Профессор Мориарти. Собака д’Эрбервиллей

Ньюман Ким

Серия: Шерлок Холмс. Игра продолжается [0]
Жанр: Прочие Детективы  Детективы    2013 год   Автор: Ньюман Ким   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Профессор Мориарти. Собака д’Эрбервиллей (Ньюман Ким)

Посвящается Барри Форшоу

Предисловие

Крах частного банка «Бокс бразерс» наделал много шуму, и это притом, что весь мир тогда был охвачен кризисом, повлёкшим за собой разорение куда более известных финансовых организаций. О крушении «Бокс бразерс» объявили почти сразу же после ареста главного исполнительного директора Филомелии Бокс (кавалерственную даму обвиняли в мошенничестве). На арест её племянника Колина Бокса полиция тоже получила ордер. В газетах писали, что Колин якобы пустился в бега. Но потом его труп обнаружился в багажнике обгоревшего «вольво» на острове Хейвенго в графстве Эссекс. Экспертиза показала, что отсечённой головой Бокса кто-то играл в футбол. Обвинений так никому и не предъявили: ни в убийстве Колина, ни в гибели двух других сотрудников банка, чьи тела нашли ещё через полтора месяца.

Только после ареста главы фирмы журналисты смогли официально назвать в печати «Бокс бразерс» тем, чем он, по сути, всегда и являлся, — криминальным банком. Компания, основанная в 1869 году, принадлежала семейству Бокс. Банк владел недвижимостью в Лондоне, на Гибралтаре и Бермудах {1} и на протяжении почти ста пятидесяти лет занимался финансовыми операциями (с этим утверждением невозможно поспорить), но услуги оказывал исключительно преступникам разнообразного калибра. Среди клиентов «Бокс бразерс» числились и международные криминальные (а начиная с шестидесятых годов прошлого века и террористические) группировки, которые отмывали огромные суммы, и скромные грабители, пополняющие счета заляпанными кровью деньгами. На всё ещё функционирующем сайте можно прочитать следующее эвфемистическое утверждение: «Бокс бразерс» специализируется на «офшорных операциях со средствами» (иными словами, помогает вывозить из страны награбленное), а его хранилище считается надёжнейшим в Лондоне (иными словами, там, пока не уляжется шумиха, спокойно можно прятать драгоценные камни или картины, а порой даже людей).

Пока я пишу это предисловие, здание на улице Мургейт находится под круглосуточным наблюдением вооружённой охраны, а за доступ к банковским сейфам ведётся ожесточённая борьба в суде: юристы с обеих сторон выдвигают бесконечные иски. По слухам, в хранилище лежат ценности, проливающие свет на несколько весьма громких нераскрытых краж. Или уже не лежат… Ведь руководство фирмы, по всей видимости, без зазрения совести пользовалось средствами клиентов в личных целях: кавалерственная дама увлекалась воздухоплаванием, а её племянник открыл звукозаписывающую студию для белых рэп-исполнителей {2} . Основатели «Бокс бразерс», Лоуренс и Харрингтон Боксы, ужаснулись бы такому падению нравов. В их времена банкиры придерживались иных принципов — в ходу были честность и щепетильность: ведя дела с «Бокс бразерс», клиенты оставляли на время свои воровские замашки, а братья, в свою очередь, воздерживались от каких бы то ни было моральных суждений.

До краха мне пришлось столкнуться с «Бокс бразерс» лишь однажды.

Моя книга «История молчания: преступления против женщин и совершённые женщинами в викторианской Англии» {3} тогда проходила редактуру. Внезапно пропала моя кошка. Отправляясь на работу, я оставила Криппен в запертой квартире, а вечером её там не оказалось. И никаких следов взлома. На следующий день прямо во время семинара «Женщины — серийные убийцы» курьер доставил письмо от адвоката. Мне предлагалось убрать любое упоминание о «Бокс бразерс» из готовящейся к публикации книги. Сначала я решила, что в письме опечатка: «Если оскорбительный материал не будет изъят из книги, наши клиенты не предпримут никаких дальнейших юридических действий». А потом поняла: «не предпримут никаких дальнейших юридических действий» вовсе не означает «не предпримут вовсе никаких действий». В тот вечер Криппен ждала меня дома, на её ухе красовалась небольшая треугольная отметина. Под «оскорбительным материалом» имелось в виду примечание к главе, повествующей о содержании борделей в девятнадцатом веке {4} . Я внесла соответствующие поправки.

После крушения банка в газетах появилось несколько наспех состряпанных статей об истории «Бокс бразерс». По всей видимости, фирма больше не обладала достаточным капиталом и не могла позволить себе запугивание журналистов. Я предположила (не без доли злорадства), что её штатным охотникам на кошек нынче не до исследователей и историков, — они сами, вероятно, превратились в дичь. Когда под угрозой оказываются инвестиции вдов, сирот, пенсионных фондов и мелких дельцов (со счетами где-нибудь в Исландии), те обычно бегут к чиновникам и требуют помощи. А вот клиенты «Бокс бразерс» действовали гораздо решительнее и брали всё в свои руки.

В июле 2009 года мне в кабинет Беркбек-колледжа вдруг позвонил личный секретарь Филомелии Бокс Генри Хассан.

— Мисс Темпл, у вас найдётся время в течение дня, чтобы посетить офис кавалерственной дамы Филомелии? Она нуждается в консультации.

— По какому вопросу?

— Старинные документы.

Я вспомнила об отметине на ухе Криппен и уже было вознамерилась подробно объяснить Хассану, куда ему следует отправиться со своими документами. А заодно сообщить, что меня следует величать «профессор Темпл».

Но неделя выдалась скучной: длинные летние каникулы, бесконечные факультетские собрания по поводу сокращения бюджета. Единственная интересная аспирантка {5} уехала работать экскурсоводом в Барселону. Так что в конце концов я отправилась в Сити.

Офис кавалерственной дамы располагался пока не в тюрьме Холлоуэй: она всё ещё заседала на Мургейт. Выбитые разъярённой толпой окна заколотили досками. Вокруг здания держали оцепление полицейские и облачённые в специальные шлемы сотрудники частной охранной фирмы. Антикапиталисты уже давно осаждали банк, но их толпа несколько поредела за последние месяцы — сказывался экономический кризис. Протестующие юнцы щеголяли в украшенных большими стрелами пижамах, масках привидений и цепях а-ля Джейкоб Марли, составленных из копилок и гроссбухов. Их транспаранты кричали: ««Бокс бразерс» — такой же преступник, как и все остальные банки».

В мрачной сводчатой приёмной меня встретил последний верный вассал Боксов, Генри Хассан. На мебели белели чехлы, по торчащим из стен проводам можно было определить, где раньше стояли компьютеры, а по ярким прямоугольникам на обитых бархатом стенах — где висели картины. Эти самые картины сделали ноги вместе с неожиданно лишившимися работы сотрудниками. Одного уборщика, например, арестовали по пути в Пекин: он удирал из страны в обнимку с «сумкой для жизни» [1] из универмага «Бадженс»), где лежала пара шедевров Верне и один Жан Батист Грёз.

Меня проводили в кабинет.

Из-за рабочего стола поднялась высокая худая женщина и пожала мне руку. На её лодыжке мигал ярко-красным огоньком браслет.

— Генри, сделай нам эспрессо… если, конечно, полицейские недоумки вместе со всем остальным не вынесли и наши последние запасы, — велела кавалерственная дама. — В мой кофе добавь джин. Профессор же, я уверена, от алкоголя откажется.

Хассан, пятясь, словно испуганный лакей, вышел из комнаты.

Кабинет Филомелии украшали модели дирижаблей. На стене висела оправленная в рамку фотография крушения «Гинденбурга». Книжные полки, где банкиры обычно держат солидные финансовые тома в кожаных переплётах, занимало полное собрание сочинений Джеффри Арчера (сплошь первые издания).

Кавалерственная дама явно была его поклонницей: вот фотография, где они с лордом стоят рядом в одинаковых лётных шлемах и Филомелия скалится в широчайшей улыбке. Видимо, Арчер поделился с ней ценным опытом — как не пропасть в тюрьме.

Филомелии уже исполнилось шестьдесят. Настоящая анорексичка (я достаточно навидалась таких среди аспиранток). Сшитый на заказ тёмный костюм, короткая юбка, прямые тёмные волосы с единственной белой прядью (вероятно, для достижения эффекта красится по два раза), из украшений только брошка в виде дирижабля на лацкане пиджака да неприметная серебряная серёжка в ноздре.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.