Тибетская йога сна и сновидений

Ринпоче Тендзин Вангьял

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Тибетская йога сна и сновидений ( Ринпоче Тендзин Вангьял)

Об авторе

Тендзин Вангьял Ринпоче, лама тибетской традиции Бон, в настоящее время живет в городе Шарлоттсвиль, штат Виржиния. Он является основателем и директором Института Лигминча, организации, которая занимается исследованием и практикой учений традиции Бон. Родился в Индии, в городе Амритсар, куда его родители бежали, спасаясь от китайского вторжения в Тибет. Учился у буддийских и бонских учителей и получил звание геше, высшую ученую степень в традиционной тибетской культуре. С 1991 года живет в Соединенных Штатах, проводит много учебных семинаров по всей Америке и в Европе.

В книге Тендзина Вангьяла Ринпоче, ламы древней тибетской традиции Бон, даны подробные наставления по йоге сна и сновидений. Плоды этих практик — возрастание счастья и свободы, как в состоянии бодрствования, так и во время сна. «Тибетская йога сна и сновидений» дает мощные методы для продвижения по пути к освобождению. Обращенная непосредственно к личному опыту читателя, эта книга, безусловно, является одной из глубочайших работ в данной области.

От автора

Хочу поблагодарить тех, кто способствовал подготовке книги к печати и прежде всего и больше всех — Марка Далби, моего ученика и близкого друга, работать с которым мне было очень приятно. Мы провели немало часов в кафе в окрестностях Беркли, обсуждая разные вопросы. Без него эта книга не увидела бы света.

Я также благодарен Стивену Д. Гудману, коллеге и другу, благодаря ценным советам которого рукопись стала лучше, Сью Эллис Дайер и Крису Бэйкеру — за редакторскую правку первого варианта книги, Сью Дэвис и Лоре Шекерджиан, которые прочитали книгу и высказали свои замечания, и Кристине Кокс из Сноу Лайон Пабликейшнс, опытному редактору, которая, приложив к тексту свое мастерство, существенно улучшила книгу.

Фотографии, на которых изображены позы медитации и йоги сновидений (соответственно сс. 96 и 125) сделал Антонио Риестра, а моделью послужила Луз Вергара. Рисунки чакр на сс. 120 и 122 сделала Моника Р. Ортега. Я хочу также поблагодарить всех тех, кого я здесь не упомянул и кто оказывал мне разнообразную помощь.

Посвящаю эту книгу Намкаю Норбу Ринпоче, который стал в моей жизни источником вдохновения, — и в том, как я учу других, и в моей личной практике.

Предисловие

В Тибете говорят: «Чтобы пресечь все сомнения по поводу подлинности учения и передачи, нужно обратиться к линии преемственности и к истории». Поэтому я начну эту книгу с краткой истории моей жизни.

Я появился на свет вскоре после того, как мои родители бежали из Тибета, спасаясь от притеснений китайцев. Жилось им трудно, поэтому меня отдали в христианский пансион, где, как надеялись родители, обо мне позаботятся. Отец мой был буддийским ламой*, а мать практиковала Бон*. Прошло немного времени, и отец умер. Затем мать снова вышла замуж, на этот раз за бонского ламу. И он, и мать хотели, чтобы я жил в своем культурном окружении, и вот, когда мне исполнилось десять лет, меня отдали в главный бонский монастырь, который находился в Индии, в Доланджи, где я принял монашеский сан.

После того, как я прожил в монастыре некоторое время, Лопон (старший наставник) Санге Тендзин Ринпоче признал во мне перерождение Кюнгтула Ринпоче, знаменитого ученого и учителя, писателя и преподавателя медитации. Он был хорошо известен как искусный астролог, а в Западном Тибете и в Индии прославился как укротитель злых духов. Многие знали его как целителя, обладавшего магическими способностями. Одним из его покровителей был владыка княжества Химачал в Северной Индии. Князь и его супруга, которые не могли иметь детей, обратились к Кюнгтулу Ринпоче с просьбой вылечить их, что он и сделал. В настоящее время их сын Вирбхардур занимает пост премьер-министра штата Химачал-Прадеш.

Когда мне исполнилось тринадцать, мой коренной учитель Лопон Санге Тендзин, человек большого знания и высокой реализации, собрался передать одно из самых важных и тайных учений традиции Бон: линию Великого Совершенства (Дзогчен*) устной передачи Шанг-Шунга (Шанг-Шунг ненгюд*). Хотя я был еще очень юн, мой отчим навестил Лопона Ринпоче и попросил, чтобы меня допустили к занятиям, которые должны были продолжаться ежедневно в течение трех лет. Лопон любезно согласился, но велел мне, как и остальным будущим ученикам, рассказать ему сон, увиденный в ночь перед началом занятий, чтобы он смог определить нашу готовность.

Некоторые ученики не запомнили снов, и это было воспринято как знак препятствий. Лопон велел им начать очистительные практики и отложил начало занятий до тех пор, пока каждый ученик не увидит сон. Сновидения других учеников свидетельствовали о том, что им необходимо выполнить те или иные практики, чтобы подготовиться к получению учений, например, практики, которые укрепили бы их связь с бонскими охранителями*.

Мне приснился автобус, который объезжал вокруг дома моего наставника, хотя на самом деле дороги там не было. Во сне кондуктором был мой Друг, а я стоял рядом с ним и вручал билет каждому, кто входил в автобус. Билеты представляли собой кусочки бумаги, на которых был написан тибетский слог А. Тогда шел второй или третий год моего пребывания в Доланджи. Мне было тринадцать лет, и я не знал, что в учении Дзогчен А является одним из важнейших символов. Наставник, по своему обыкновению, ничего не сказал про мой сон. По поводу хорошего он не особо распространялся, но я был счастлив уже потому, что мне позволили посещать занятия.

В тибетской духовной традиции учитель зачастую использует сны учеников именно таким образом, чтобы решить, может ли ученик получить то или иное учение. И хотя прошло немало времени, прежде чем я начал изучать и практиковать йогу сновидений, этот случай положил начало моему интересу к снам. На меня произвело глубокое впечатление то, как высоко ценятся сны в тибетской культуре и в религии Бон, и то, что информация, идущая от бессознательного, часто бывает важнее информации, которую может дать сознательный ум.

После занятий, продолжавшихся три года и включавших многочисленные ритриты по медитации вместе с соучениками, а также много ритритов, которые я выполнил в одиночку, я поступил в монастырскую школу диалектики. Как правило, на то, чтобы завершить программу обучения, построенную на традиционной основе, уходит от девяти до тринадцати лет. Нам преподавали обычные академические предметы: грамматику, санскрит, стихосложение, астрологию, изобразительное искусство, но мы изучали и не совсем обычные дисциплины: эпистемологию, космологию. Сутру*, Тантру* и Дзогчен. За время учебы в монастыре я получил много учений и передач по йоге сновидений, наиболее важные из которых опирались на тексты Шанг-Шунг ненгюд, «Материнской тантры» и книги Шардза Ринпоче.

Я учился хорошо, и, когда мне минуло девятнадцать, меня попросили учить других, что я и начал делать. Примерно в это же время я написал и опубликовал краткое жизнеописание Шенраба Мивоче*, основателя религии Бон. Позже я стал директором школы диалектики и, занимая этот пост на протяжении четырех лет, уделял много сил становлению и развитию школы. В 1986 году я получил степень геше — высшую из тех, которые дает тибетское монастырское образование.

В 1989 году по приглашению Итальянской Дзогчен-общины Намкая Норбу Ринпоче я отправился на Запад. Хотя у меня не было планов давать учение, члены общины попросили меня об этом. Я стал раздавать кусочки бумаги, чтобы использовать их для сосредоточения в медитации. На каждом был написан тибетский слог А. И тут мне припомнился сон пятнадцатилетней давности, в котором я раздавал билеты точно с такой же буквой А людям, входившим в автобус. Это поразило меня до глубины души.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.