Зашел выпить пива

Кувер Роберт

Жанр: Современная проза  Проза    Автор: Кувер Роберт   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Вот так опомнишься — а ты, оказывается, сидишь в баре на углу и пьешь пиво, хотя едва успел подумать: зайти, что ли, пива выпить? Точнее, кружка уже пуста. Взять вторую, что ли, думаешь, делая последний глоток, и заказываешь третью. Почти рядом сидит девушка — не то чтобы хорошенькая, но все-таки хорошенькая, и в постели, наверно, хороша, и не наверно, а вправду. Допил ли ты пиво? Не вспомнить. У тебя теперь забота поважнее: насколько ярким был оргазм? И был ли вообще? Вот что ты пытаешься понять, возвращаясь домой от той девушки по ночным улицам, затянутым туманом. В ее квартире — куда ни глянь — пупсы-купидончики, таких можно выиграть в луна-парке. Кстати, припоминаешь ты, там у вас назначено свидание. Она выигрывает очередного пупса, у нее прямо талант. Сразу после — опять ее квартира, вы раздеваетесь, она восторженно укачивает нового пупса на кровати, где и так от пупсов тесно. Ты не можешь вспомнить, когда в последний раз смыкал глаза, не можешь сообразить, бредя по ночным, все еще туманным улицам, где же ты сам-то живешь, а оргазм, если вообще был, уже выветрился из памяти. Сводить ее опять в луна-парк, что ли, говоришь ты себе, и там она выигрывает еще одного пупса (это как минимум ваше второе свидание, если не четвертое), и вы идете — как романтично! — в тот самый бар, где познакомились, пропустить по рюмочке на ночь. В баре к ней клеится какой-то здоровяк. Ты вмешиваешься, и она приходит к тебе в больницу и приносит одного из своих пупсов, чтобы тебе не было одиноко. Тонко намекает, что между вами что-то есть, — во всяком случае, так ты рассуждаешь, выходя из больницы на костылях, гадая, какой это район города. И какое время года. Ты решаешь, что пора поставить точку в ваших отношениях — иначе она доведет тебя до безумия, но тут здоровяк заявляется на вашу свадьбу и просит прощения за побои. Говорит, просто не понял, что у вас все серьезно. Здоровяк дарит свадебные подарки — купон на два бесплатных напитка в баре, где вы познакомились, а еще две белые атласные ленточки — для костылей. Во время бракосочетания и ты, и она держите в руках пупсов, которые, наверно, имеют очевидный символический смысл, и не наверно, а точно. Ребенок, которого она тебе рожает — от тебя ли, от другого ли, — напоминает тебе, хотя и без напоминаний понятно, что время летит стрелой. Теперь ты в ответе за семью, так что решаешь выяснить, держат ли еще тебя в офисе, где ты работал на момент знакомства с ней. Держат. О твоих прогулах, если ты вообще прогуливал работу, никто ни слова, но и с женитьбой не поздравляют, а все потому (теперь-то ты вспомнил), что до знакомства с женой у тебя была другая невеста, твоя коллега, и сослуживцы успели закатить вам вечеринку по случаю обручения, а теперь, верно, жалеют, что зря потратились на подарки. Неудобно как-то перед всеми, и атмосфера слегка враждебная, но у тебя старший ребенок уже ходит в садик, второй вот-вот родится, что поделать? Кое-что сделать можно: купон до сих пор не использован, так что для начала можно выпить кружку пива, и гори все огнем, точнее две кружки, а третью уже на свои, третья тебя не разорит. Почти рядом сидит девушка, и по ней видно, что она, наверно, хороша в постели, но она тебе не жена, и адюльтер не входит в твои намерения, говоришь ты себе, сидя на краю ее кровати в спущенных брюках. Ты снимаешь брюки или надеваешь? Самому не ясно, но ты решаешь надеть их и, хромая, ковыляешь домой, ведь костыли с ленточками ты где-то позабыл. Войдя, обнаруживаешь, что все пупсы, которых с появлением детей расставили на полке, теперь раскиданы по квартире, обезглавленные, с ампутированными конечностями. Один ребенок плачет, и пока бутылочка с молоком подогревается на плите, ты заходишь в детскую дать ребенку соску и видишь записку, пришпиленную к его распашонке: жена пишет, что поехала в больницу рожать следующего ребенка, а когда вернется, надеется, что не застанет тебя здесь, а если застанет — убьет. Ты воспринимаешь ее слова серьезно, и вскоре снова бредешь по городу, гадая, дал ли вообще ребенку бутылочку, или молоко до сих пор кипит на плите. Тебе попадается тот самый бар, соблазн велик, но ты говоришь себе: мало с меня неприятностей — и хочешь пройти мимо, но тебя останавливает здоровяк, который когда-то тебя избил, и дарит тебе по традиции сигару, потому что стал отцом, и тащит тебя в бар отметить это дело, выпить по кружке, или несколько кружек — ты уже со счета сбился. Но праздновали недолго, и молодой отец, новый муж той самой, которая тебя выгнала, роняет слезы в свое пиво, замученный супружеской жизнью, и говорит, что ты-то, счастливчик, вовремя спасся. Но ты не чувствуешь себя счастливчиком, особенно когда видишь почти рядом девушку, которая, сразу ясно, хороша в постели, вот пойти бы к ней, но поздно: она уже уходит с типом, который когда-то избил тебя и увел у тебя жену. Выпиваешь еще кружку, гадая, где ж тебе теперь жить, и сознавая: это бармен тебя надоумил, угощая пивом за счет заведения, что жизнь коротка и жестока, не успеешь оглянуться, а уж смерть пришла. Мысль правильная. После еще нескольких кружек пива и оргазмов — некоторые едва запомнились, об остальных и говорить нечего — один из твоих сыновей, ныне автогонщик и президент компании, где ты когда-то работал, приходит повидать тебя на смертном одре и, извиняясь за опоздание (пап, я зашел выпить пива, и пошло-поехало), говорит, что будет по тебе скучать, но все, наверно, только к лучшему. Что к лучшему? — спрашиваешь ты, но сына уже нет, если он тут вообще был. Ну вот... сами понимаете... жизнь, — говоришь ты медсестре, которая пришла закрыть тебе лицо простыней и увезти тебя на каталке.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.