Уроки немецкого (Антифашистская тема в современной немецкоязычной литературе)

Пронин Владислав Александрович

Жанр: Литературоведение  Научно-образовательная  Публицистика  Документальная литература    1990 год   Автор: Пронин Владислав Александрович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Пронин В. А.

Уроки немецкого (Антифашистская тема в современной немецкоязычной литературе)

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ВРЕМЕНИ

Несколько лет назад в Музее немецкой истории была открыта выставка «Воля к жизни за колючей проволокой». Музейные работники ГДР, их друзья и коллеги из Советского Союза, Чехословакии, Польши, Франции, Голландии и других стран по крупицам собрали драгоценные реликвии: рисунки и акварели, рукописи стихов и песен, самодельные поздравительные открытки и вырезанные из дерева фигурки заключенных в концлагере. Все эти скромные произведения безвестных самодеятельных художников и профессионалов были созданы за колючей проволокой в Бухенвальде, Маутхаузене, Заксенхаузене и других лагерях смерти. Многие из безымянных художников и поэтов, изнуренные и истерзанные, доживали свои последние дни и часы. Они знали об этом. Но люди рисовали, как гестаповцы учиняют расправы над искалеченными жертвами, как каратели глумятся над достоинством узников; их картины — предсмертные маски с живых мертвецов, какими они становились на пути в газовые камеры. Поэты–любители сочиняли бесхитростные стихи и песни, чтобы поддержать волю к жизни у тех, кто уже пал духом и отчаялся.

Творения узников концлагерей — акт величайшего мужества, и кажется, никто с такой беспощадной достоверностью не рассказал о преступлениях фюрера и его подручных, как те, кто стал жертвой агрессивного безумия фашистов.

Эти рисунки и стихи потрясают порой сильнее, чем документы, поражая ужасами, которые пришлось пережить человечеству, в то же время восхищают тем, что человек даже на краю жизни не забывал об искусстве.

Поэтическое слово, песня, портрет друга помогали узникам вплоть до последней минуты ощущать себя людьми, сохранять свое человеческое достоинство, осознавать свое сродство с теми, кто борется против фашистского кошмара. Искусство в годы войны укрепляло уверенность в победе, умножало силы антигитлеровского сопротивления.

Антифашистская тема не утратила своей актуальности за последние четыре с половиной десятилетия, прошедшие после Победы. Напротив, эта тема стала еще более политически значимой и философски углубленной.

Фашизм носит сегодня различные обличья, фашистская зараза продолжает распространяться по разным странам. Привычно бывало еще недавно читать в газетах или слушать по радио, что в Западной Германии приверженцы бесноватого фюрера устраивают свои сборища, грозя новой войной Советам, коммунистам и евреям, смотреть по телевизору, как оголтелые молодчики учиняют расправы над турками, арабами, африканцами из чувства расовой ненависти. Но вот недавно фашиствующими юнцами был осквернен памятник советскому воину–освободителю в берлинском Трептов–парке, а затем совершены надругательства на захоронениях советских солдат и в других городах Восточной Германии. Выяснилось, что эти акции совершали в основном школьники и студенты пятнадцати—двадцати лет.

Осквернение могил жертв геноцида произошло и в ФРГ. Волну возмущений вызвали подобные действия ультраправых боевиков во Франции. Но что, казалось бы, совсем неожиданно — в Москве на Ваганьковском кладбище чья-то подлая рука на надгробьях еврейских могил намалевала свастику.

Эти тревожные факты убеждают, что фашизм живуч и многолик. Идеологи нацизма фабрикуют образ врага по расовому признаку, дабы легче было убедить, что во всех неудачах людей, выбитых из жизненной колеи, виноват человек другой национальности. Так действовали фюрер и его подручные, так поступают фашисты всех мастей и оттенков.

Фашизм — это всегда ненависть к другим народам и презрение к свободномыслящей личности. Фашистские лозунги становятся притягательными для тех, кто готов раболепствовать перед сильным и унижать слабого Шагнув под знамена со свастикой, они самоутверждаются через подлость и преступление. Вступление в нацистскую организацию привлекательно для тех, кого приказ диктатора освобождает от обязанности мыслить и поступать по совести.

Когда в обществе ведется борьба за права личности и общественные свободы, как это происходит сегодня в нашей стране или в восточноевропейских странах, появляются демагоги, которые используют первые завоевания свободы для насилия над отдельным человеком и обществом в целом. Они бросают клич: «К оружию, мы — фашисты!». На призыв откликаются те, кого манит казарма, кто мечтает маршировать в шеренге, ибо в сомкнутом строю легче забыть обо всех жизненных поражениях, неудачах и слабостях. Над этим не раз заставляли задуматься лучшие писатели, для которых фашизм и война стали незабываемым уроком истории.

Попытки разобраться в причинах зарождения фашизма, стремление предотвратить опасность заражения «коричневой чумой» свойственны писателям–гуманистам всего мира. Но особенно остро тема преодоления фашизма волнует художников стран немецкого языка — ГДР, ФРГ, Австрии и Швейцарии.

Поэтов и прозаиков этих стран объединяло желание навсегда покончить с нацизмом, развенчать преступления гитлеровцев.

На протяжении нескольких десятилетий, по выражению Кристы Вольф, небо над Германией было расколотым. Разделенной оказалась и немецкая литература, хотя, по существу, литература была единой, разделены были писатели двух германских государств. В творчестве их было немало общего: борьба с наследием нацизма, приверженность гуманистическим традициям великих классиков прошлого от Гёте до Томаса Манна, преданность социалистическим идеалам. Не только Анна Зегерс и ее сограждане, но и Генрих Бёлль и его единомышленники были убеждены, что все негативные явления в жизни социалистических стран — лишь извращение великих идей. Вера в демократический социализм сомнению не подвергалась. Разумеется, писатели обоих германских государств выступали постоянно оппонентами друг друга, их споры касались существенных политических частностей, но не представления о гуманистической модели социализма.

Болезненные проблемы немецкой истории становились стержнем немецкой литературы обеих стран. Постепенно тема вины немецкого народа за фашизм и войну переросла в более общую философскую проблему ответственности нации за свое прошлое.

Однако литература ГДР накануне объединения немецких государств переживала острый кризис. Об этом сперва иносказательно, а затем открытым текстом говорилось на двух последних писательских съездах. Имелось в виду и преследование ряда писателей за вольномыслие, и запрет многих острых тем, и заштампованность сюжетов, официально разрешенных партийными властями. В пятидесятые годы многие авторы на собственном биографическом материале показали превращение фронтовиков в строителей социализма в новой Германии. Но за тридцать лет эта история повторялась в книгах такое бесчисленное количество раз, что сделалась неким подобием фальшивого мифа, верить в который молодежь была не в состоянии.

В произведениях писателей ГДР фашизм был отнесен либо в прошлое, либо по ту сторону берлинской стены. Они не видели или не хотели поверить, что вспышки нацистских волнений могут случиться не где-нибудь, а в столице «первого в мире немецкого социалистического государства».

В литературе ФРГ антифашистская тема в последнее десятилетие часто решалась в произведениях, выстроенных по типу семейной хроники. Вину отцов и дедов принимали на себя сыновья и внуки. Нить из прошлого порой тянулась так далеко и долго, что становилась неправдоподобно тонкой. Писатели ФРГ продолжали тему прошлого, оживляли воспоминания отцов и дедов, зачастую тоже игнорируя тот реальный факт, что представители нового поколения превращались порой не в антагонистов своих предков, но в их наследников и продолжателей. Новые духовные коллизии даже самыми значительными писателями ФРГ осмысливались в художественном творчестве с большим трудом. Знаменательных произведений о современности в последнее время появлялось мало.

Сегодня все изменилось и продолжает меняться. Как ни трудно происходит объединение двух государств, создание писательского сообщества происходит еще сложнее. Но у писателей объединенной Германии есть общая гуманная цель — воспитание человека и гражданина нового государства — и была общая история — история борьбы с фашизмом за выживание и оздоровление нации.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.