Голод (пер. Химона)

Гамсун Кнут

Жанр: Классическая проза  Проза    Автор: Гамсун Кнут   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

ЧАСТЬ I

Все это случилось тогда, когда я бродилъ въ Христіаніи и голодалъ… Странный этотъ голодъ… На всякаго, кому пришлось его испытать, онъ накладываетъ свою печать. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Я не спалъ въ своей мансард и слышалъ какъ внизу часы пробили шесть; было уже довольно свтло, и по лстницамъ началась бготня. Внизу у двери, гд комната была оклеена старыми номерами «Утренняго Листка», я могъ ясно различитъ подпись инспектора маяка и напечатанное жирнымъ шрифтомъ объявленіе о свжемъ хлб у булочника Фабіана Ильсена.

Открывъ глаза, я, по старой привычк, началъ думать, что пріятнаго предстоитъ мн сегодня.

Въ послднее время я съ трудомъ перебивался; все мое имущество, вещь за вещью, перешло къ «дядюшк»; я сталъ нервнымъ и раздражительнымъ. Уже нсколько разъ мн приходилось лежать въ постели вслдствіе головокруженія.

Порой, когда счастіе улыбалось, я получалъ въ какомъ-нибудь «листк» 5 кронъ за свой фельетонъ.

Совсмъ уже разсвло, и я принялся читать объявленія у моей двери; я могъ даже разобрать тощія, осклабленныя буквы надписи: «Саваны у двицы Андерсенъ, направо въ воротахъ». Это заняло меня на нкоторое время… я слышалъ, какъ внизу пробило 8; тогда я всталъ и одлся,

Затмъ я отворилъ окно и посмотрлъ на улицу. Съ того мста, гд я стоялъ, я могъ видть веревку для сушки блья и чистое поле.

Туда подальше у обгорвшей кузницы лежалъ мусоръ, который сгребали рабочіе. Я облокотился на подоконникъ и уставился въ пространство; былъ ясный день, наступала осень, нжная, прохладная пора, когда все мняетъ краски и умираетъ. Шумъ, доносившійся снизу, манилъ меня на улицу. Комната моя, полъ которой качался при каждомъ шаг, казалась мн гробомъ; ни замка у двери, ни печи; я не снималъ ночью чулокъ, чтобы они высыхали къ утру. Единственно, что мн доставляло удовольствіе, это — маленькая, красная качалка; въ ней я сидлъ по вечерамъ, мечталъ и думалъ о всевозможныхъ вещахъ. Когда дулъ сильный втеръ и двери внизу были открыты, то черезъ полъ и стны проникали сюда странные стонущіе звуки, и на «Утреннемъ Листк», тамъ внизу, у двери, появлялись новыя трещины.

Я всталъ и началъ рыться въ узелк, лежавшемъ въ углу около моей постели, не найду ли я тамъ чего състного, но напрасно; тогда я снова подошелъ къ окну.

Богъ знаетъ, удастся ли мн найти какое-нибудь мсто. Отрицательные отвты, полуобщанія, ршительные отказы, лелянныя и обманутыя надежды, новыя попытки, каждый разъ кончающіяся ничмъ, все это уничтожало мою бодрость духа. Наконецъ, я сталъ искать мста кассира, но пришелъ черезчуръ поздно, да и кром того, я не могъ внести залога въ 50 кронъ. Всегда какое-нибудь препятствіе! Захотлъ я поступить въ пожарную команду. Насъ было около 50 человкъ; мы стояли въ прихожей и колотили себя въ грудь, чтобы имть молодцеватый видъ. Чиновникъ обходилъ и осматривалъ всхъ; онъ щупалъ мускулы и задавалъ т или другіе вопросы; когда очередь дошла до меня, то онъ прошелъ мимо; только покачалъ головой и сказалъ, что я не гожусь, потому что ношу очки. Я еще разъ пошелъ туда, уже безъ очковъ, и стоялъ съ прищуренными глазами, стараясь сдлать свой взглядъ остре ножа, но чиновникъ прошелъ мимо меня, улыбаясь: онъ узналъ меня.

Самое скверное было то, что мое платье начало приходить въ такую ветхость, что я не могъ являться искать мсто въ приличномъ вид.

Въ конц-концовъ, я лишился всхъ своихъ вещей, у меня не было гребешка, не было даже книги, которую я могъ бы почитать съ тоски. Въ продолженіе всего лта я отправлялся на кладбище или въ дворцовый паркъ, гд садился и писалъ статьи для газетъ, столбецъ за столбцемъ, о самыхъ разнообразныхъ вещахъ, о чудесныхъ происшествіяхъ, о причудахъ и фантазіяхъ моего неспокойнаго мозга. Съ отчаянія я избиралъ самыя странныя темы, надъ которыми я долго мучился и которыя потомъ не принимались къ печатанію. Когда была окончена одна статья, я принимался за другую; отрицательный отвтъ редактора рдко приводилъ меня въ отчаяніе; я говорилъ себ: должно же мн когда-нибудь посчастливиться. И дйствительно, иногда, когда у меня получалось что-нибудь порядочное, работа одного дня давала мн 5 кронъ.

Я снова отошелъ отъ окна, подошелъ къ умывальнику и плеснулъ воды на своя панталоны, чтобъ они казались черне и нове. Потомъ, сунувъ по привычк въ карманъ бумагу и карандашъ, я вышелъ. Тихонько спустился я внизъ по лстниц, чтобы не привлекать вниманія моей хозяйки. Посл срока найма прошло уже нсколько дней, а у меня нечмъ было ей заплатить за квартиру.

Было 9 часовъ. Шумъ экипажей и голосовъ наполнялъ воздухъ, — шумный утренній хоръ, къ которому примшивались шаги прохожихъ и щелканье извозчичьихъ хлыстовъ. Этотъ шумъ ободрилъ меня и я почувствовалъ себя какъ-то радостнй. Я никакъ не предполагалъ, что вышелъ на утренній свжій воздухъ для прогулки. Разв мои легкія нуждались въ воздух?.. Я былъ силенъ, какъ великанъ, я могъ бы вывезти экипажъ на своихъ плечахъ. Тихое странное настроеніе, радостное и беззаботное чувство овладло мною. Я сталъ наблюдать людей, попадавшихся мн навстрчу, и читалъ афиши на стнахъ. Поймалъ взглядъ, брошенный мн изъ прозжавшаго мимо экипажа. Я отдавался дйствію всякой мелочи, всякой случайности, попадавшейся и исчезавшей на моемъ пути.

А хорошо было бы, если бы было что пость въ такой прелестный день. Впечатлніе яснаго утра совсмъ заполонило меня, я былъ безконечно доволенъ и отъ радости началъ что-то насвистывать. Передъ мясной лавкой стояла женщина съ корзиной и выбирала колбасу для обда. У нея былъ лишь одинъ передній зубъ. Эти послдніе дни я сталъ такимъ нервнымъ и впечатлительнымъ, — лицо этой женщинй произвело на меня отвратительное впечатлніе; длинный желтый зубъ имлъ видъ маленькаго пальца, выступавшаго изъ челюсти, а во взгляд, который она на меня бросила, чувствовалась жирная колбаса. Тотчасъ же я потерялъ всякій аппетитъ и почувствовалъ себя нехорошо. Придя на базаръ, я подошелъ къ колодцу и выпилъ немного воды; я взглянулъ наверхъ — на городской башн было 10 часовъ.

Я пошелъ дальше по улиц; беззаботно ходилъ взадъ и впередъ, остановился безъ всякой надобности на углу, свернулъ въ боковую улицу, хотя мн тамъ нечего было длать; въ это радостное утро я безцльно блуждалъ и беззаботно прохаживался среди счастливыхъ людей; воздухъ былъ легкій, ясный, ничего не тяготло на моей душ.

Вотъ уже 10 минутъ, какъ передо мной идетъ, хромая старый человкъ. Въ одной рук онъ несетъ узелъ. Онъ раскачивается всмъ тломъ, напрягаетъ вс свои силы, чтобы двигаться быстрй. Я слышалъ, какъ онъ пыхтлъ отъ напряженія, и мн пришло въ голову, что я могъ бы понести его узелъ; но я не пробовалъ догнать его. Наверху, у «Гренце», повстрчался мн Гаасъ Наули. Онъ поклонился мн и поспшно прошелъ мимо. Почему онъ такъ спшитъ? У меня совсмъ и въ мысляхъ не было просить у него взаймы крону, и я собирался на-дняхъ вернуть ему его одяло, которое я занялъ у него нсколько недль тому назадъ. Какъ я только заработаю хоть немножко денегъ, я не буду никому обязываться одялами; можетъ-быть, я сегодяя смогу написать статью о «преступленіяхъ будущаго» или о «свобод», или вообще что-нибудь такое, что годится для чтенія; мн за это дадутъ, по крайней мр; 10 кронъ… При мысли объ этой стать я почувствовалъ вдругъ, что мною овладваетъ стремленіе тотчасъ же приняться за статью и исчерпать мой переполненный мозгъ. Наверху, въ дворцовомъ парк я найду подходящее мстечко и не встану, пока не будетъ окончена моя статья.

Но передо мной на улиц продолжалъ ковылять старый калка. Меня начинало злить, что этотъ увчный человкъ все время идетъ впереди меня. Его путешествіе, кажется, никогда не кончится; можетъ онъ будетъ итти по тому направленію, что и я, и тогда я всю дорогу буду имть его передъ собой. Я былъ такъ раздраженъ, что мн показалось, будто онъ умряетъ шаги на каждомъ перекрестк и ждетъ чтобъ видть, по какой дорог я пойду, а затмъ онъ опять поднимаетъ свой узелъ и изо всхъ силъ старается итти скорй, чтобы обогнать меня. Видя передъ собой это искалченное существо, я все больше и больше злился; я чувствовалъ, какъ понемножку исчезаетъ мое хорошее настроеніе духа, и чистое, ясное утро представляется мн уже въ другомъ свт. Онъ имлъ видъ большого хромого наскомаго, опустившагося на землю и желавшаго безраздльно завладть всмъ тротуаромъ.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.