Евангелие от Чаквапи

Стукалин Юрий Викторович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Пролог

Они дрались молча, и лишь звон клинков резал предутреннюю тишину. Индейцы-носильщики бросились врассыпную, едва отряд всадников внезапно атаковал двигавшийся к побережью караван. Там, в ожидании драгоценного груза, стояла на якоре каравелла.

Прежде индейцам не доводилось видеть, чтобы конкистадоры сражались друг с другом. Некоторые из носильщиков — те, кто посмелее, останавливались на холмах издали понаблюдать за происходящим. Им было все равно, кто победит. Они ненавидели и тех, и других. Белокожие смешались в яростной сече, и невозможно стало разобрать, кто и на чьей стороне бьется. Испанцы хрипели, рычали сквозь зубы, схватываясь врукопашную. Вот меч взметнулся вверх, вырывая брызги искр из метившего в голову наконечника копья, а затем легко скользнул вниз, перерубая незащищенную шею. Но тут же злорадствующий победитель валится с раздробленным черепом. Еще несколько бойцов падают наземь под ударами смертоносного оружия прежних соратников, и в панике бегут защитники каравана, подгоняемые торжествующими криками нападавших.

Но радость победителей оказалась недолгой. Губернатор колонии, будучи человеком расчетливым и не менее коварным, чем сами мятежники, предусмотрительно выслал вслед каравану еще один охранительный отряд. И состоял отряд тот из отпетых головорезов, все до одного из которых, однако, были преданы душой и телом ему — губернатору, и Испанской Короне. Словно псы кинулись они в погоню, отрезая грабителям пути к побережью, где тех поджидали суда флибустьеров.

Мятежники бежали далеко на север, в неведомый край, где правила безжалостная пустыня, надеясь скрыться там от людей губернатора. Но словно волчья стая, преследующая раненого оленя, те неотступно гнались за ними, не давая возможности даже немного передохнуть. Все дальше и дальше уходили они от океанских берегов, но слишком велика была ценность добычи, чтобы бросить ее. Один день сменялся другим, и наступил момент, когда потеряли они счет времени, и брели по безводным землям, где жестокое солнце нещадно палило от рассвета до заката, а потом наступала ночь, и холод пронизывал до костей. Люди оказались выносливее лошадей, и вскоре несли они золотые слитки и небольшой сундук с изумрудами на плечах своих, не желая оставлять их. Изредка натыкались они на крохотные источники воды, и жадно пили ее, и дрались меж собой за право пить первым. Ослабевшие падали на землю, и оставались лежать, будучи не в силах подняться, а остальные шли дальше, надеясь, что пустыня вот-вот закончится, и появится большая река, и будет много воды, которая принесет облегчение, а потом река выведет их к побережью. И вот уже нет признаков погони, но нет и реки, и пустыня не собирается выпускать их из границ своих…

Когда вдали появилась одинокая скала, чьи отвесные склоны взмывали вверх, едва не достигая небес, их оставалось всего семеро. Они бросили золото, но сундук с изумрудами волочили за собой, еле передвигая ноги. И там, у скалы, радость охватила их, ибо нашли они пещеру, дающую прохладу днем и тепло ночью, и была в ней вода, даровавшая спасение — небольшая лужица, образующаяся в углублении меж каменных плит. Но к вечеру вода в источнике иссякла. Лишь пригоршня просочилась из недр к полудню следующего дня, и обессиленные люди убивали друг друга за воду, позабыв о богатстве и единстве. И остался один…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.