Солнце на ПСС

Угрюмов Денис

Жанр: Рассказ  Проза    Автор: Угрюмов Денис   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Солнце на ПСС ( Угрюмов Денис)

Татьяна Томах

Не сотвори призрака

– Кошку бы вперед, – сказал Артем вслед теще. – Хотя и так ничего…

Марья Игнатьевна, оттеснив зятя могучим плечом, отодвинув локтем Леночку, первой вступила в квартиру – так адмиральский фрегат входит в покоренный порт, оставив позади почтительно отставшую эскадру и сшибая кормовой волной жалкие лодки туземцев. Леночка покачнулась, Артем подхватил ее под локоть.

Марья Игнатьевна впечатала каблуки в облезлые доски пола и обернулась, выгибая тонкую нитку брови над припорошенным тушью глазом:

– Что вы говорите, Артем?

– Ничего, Марья Игнатьевна. Все в порядке. И без кошки обошлись.

Леночка тихо фыркнула, спрятала улыбку в плечо мужа. Марья Игнатьевна поджала губы, облила зятя надменным взглядом, бросила резко:

– Что ты там копаешься, Элена?

Леночка послушно потянулась вперед, но Артем остановил ее, поймал тонкие плечики и подхватил жену на руки. Прижал к себе – хрупкое, легкое, почти невесомое, самое драгоценное сокровище.

– Ой, Артем, ты что, – ахнула Леночка, щекоча горячим дыханием шею. – Ну, не свадьба же…

– Глупости, – сказал Артем. – Жену надо не на свадьбе на руках носить, а во все остальное время.

Он переступил через порог. Замер, чувствуя ребрами, с одной стороны – торопливый бег Леночкиного сердца, с другой – размеренный стук своего. Два узника, которые переговариваются через решетку, сплетая горячие пальцы и взгляды между ржавыми прутьями. И от тепла и нежности плавится железо, сыпется рыжей трухой, и уже невозможно оторвать одну руку от другой…

– Темка, – тихо шепнула Леночка. Артем увидел совсем близко ее широко распахнутые потемневшие глаза. Опомнился. С усилием разжал руки. Леночка вывернулась из его объятий, соскользнула на пол под неодобрительным взглядом Марьи Игнатьевны.

– Гм, – сказала теща. Пристально изучила лицо Артема и поползла брезгливым задумчивым взглядом по стене с засаленными обоями, потрескавшемуся потолку с завитками старой штукатурки…

– Что, думаешь, так плохо, ма? – встревоженно спросила Леночка.

– Ну-у, – протянула Марья Игнатьевна, неопределенно пожимая могучими плечами. Мельком заглянула в комнату; прибивая каблуками скрипучий пол, промаршировала по коридору. Брезгливо ткнула пальцем обшарпанную дверь кладовки, хмыкнула в темноту, тускло мерцающую боками пыльных банок и ребрами кривых полок:

– О, прямо ведьмин чуланчик!

Нарочито низко пригнувшись, прошла на кухню.

Артем прикрыл скрипучую кладовочную дверь, придержал за локоть расстроенную Леночку, сказал негромко:

– А знаешь, и правда, мне продавец говорил – вот, мол, вам и комната для тещи.

Леночка тихо фыркнула, быстро переглянулась с мужем, и ее взрослое усталое лицо на миг осветилось улыбкой нашкодившего ребенка.

– Темка! – укоризненно прошептала она.

– Что вы говорите, Артем? – поинтересовалась теща из кухни.

– Распределяю жилплощадь, Марья Игнатьевна, – с готовностью отозвался он. – Функционально. Чтобы учесть особенности при ремонте.

– А. Ну да, безусловно. Без ремонта здесь совершенно невозможно.

Марья Игнатьевна, скорбно поджав губы, обозрела кухонную обстановку – облупленный потолок, закопченный водогрей с кривой трубой, разбитую раковину.

– Н-да, – сказала она.

– Вот, ма, видишь, там парк. С Никитой гулять близко… – Леночка указала в окно. Артем заметил дрожь в ее голосе и в пальцах, беспомощно ткнувшихся в грязное стекло. За ним гнулись под ветром мокрые черные ветки, царапали окно, как будто хотели ворваться вовнутрь, разбить тонкую преграду между маленьким теплым миром и холодной сумрачной осенью.

Артем взял Леночкину замерзшую ладошку в свою руку. Хотел сказать: «Это наш дом, Ленка. Только наш. И мы никого сюда не пустим – ни осень, ни холод, ни тоску». Но заметил насмешливый внимательный взгляд тещи и промолчал. Только погладил Леночкину ладонь, которая становилась все теплее, согреваясь в его руке.

– Н-да, – повторила Марья Игнатьевна. Брезгливо, кончиками пальцев тронула облезлый подоконник. Сказала задумчиво:

– А знаешь, Элен, Игорек Самохин коттедж себе купил за городом. Он звонил вчера, когда ты с Никитой гуляла. Два этажа, кирпич, изнутри – дуб…

– Правда? – растерянно улыбнулась Леночка.

– Говорит, на втором этаже веранда застекленная, ну, чтоб вроде оранжереи можно было сделать…

– Здорово…

– Он, когда звонил, сказал, между прочим: «А я помню, Леночка цветы любила выращивать»…

– Неужели помнит? – удивленно спросила Леночка.

Ее ладошка в руке Артема вдруг стала неловкой и опять холодной, будто неживой.

– А как же, – с нажимом подтвердила Марья Игнатьевна. Покосилась на зятя с усмешкой. Он промолчал. Леночка отвернулась к окну, к черным голым деревьям, которые сердито царапали друг друга кривыми ветками. Может быть, представила, как идет по цветущему саду, роскошной тропической оранжерее на втором этаже своего большого дома…

– А скажите, Артем, вам еще много долгов отдавать… ну, за эту… квартиру?

– Не очень.

– Ну да, ну да. Безусловно. Наверное, еще проценты. Сейчас кредиты с такими грабительскими процентами, – сочувственно кивнула теща, презрительно улыбаясь краешками губ.

– Как вы, право, все знаете, Марья Игнатьевна! – восхитился Артем.

– Безусловно.

– А как это вы верно сказали, ну про этого… как его… Кирпич, а внутри – дуб, да?

– Что?

Леночка фыркнула.

Марья Игнатьевна оглядела подозрительно – вздрагивающие плечи дочери, спокойное лицо зятя – поджала губы и величественно выплыла из кухни.

Артем обнял жену, зашептал торопливо в самое ухо:

– Ленка, прости меня, прости…

– Да за что?

– Ну… Ну… за то, что я не Игорек Самохин…

Повернул ее к себе, поцеловал осторожно – мокрые ресницы, дрожащие смеющиеся губы.

– Глупости, – хмурясь и улыбаясь одновременно, пробормотала она: – Как ты мог подумать, что я…

– Ленка…

– Элена! – крикнула из прихожей Малья Игнатьевна. – Пора идти! Там твой папа с Никитой, наверное, уже не знает, что делать.

– Сейчас, мам. Уже иду.

– Некоторые мужчины такие беспомощные, знаешь ли, – крикнула теща громко, отчетливо выговаривая каждое слово.

– Артем, ну… ты звони…

– Конечно, – ответил Артем.

– Мама говорит, Никите здесь нельзя, пока ремонт. А то я бы тебе помогла. Обои поклеить или еще что…

– Да что, я с ремонтом не справлюсь, Лен? Тут недолго. Всего ничего. Я быстро сделаю.

– Правда?

– Элена!

– Правда, – пообещал Артем.

Он уткнулся лбом в закрывшуюся дверь, послушал, как затихают шаги – легкие – Леночкины, командирские – тещины. Сгорбился, закрыл глаза, зашептал в драный дерматин обивки: «У нас все будет хорошо. У нас все будет…»

* * *

В хозяйственном магазинчике посетителей не было. Молоденькая продавщица с рыжими смешными косичками, похожая на Пеппи-Длинный-Чулок, увлеченно смотрела мультики по маленькому телевизору.

Артем вдруг подумал, что впервые покупает что-то для своего дома. Своего настоящего дома – съемная квартира не в счет. Еще он представил, как через месяц или два они будут заходить в этот магазинчик все вместе – с Леночкой и Никитой. Например, купить лампочек или зубной пасты по дороге из парка домой. Маленькая ладошка Никиты, теплая и щекотная, как птенец, будет прятаться в руке Артема, а в другой – прохладная Леночкина. Позади будет воскресная прогулка в солнечном снежном парке, а впереди, уже совсем рядом, только перейти двор – уютный вечер в их собственном доме. Собственном доме…

Ощущение будущего счастья вдруг накрыло Артема с головой, как теплая морская волна. Он замер, широко улыбаясь и чувствуя запах зимы и нежное прикосновение невидимых рук жены и сына.

– Ой, – сказала продавщица, отрываясь от мультиков. – Извините…

И растерянно улыбнулась в ответ на сияющую улыбку Артема.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.