда черт понес в два часа ночи — я и сам не знаю. Просто словно кто-то настойчиво звал, тянул меня туда, на Монастырский остров.

Очень сильно тянул.

***

Давайте как будто это кино. Мне нравится, когда кино.

Там по шикарному объемному городу, где даже мусор лежит в красивом художественном беспорядке, шагает печальный человек средних лет под ненавязчивую музыку. Он одет безыскусно, но вместе с тем очень стильно, - потому что кино. Он поразительно переигрывает, но все равно симпатичен. Камера фиксирует, как человек садится в такси. И потом длинный и печальный план поездки.

Красивая мелодрама.

Но вот это уже надо снимать крупным планом, - я расплачиваюсь.

Мелодрама превращается в трагикомедию. Деньги, — как обычно, — куда-то подевались. Они в кошельке, - скажет недоуменный зритель. Но я гротескный персонаж, у меня никогда не было кошелька.

Но деньги точно были, — объясняю я таксисту. Начинаю выкладывать все из своих карманов в поисках этой бумажной наркоты, возведенной в культ. Таксист молчит. На свет маленькой лампочки под потолком автомобиля извлекаются: паспорт, рабочее удостоверение, пачка "Парламента", зажигалка, пластиковая карточка "Мастеркард", разряженный мобильный телефон, зарядить который никак не дойдут руки да и незачем, небольшой прозрачный пакетик, — похожий на те, в которых продают наркотики в фильмах, — в котором несколько разноцветных медиаторов.

Удивительно много может рассказать о человеке содержимое карманов. Это отличный киноприем: зритель уверен, что я раздолбай, курю, имею работу, у меня нет друзей и нет необходимости их заводить, а еще я творческий человек, играющий на гитаре.

Не хочу разубеждать зрителя ни в чем.

Да мне и некогда – надо искать деньги.

В самом остроумно расположенном, — на рукаве, — кармане были только ключи; впрочем, как всегда. В карманах джинсов была мелочь, еще два медиатора, заметка обо мне, вырезанная из газеты другом и торжественно мне преподнесенная. Да, зритель, прости. У меня есть друзья. Случай, описанный в заметке, и в котором я соответственно поучаствовал, получился очень забавный. Позже расскажу, но сейчас мне нужно найти и отдать деньги таксисту. Сцена затягивается.

Денег нигде нет.

Я бросаю быстрый взгляд на водителя. Его лицо выглядит так, будто его пахал добросовестный пахарь. Я криво улыбаюсь ему. Его иссеченное оспой лицо принимает угрожающее выражение.

Но они же точно были, — заверил я не столько таксиста, сколько себя, разглядывая лежащую на сиденье кучу сомнительных сокровищ, которая каким-то образом помещалась у меня в карманах. В сотый раз, наверное, засунул руку в правый карман куртки, ожидая в сотый же раз не найти там ничего, кроме высыпавшегося из сигарет табака.

Ожидания меня не обманули.

Денег не было.

В сотый раз их не оказалось и в других карманах.

***

Хорошо, что в здание торгового центра, около которого мы остановились, был встроен банкомат. Потому проблема решилась относительно мирно, — я снял деньги, таксист, качая головой, взял деньги, машина, качая плохо закрепленным задним бампером, увезла таксиста и деньги.

А я остался.

Без денег и ничем не качая.

Вообще-то со мной что-то не так.

Надо курить.

Я засунул руку в карман, чтобы достать сигареты. И в ладонь словно впрыгнула сложенная вчетверо банкнота номиналом в сто гривен. Я достал ее из кармана и долго — около минуты — смотрел на нее со всех сторон и ракурсов.

Пока не рассмеялся над собой.

От греха подальше я переложил деньги в задний карман джинсов. Там точно никуда не денутся. Ну то есть, — не буду зарекаться! — не должны. А там кто знает?

Трудно все-таки рассматривать жизнь как кино. При таком бюджете и масштабе декораций сценарий и сюжет у жизни все-таки не очень. По сюжету мне, видимо, нужно было попасть в торговый центр этим воскресным очень-очень ранним утром, а попадать я сюда не собирался. И сценарист не нашел ничего умнее, чем забросить меня в здание с помощью хитрого сюжетного хода — необходимости расплатиться с таксистом. В планы сценариста не входил альтернативный вариант расплаты.

Хотя деньги точно были.

- Они были, ты слышишь! – раздраженно ору я.

Все равно на улице не души. Холодно и поздно.

А так хоть сцена драматическая.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.