Богословское-На-Могильцах

Белицкий Яков Миронович

Жанр: Технические науки  Научно-образовательная    1990 год   Автор: Белицкий Яков Миронович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Богословское-На-Могильцах ( Белицкий Яков Миронович)

Рецензенты:

кандидат филологических наук, заслуженный работник культуры РСФСР С. Р. Долгова,

архитектор-реставратор Г. Ф. Мелентьев

Редактор Л. Полиновская

Художественный редактор М. Кудрявцева

Фотокорреспондент В. Перельман

Технический редактор Н. Привезенцева

Корректоры Н. Кузнецова, И. Сахарук

Белицкий Я. М.

Богословское-на-Могильцах. — М.: Моск. рабочий, 1990.- 95 с., ил.- (Памятники Подмосковья).

Об истории старинной усадьбы, принадлежавшей в конце XVIII в. князьям Гагариным. Она расположена неподалеку от подмосковной станции Софрино в окружении таких известных историко-литературных мест, как Абрамцево, Мураново, Царево, Радонеж… Владельцы усадьбы были непосредственными участниками многих событий общественной жизни России XVIII–XX вв. Сейчас в усадьбе расположен Дом творчества Гостелерадио СССР.

Рассчитана на массового читателя.

ГЛАВА ПЕРВАЯ,

в которой автор считает необходимым рассказать о своем давнем знакомстве с Богословским-на-Могилъцах и другими окрестными местами

Пруд обойду, размотаю, как свиток, Ленту аллейки из каменных плиток… Как мне когда-то все было знакомо В тихих окрестностях этого дома!

Елена Муравина. Могилъцы

О Богословском-на-Могильцах (которое все окрест давно уже зовут для краткости Могильцами) я услышал впервые в самом начале 50-х, когда стал работать в редакции районной газеты.

Мы ездили в эти места и на уборку, и на посевную, и зимой на фермы. С Пашей Грушко собирал я здесь материал для сатирической странички. Теперь Павел Грушко — известный поэт, переводчик и драматург, вице-президент общества «СССР — Перу». А тогда он был юным литсотрудником из сельхозотдела. Когда маршрутка везет меня сейчас от станции Софрино к Дому творчества Гостелерадио СССР, я поглядываю па дорожные указатели и каждый раз вспоминаю Пашины строчки:

В Талицах, в Алешино Уборка позаброшена!

Помню тогдашние Могильцы с чередой потемневших изб и старыми яблоневыми садами, сбегающими к густо заросшим прудам. Помню сиротливую церковь с обветшалой верхушкой колокольни. На колокольне рос кустарник и даже тянулись кое-где к небу, обреченно цепляясь за щели и выбоины, топкие, чахлые деревца. И от этого покинутый людьми храм казался еще более убогим, а проходить подле него было всегда стыдно и немного жутковато. Под окнами церкви валялось много плит из черного мрамора с потускневшими надписями, которые я, обремененный тогдашними суетливыми делами, так и не удосужился прочитать. А сама церковь была обнесена ветхим дощатым забором.

Думал ли я, трясясь на попутных машинах и подводах то в Могильцы, то обратно в редакцию, что когда- нибудь буду долго и терпеливо копаться в седой старине этих мест?

О Могильцах захотелось написать года два назад, когда, приехав сюда в отпуск, увидел побеленную, словно бы принаряженную церковь, а главное — каменную, с островерхими башенками, ограду вокруг нее.

На одной из башенок — последней, на которой не было еще шатра, сидел мастер, ловко пригоняющий дощечку к дощечке, — прямо на глазах появлялась основа будущей кровли. Было что-то необычное в его работе, я долго не мог понять, в чем эта необычность, пока не разглядел, что держит мастер топор в левой руке. Это, впрочем, никоим образом не мешало ему виртуозно управляться со своими обязанностями.

Я никогда еще не общался с мастерами, восстанавливающими старинные церкви. Поэтому почтительно стоял в стороне, с интересом наблюдая за рождением шатерка на башенке.

Наконец, плотник внимательно посмотрел на меня сверху и сказал:

— Подай тесину. Вон ту.

Отныне я уже считал себя участником восстановления памятника, поэтому мог позволить себе высказать некоторые сомнения:

— Неужто такая ограда была?

— Такая. По чертежам проверено. Спроси у Васильича.

В дальнейшем разговора он уже постоянно ссылался на Васильича, который является автором реставрации, но у Васильича объекты по всей области, и когда он появится в Могильцах — неизвестно.

Потом, сократив пребывание в Доме творчества, досиживал я отпуск в подклетях одной из церквей Спасо- Андроникова монастыря, где хранится архив ВО Союзреставрация.

Листал хрупкие от старости листы закладных, описей, вглядывался в выцветшие завитки писарских строчек. Затем поднимался в верхний зал бывшей церкви, где за столами и за кульманами в немалой тесноте сидят работники мастерской, пробирался по головоломному лабиринту к Сергею Васильевичу Демидову и жаловался:

— Все щербачевские документы перечитал. Ну, не вижу, не чувствую я Богословского-на-Могильцах, все у меня в растопыр.

И многоопытный, несмотря на сравнительно молодой свой возраст, архитектор Демидов (тот самый Васильич!) сказал мне однажды:

— Щербачев — фигура малоприметная. Вы начните со следующего владельца усадьбы — с князя Гагарина. Гавриил Петрович не откажет вам в помощи…

И я снова приехал в Могильцы, привез я с собой полчемодана выписок и неподъемный фолиант, повествующий о царствовании императора Павла I. И снова читал и снова выписывал.

За окном пофыркивали торопливо пробегающие легковушки и автобусы, подо мною, на балконе, отдыхающая семья обсуждала только что принесенные грибные трофеи, с частотой дятла кто-то стучал по ограде корта теннисным мячом…

А я читал «Журнал пешеходцев от Москвы до Ростова-Ярославского и обратно в Москву» М. И. Макарова, изданный в 1830 году.

Потом перевернул последнюю страницу, так ц не сделав ни одной выписки. Подошел к окну и вдруг…

и вдруг увидел затейливый огненный фейерверк над Иорданным прудом и длинную вереницу раззолоченных карет, резво катящих к воротам княжеской усадьбы. И услышал захлебывающийся от восторга высокий голосок князя Гавриила:

— Какая радость, ваше величество, какая нечаянная радость для меня!..

ГЛАВА ВТОРАЯ,

в которой подробно рассказано о долгом жизненном пути князя Гавриила Петровича Гагарина, коего одни современники считали человеком чести и чувства, а другие, напротив, приписывали ему помыслы низменные и корыстные…

Где слава? Где великолепье? Где ты, о сильный человек?

Гаврила Державин. Водопад

Князь в лицедействе был многоопытен и весьма искусен. Он загодя вышел на дорогу, выжидая, когда кто- нибудь из дозорных мужиков подаст условный знак.

Еще накануне прискакавший в усадьбу нарочный известил князя, что, возвращаясь из Троицкой лавры, император, возможно, соизволит прибыть к обеду в Богословское-на-Могильцах.

И уже задолго до рассвета потянулся дымок над барскими кухнями, разосланы были за куропатками егеря в барский лес и ошалевшие от грозных окриков дворовые девки опрометью бежали от прудов с отчаянно бьющимися в деревянных бадейках карпами.

Однако же, когда кортеж въехал в усадьбу, Гавриил Петрович сумел натурально изобразить неожиданную и неописуемую радость и даже как бы запыхался слегка, показывая этим, что торопился, увидев из окна императорскую карету.

Трясет напудренным париком князь Гавриил, а сам опытным глазом вглядывается в Павла: в настроении ли, не выкинет ли какое-нибудь коленце, до которого всегда был великий мастер?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.