Король Цукер

Глаузер Фридрих

Жанр: Полицейские детективы  Детективы    1995 год   Автор: Глаузер Фридрих   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Прибывший на место преступления комиссар полиции Крейбиг сразу понял, что дело здесь абсолютно безнадежное. Лежавший на полу с расплывшимся кровавым пятном от колотой раны в груди был никто иной, как Якоб Кусмауль, личность, надо сказать, довольно известная среди спекулянтов. По паспорту он был родом из Риги. Впрочем, у людей такого сорта нельзя быть уверенным ни в чем на все сто процентов, поэтому вполне вероятно, что его настоящее имя было совершенно иным, да и родился он, скорее всего, не в Риге, а в Бухаресте.

«Мне, как всегда, везет», — подумал комиссар Крейбиг и тяжело вздохнул. Вот уже четыре года, как закончилась война, а в Вене всё те же проблемы с продовольствием, что, конечно, на руку спекулянтам, буквально заполонившим город. А ведь если бы не война, может быть, и стал бы Крейбиг гофратом [2] в старой империи, но, как говорится, мечты, мечты… А тут еще этот Якоб Кусмауль или как его там?..

Труп лежал около стола. Розовая шелковая рубашка на нем была разорвана на левой стороне груди и перепачкана уже запекшейся кровью. На столе стояла шахматная доска с фигурами. По-видимому, только что начатая партия. Рядом с доской — две чашки с недопитым черным кофе и две серебряные крошечные сахарницы, в одной из которых пакетик с тремя кусочками пилёного сахара. В правой руке убитый сжимал шахматную фигуру черного короля, а в левой — пакетик с сахаром. Это как раз и был недостающий второй пакетик, очевидно, взятый из пустовавшей теперь сахарницы на столе.

— Как долго он еще оставался в живых после ранения? — спросил комиссар Крейбиг у судебного врача.

— Ну, где-то минуты две-три…

— Он был в сознании?

— Я думаю, что да. Такие люди цепляются за жизнь до последнего. Тут уж вы можете не сомневаться, господин гофрат.

— И вы полагаете, то, что он держит в руках, имеет какой-то смысл?

— Возможно… Но какой? Черный король и пакетик сахара? Что же это может означать? Как вы сами думаете, господин гофрат?

— Трудно сказать, — ответил комиссар, польщенный тем, что врач обращается к нему, величая гофратом. — Возможно, это ключ к разгадке. Но причем тут сахар…

— И шахматная фигура… — робко добавил приехавший вместе с Крейбигом агент тайной полиции Хохроцпонтнер, невзрачный с виду человек с жиденькими рыжими усами и морщинистым лбом.

— Да, — сказал комиссар, — черный король… Я читал о короле Хабере и короле Лире, знаю имена всех королей — героев произведений Шекспира: Генриха, Ричарда и даже короля Оттокара, но король Цукер? Король Цукер… — снова повторил он и покачал головой.

Комиссар окинул взглядом комнату. Ничего особенного. Обычный номер в отеле. Вытертый ковер на полу, выцветшие зеленоватые обои на стенах с четким пятном на том месте, где наверняка прежде висел портрет кайзера. Окно комнаты выходило в освещенный тусклым светом дворик. На улице шел дождь. Смеркалось.

Доктор попрощался и ушел, а комиссар Крейбиг долго изучал начатую партию, изредка покачивая головой. Молчавший все это время полицейский Хохроцпонтнер наконец не выдержал и шепотом спросил:

— Позвать мне кельнера?

Крейбиг кивнул. «Ну и отвратительный тип», — подумал он, пристально глядя на труп. Посиневшее лицо с тройным подбородком, низкий лоб и вздутые губы. Ни о каком так часто упоминаемом в подобных случаях «величии смерти» не было помина. Крейбиг отвернулся и подошел к стоявшему возле окна второму столу, заваленному всевозможными бумагами. Здесь были какие-то документы, счета, накладные и деловая переписка. Он пробежал глазами несколько строк: «Согласно Вашему заказу от 15.08… имеем честь сообщить Вам, что…» Здесь же лежал потрепанный, битком набитый бумажник. Крейбиг заглянул в него: турецкие и английские фунты, швейцарские франки, доллары, два чека. Он механически пересчитал деньги, вздохнул, вспомнив свое жалованье, выдаваемое ему отнюдь не в твердой валюте. Аккуратно укладывая банкноты назад в бумажник, комиссар вдруг наткнулся в одном из его отделений на смятый клочок бумаги. Крейбиг вынул его и стал рассматривать. За ним неотступно сновал Хохроцпонтнер.

Клочком бумаги оказалась вырезка из французской газеты. На одной ее стороне размещался астрологический прогноз, на другой — отмеченная красным карандашом статья: «Эффективный метод лечения диабета профессора Дуранда». Видимо, материал из книги о лечении сахарного диабета. Крейбиг невольно оторвался от газетной заметки и взглянул на стол. Сахарный диабет?.. Сахар? Два человека играли за столом в шахматы, попивая кофе, но оба не взяли сахар… Один из них, вероятнее всего, убийца, оставил пакетик в сахарнице, тогда как Кусмауль, падая со стула, успел схватить свой сахар левой рукой, а правой… Но это произошло потом. Итак, он схватил пакетик с сахаром левой рукой, убийца встал, спокойно вышел через дверь, потом Кусмауль свалился на пол и умер в престранной позе, вытянув вертикально вверх обе руки, причем — в левой руке пакетик с сахаром, а в правой — черный король…

Тем временем подошел похожий на заморыша кельнер Поспишил Оттокар, который, казалось, не испытывал особого сожаления по поводу смерти проживающего у него на этаже Якоба Кусмауля. Как выяснилось, причиной такого отношения было поведение самого постояльца, частенько пьянствовавшего ночи напролет с дружками, да и девицами тоже. Было видно, что Поспишил не испытывал ни малейшего желания распространяться на эту тему. А ведь Кусмауль был болен. Он страдал сахарным диабетом, ему было противопоказано сладкое, и он даже консультировался у специалистов. Один из них как-то приходил к нему. Такой благообразный господин в цилиндре и белых рейтузах, с холеной седой бородой. Жаль только вот, что ему не удалось запомнить фамилию этого господина.

— Да, господин гофрат, — вздохнул кельнер Поспишил. — Если уж вам интересно узнать мое мнение на сей счет, то мой вам совет: лучше не вмешивайтесь вы в это дело, потому что Кусмауль был человек со связями. Его даже навещал глава американской делегации, у него постоянно гостевали то турки, то русские, то аргентинцы, а также наведывались и бродяги. Короче говоря, темная личность…

— Спасибо за совет, мой дорогой Поспишил, но я уже размышлял на эту тему. Разве я сразу не сказал, что дело обстоит абсолютно безнадежно?

Хохроцпонтнер молча кивнул.

— Вы свободны, Поспишил… или нет, подождите пока. Вернемся опять к сахару. Итак, у нас есть вырезка из газеты со статьей французского профессора Дуранда о лечении сахарного диабета. Не так ли, Хохроцпонтнер? Кроме того, нам известно, что диабетикам сахар противопоказан, и именно по этой причине они испытывают в нем потребность. Из этого следует, что Кусмауль, умирая, быстро хватает рукой пакетик с сахаром — так сказать, чтобы исполнить свое последнее желание. Ну как? Хотелось бы услышать и ваше мнение, Хохроцпонтнер!

Полицейский ничего не ответил. Он стоял молча, держа кисти рук на уровне плеч, что придавало ему определенное сходство с просящей собакой, стоящей на задних лапах. Комиссар терпеть не мог подобные манеры.

— Отвечайте же, когда вас спрашивают, — грубо сказал он.

Вместо ответа Хохроцпонтнер неожиданно сам спросил у кельнера Поспишила:

— Ас кем ваш постоялец обычно играл в шахматы?

— Чаще всего со Свифтом, англичанином. Господин… то есть покойный, говорил, что Свифт самый лучший игрок. Остальные просто сопляки по сравнению с ним.

— Был ли господин Свифт здесь сегодня во второй половине дня?

— Да, он приходил примерно в половине четвертого. Затем Кусмауль… тьфу ты, покойный заказал две чашки кофе с молоком.

— С молоком? Но где же молоко?

— Оно убежало, и поэтому я принес две чашки черного кофе. Тут еще господин Кусмауль накричал на меня за то, что я принес ему и сахар, поскольку мне было известно, что сахар ему противопоказан. А господину Свифту тоже нельзя есть сахар, потому что и он диабетик.

— Так, так… — пробормотал Хохроцпонтнер и быстро вышел.

— Вы можете идти, Поспишил, — повторил комиссар. — Ну нет, подождите. Скажите еще, вы видели, что Свифт ушел?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.