Хозяйка долины мертвых

Александрова Инна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Хозяйка долины мертвых (Александрова Инна)

Глава 1. Побег

I

Был поздний осенний вечер, дождливый и тёмный, когда запоздалый путник постучал в ворота тюремного замка Арнгейм.

– Кого ещё принесли черти в такую ночь? – проворчал стражник, пытаясь открыть тяжёлые, обитые железом ворота. Он долго не мог справиться с замком, но наконец ворота распахнулись; кровавый свет факела выхватил из темноты лицо человека в длинной чёрной сутане. Это был отец Кирлиан, – священник, приехавший в крепость, чтобы выслушать последнюю исповедь осуждённого на смерть.

Ещё час назад он шёл пустыми, тёмными улицами. Было холодно; с севера дул ледяной, пронизывающий ветер. В такую погоду хотелось сидеть дома и греться у огня. Чем ближе священник приближался к цели, тем больше ему хотелось повернуть назад. Но долг обязывал его идти. Какое бы страшное преступление ни совершил осуждённый, никто не имел права лишить его последнего утешения…

– Кто вы? – спросил стражник равнодушным голосом. Он знал священника, но порядок требовал, чтобы приехавший в замок назвал своё имя.

– Отец Кирлиан, священник из Лэнсбрука. Меня вызвали к одному из заключённых. Его должны казнить завтра, на рассвете…

– Как его зовут?

– Эдвин Тарк.

– Номер сто восемнадцатый, – сказал стражник. – Я проведу вас к нему.

II

Они миновали внутренний двор тюрьмы. Едва поспевая за своим спутником, священник шёл по длинному коридору. Множество железных дверей и холодные серые стены рождали только одну мысль: тюрьма…

…Чёрные тени заметались по стенам, и дрожащее пламя факела осветило тесную камеру. Железный стол, намертво прикрепленный к полу, и такая же железная кровать составляли всё её убранство. На кровати, лицом к священнику, сидел человек, – измождённый и бледный; каждому, кто смотрел на него, было ясно, что он провёл в тюрьме уже многие месяцы. Одежда висела на его исхудавшем теле; несколько прядей спутанных волос падали ему на глаза…

– К вам пришли, – сказал стражник, пропуская священника вперёд.

Эдвин Тарк, осуждённый за колдовство, поднял голову и окинул взглядом вошедших.

– Я знал, что вы придёте, – сказал он.

Спокойное лицо и мягкий, вкрадчивый голос делали его совсем не похожим на преступника.

– Оставьте нас одних, – попросил отец Кирлиан, глядя в прищуренные, чуть красноватые глаза заключённого…

Снова ключ повернулся в замке; тяжёлая дверь захлопнулась, и стражник вышел из камеры, оставив священника наедине с преступником. Отец Кирлиан слышал, как далеко, в глубине коридора, замерли его шаги…

Несколько минут Тарк прислушивался к тишине, наступившей за дверью.

– Вы пришли, чтобы выслушать мою исповедь, святой отец? – спросил он, убедившись, что они остались одни. – Поверьте мне, я знаю, что это значит. Завтра мне предстоит умереть. Это будет последняя исповедь… ведь так?

Отец Кирлиан медлил с ответом. То, что Тарку ещё не сообщили о предстоящей казни, было для него неожиданностью. Он подумал, что, пожалуй, поторопился, отослав стражника. Не смотря на долгие месяцы заточения, Тарк производил впечатление сильного человека, и кто знает, на что он был способен в минуту ярости…

– Людской суд осудил вас, но Господь милосерд, – сказал наконец священник. – Он видит наши страдания и утешает в несчастье. Ваш грех вам простится, если Он увидит, что ваше раскаяние искренне.

Тарк молчал. Он сидел в той же самой позе, – лицом к двери, как статуя, и даже не шелохнулся. Маленькие, красноватые глазки следили за священником, как глаза змеи.

– Что с вами? Вы больны?.. – спросил отец Кирлиан, невольно поддавшись жалости. – Есть что-нибудь, о чём вы хотели бы попросить меня?

– Какое сегодня число? – спросил Тарк.

– Семнадцатое октября.

– Всего два месяца… а мне казалось, что я целую вечность просидел в этих стенах… Нет, мне ничего не нужно. Чего может хотеть человек, который на рассвете умрёт?

– Тогда, может быть, вы хотите что-то сказать мне? Последние слова, которое вы хотели бы передать родным. Я здесь, чтобы утешить вас и помочь. Обещаю вам, что найду их, и…

– У меня нет родных, – сказал Тарк.

– Но мне говорили, что у вас осталась мать, – возразил священник. – Если хотите, я мог бы…

– Нет. Ничего не нужно. Я не знаю, где она сейчас… и жива ли она ещё… С того самого дня, как я был заключён в тюрьму, ей приходилось скрываться от людей. Её считают ведьмой; наш замок сравняли с землёй, крестьяне разбежались… у неё не осталось никого, кто мог бы позаботиться о ней.

– Но с ней осталась ваша сестра, – заметил отец Кирлиан. – Морелла Тарк, двадцати трёх лет.

– Она мне не сестра, – сказал Тарк. – Её отец приходился дальним родственником моему… но она не сестра мне. После смерти её родителей моя мать взяла её на воспитание.

– Однако я слышал, что вы росли вместе, как брат и сестра, – возразил старик.

– Хватит, – со злостью в голосе прошипел Тарк. – Вы, я вижу, пришли сюда вовсе не для того, чтобы утешить меня перед казнью. Вы хотите что-то выведать у меня… Как только я назову вам место, где скрывается моя мать, инквизиция тут же устремится по её следам. Но этого не будет. Нет… Я не мог бы сказать вам, где она, даже если бы захотел. Я сам ничего о ней не знаю. С тех пор, как я был арестован и заключён в эту камеру, мне ничего не говорили ни о матери, ни о её воспитаннице.

Тарк на секунду задумался, глядя на серые, покрытые плесенью стены.

– Во всём мире остался только один человек, с которым я мог разделить моё одиночество, – продолжал он. – Сосед по камере. Адриан Торн. Сегодня утром его увели отсюда. Не знаю, жив ли он ещё… Вы можете сказать мне, куда его повели?

Священник медлил с ответом; казалось, был удивлён. Адриан Торн не имел никакого отношения к делу Тарка. Они провели в одной камере всего два месяца, пока шло следствие. Однако за это время Тарк сильно привязался к старику.

Торну было уже за шестьдесят, но он продолжал участвовать во дворцовых интригах. Одна из таких интриг и привела его в тюрьму. Его задержали при попытке убить короля. Тарк знал, что это значит.

– Не говорите, не надо, – сказал он. – Отсюда есть только одна дорога – на виселицу… или на костёр. Он, должно быть, уже казнён и скоро будет лежать в земле. Я прав?

Отец Кирлиан молчал. Он заметил, что Тарк следит за его каждым его движением, – его глаза смотрели напряжённо, не мигая, как глаза змеи.

– К сожалению, я ничего не могу вам сказать. Я ничего не знаю о судьбе вашего соседа… Вы будете исповедоваться?

– Что я должен говорить? – спросил Тарк.

– Мне стало известно, что вы занимались чёрной магией и прочими богомерзкими делами. Покайтесь в своих грехах, и попросите у Бога прощения.

– Мне не в чем каяться, – последовал ответ.

– Как?!.. – поразился священник. – Вас осудили за то, что близ деревни Жёлтые Пески, в замке вашего покойного отца, вы проводили магические опыты, целью которых было воскрешение мёртвых. И вы говорите, что вам не в чем каяться?

Ни один мускул не дрогнул на лице Тарка.

– Вы верите в эту сказку? – спросил он всё тем же спокойным голосом. – Крестьяне из Жёлтых Песков попросту оболгали меня. Это только досужие сплетни, которые ни один человек, – если только он в здравом уме, – не станет принимать всерьёз.

– Но суд располагал доказательствами, – заметил священник. – Приблизительно в это же время на местном кладбище стали находить разрытые могилы. Похищенные трупы исчезали неизвестно куда. Пропали и несколько трупов младенцев…

– Вздор! – перебил его Тарк. – Кто поверит в эти глупые бредни?

– Но вас обвиняли не только в этом. Свидетели подтвердили, что вы пытались предсказать рождение Антихриста – ребёнка Сатаны. Некоторые из них говорили, будто бы вы называли им даже день и час, когда это должно случится…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.