Смерть приходит в розовом

Звмятин Леонид Алексеевич

Жанр:   2004 год   Автор: Звмятин Леонид Алексеевич   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Смерть приходит в розовом ( Звмятин Леонид Алексеевич)

Пролог

Холодное дуло пистолета касалось моего лба, и не было возможности отвести его в сторону, руки словно перебиты. Сейчас произойдет непоправимое. Этот изящный пальчик с ярко наманикюренным ноготочком нажмет спусковой крючок.

Она видела мое бессилие и зловеще улыбалась. Но вот улыбка перешла в судорожный хохот торжества. Ее лицо сделалось пунцовым, из уголков рта потекли две струйки крови, соединяясь на подбородке и образуя крупные капли, которые, срываясь, падали на лиф розового платья. Я увидел глаза женщины, широко открытые, но без зрачков. Белые, будто у вареной рыбы.

— Сейчас исправимся, — хохочет она и садится верхом на мою грудь. Дышать становилось трудно. Неимоверным усилием попытался сбросить ее с себя… и проснулся.

Утро. В спальне горит свет. За окном легкий сумрак и завывание февральского ветра. Возле трюмо крутится Татьяна — каждодневный ритуал в будние дни. Она торопливо собирается на работу, одновременно настороженно посматривая в мою сторону. Видимо, ее внимание привлек стон во время кошмарного сна.

— Опять она? — участливо справилась супруга.

Я не ответил: не хочу жалости, и на то есть причины.

1

Натянутость в наших отношениях возникла с появлением Тамары. До нее мы жили как среднестатистическая семья из трех человек: оба работали, имели трехкомнатную квартиру и старенькую машину марки «Жигули», воспитывали ребенка дошкольного возраста, которого, правда, забирала на все лето в пригородное село бабушка, то бишь теща. Жили настоящим и строили простенькие планы на будущее. За почти десять лет супружества я ни разу не познал ревности. И не потому, что жена не красавица, личиком и фигуркой Бог не обидел, просто не давала поводов для возникновения этого мучительного чувства. Домой приходила вовремя, на работе, по слухам, шашней себе не позволяла. Не знавали мы и семейных скандалов, все решалось как-то чинно, без крика и оскорблений. Ошибки признавались, возникшие проблемы делились по способностям каждого.

И вдруг все круто изменилось. В тот день жена пригласила меня на юбилей завода. Я, сославшись на занятость, отказался. Она нисколько не обиделась, лишь проговорила: «Как хочешь, милый». Скромно приоделась, сделала неброский макияж, поцеловала меня в щечку и ушла. Вернулась она в то время, когда и должна была возвратиться по моим расчетам: после окончания торжественного собрания и праздничного концерта. Но появилась она слегка навеселе, чем очень удивила. Впрочем, своего легкого опьянения Татьяна и не пыталась скрыть. Оказалось, самые избранные вместо концерта попали за банкетный стол. В число приглашенных угодила и моя супруга — как лучший экономист предприятия. Продолжая мило улыбаться, скорее под впечатлением от проведенного вечера, она поведала, что самих заводчан на этом банкете было меньше, чем людей со стороны. Понаехало много областного и городского начальства, но самое главное — моя супруга познакомилась с очень приятной и влиятельной женщиной из комитета по экологии.

Приятную женщину довелось лицезреть дня через три. Она подала мне руку при знакомстве таким образом, что сразу напрашивалось прикосновение губ к тыльной стороне ладони. Однако, не приученный к светским манерам и стараясь придерживаться в общении с дамами некоторой строгости, ограничился рукопожатием.

Внешне она не впечатляла, особенно в сравнении с Татьяной. Ниже среднего роста, полноватая, с выкрашенными в фиолетовый цвет волосами, она стремилась придать себе шарм с помощью яркой косметики и вызывающей одежды: короткой юбочки, да еще с разрезом, и прозрачной кофточки с не менее просвечивающим бюстгальтером под ней.

Зато она впечатляла желанием подчинить все своей воле, навязать собственное мнение. Гостья старалась блеснуть познаниями во всех сферах человеческой деятельности. От угольных шахт до космоса — вот широта ее мировоззрения. Если где-то не хватало аргументов, тогда она просто пыталась переспорить. Новоиспеченная подружка жены моментально находила выход из любой тупиковой ситуации, и, казалось, будь она у кормила власти, страна уж точно процветала бы. Гостья даже проявила компетенцию в сыскном деле, когда разговор коснулся моей профессии, и даже попотчевала всем порядком надоевшей теорией Ломброзо о внешних признаках потенциальных преступников. Следом поинтересовалась, имею ли я при себе табельное оружие. Недоверчиво покачала головой на мое «нет». Видимо, посчитала, что обманываю: «Как же так? Сыщик и без оружия». Пришлось признаться, что занимаюсь в основном квартирными кражами, а таким оружие, согласно приказу начальства, не положено. Интерес гостьи ко мне сразу поубавился. Да я особенно и не печалился, ибо никогда не подогревал внимания к своей профессии, так как попал в уголовный розыск совершенно случайно.

Я окончил факультет физвоспитания местного университета, имел звание кандидата в мастера по боксу, и мне прямая дорога в тренеры либо в учителя физкультуры, если бы имелись вакантные должности. А я остался невостребованным. Биржа труда меня не прельщала хотя бы потому, что успел уже обзавестись семьей, кратковременные шабашки — тоже, и я начал искать работу не по специальности. Один из знакомых, с которым поделился остро стоявшей проблемой, присоветовал обратиться в милицию, мол, у них большая текучесть и берут почти всех, невзирая на образование и прежнее место работы, лишь бы здоровье позволяло.

Порог отдела кадров переступил в сильном сомнении: окажусь ли пригодным столь грозному ведомству? Взяли безо всяких проволочек. Направили в районное отделение уголовного розыска и даже оставили звание «лейтенант», которое я заимел по окончании военной кафедры при университете. Через три года присвоили «старшего», хотя ничем особенным на работе не блеснул. Занимался раскрытием краж. Лазил по подвалам и сушилкам, изучал открытые или взломанные замки, слушал причитания хозяек, у которых подчистую украли все заготовленные на зиму соленья и варенья, делал опись похищенного с веревок белья.

С личным оружием выпала особая история. Поначалу нам его выдавали. Но произошло два случая с такими, как я, пришедшими со стороны. Попросту говоря, какие-то шустрые ребята отобрали у них пистолеты силой, а их самих поколотили. Реакцией на случившееся стал запрет высокого начальства на ношение оружия некоторыми сотрудниками уголовного розыска, не связанными с раскрытием особо опасных преступлений. Так что для устрашения незаконопослушных граждан у меня в запасе оставалось лишь удостоверение да еще кулак, который, слава Богу, пока ни разу пускать в ход не пришлось. Итак, будучи сыщиком, я, во избежание насмешек, старался своей профессией ни перед кем не козырять.

Руководствуясь законами гостеприимства, которых, по-моему, несомненно должна была придерживаться новая всезнающая подружка жены, следовало ожидать ответного приглашения, и я уже сочинял надуманный предлог, дабы отказаться от визита к словоохотливой даме. Но через пару дней Тамара вновь неожиданно объявилась у нас, с загадочной улыбкой на лице и победным блеском в глазах.

— Накрывай на стол, есть повод, — не проговорила, а пропела она вышедшей ей навстречу Татьяне.

— Неужели! — как-то неверяще воскликнула моя супруга.

— Штатную единицу экономиста пробили, — подтвердила Тамара, — я уже переговорила с председателем.

Жена засуетилась. В мою сторону полетели приказы: накрыть, достать, нарезать. Повиновался безропотно. Прислушиваясь между делом к щебетанию подруг, выяснил: этой суматохе с застольем обязан обещанию Тамары пристроить мою супругу в комитет по экологии и обещанное вроде бы стало приобретать черты реального. Далее узнал, что этот комитет не какая-то там шарашкина контора, а весьма солидная организация, перед которой испытывали мандраж руководители предприятий, больших и малых. Без визы службы экологии не запустишь установку, не откроешь новое производство, да что новое, старого можно лишиться, если обнаружится в воде, почве или воздухе повышенная концентрация какого-нибудь вредного вещества. Отсюда и заискивание перед службой главного эколога области, и всякие там презенты, бесплатные путевочки в санатории, что-то дефицитное, пусть и недорогое. «В общем, жить можно, и жить можно хорошо», — подытожила Тамара. Со стороны моей супруги дело оставалось за малым: произвести впечатление на председателя. Его не раз произносившаяся фамилия — Окунев — показалась мне знакомой. И хотя Тамара употребляла только хвалебные эпитеты: и щедрый, и бескорыстный, и способный понять, все же попахивало чем-то криминальным. Я поднапряг память и выловил там нужную информацию. Оказывается, на этого, чуть ли не святого, человека дважды покушались. Бог его миловал. В обоих случаях пострадали водители, получившие по пригоршне свинца от неудачливых киллеров. В газете писали о политической подоплеке покушений, мол, являлся членом областного политсовета партии власти и готовился выдвинуть свою кандидатуру на пост губернатора. В «кулуарах» же уголовного розыска ходили свои версии. По предположению оперов, Окунев закрывал глаза на творившиеся безобразия в сфере экологии, за что получал от предпринимателей солидную мзду. А не в трудах праведных нажитый капитал, как известно, имеет свойство источать «дурной запах» и привлекать к себе тем самым уголовщину различного пошиба. Нечто подобное произошло и с Окуневым. От «братвы» поступило предложение поделиться. Бежать жаловаться в правоохранительные органы председателю комитета по экологии, естественно, было не с руки, и он стал делиться, приобретая взамен покровителей, так называемую «крышу». Однако лакомый кусочек манил к себе и других криминальных «авторитетов». Кто-то тоже захотел побыть «кровлей» над головой загребистого дельца. Вот тут и начались разборки и последовали два покушения.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.