Дважды два

Чикин Леонид Андреевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Дважды два (Чикин Леонид)

Звено в цепи

Третьи сутки они просиживали жесткие кресла в конторе поселкового Совета, а Трубников ничего не мог сделать для того, чтобы ускорить вывозку своего небольшого отряда в Вайлен. Да и что он мог? Побережье Ледовитого океана — не пригород, на автобус не сядешь, такси но поймаешь. От Нукана до Вайлена — час пути на вельботе, но бригадир нуканских зверобоев, плотный крепыш Анатолий, на все просьбы начальника неизменно мотал головой:

— Не… Сами не поплывем. Если директор вызовет нас в Вайлен, мы и вас прихватим. А сами — не…

Директор не вызывал Анатолия к себе. Отряд сидел в Мукане. Время шло. А им еще предстояло перебазироваться к югу от Вайлена, на побережье Берингова моря.

К концу третьего дня бесцельного сидения бригадир зашел в поссовет, где Трубников от нечего делать резался в карты с коллекторами Пашей и Андреем.

— Собирайтесь, — с порога сказал бригадир. — Трактор идет в Вайлен. Зарплату привезти надо. Вас прихватит.

— А мы на кабину сядем или на радиатор? — хмуро спросил Паша.

— Зачем радиатор? — спокойно ответил Анатолий. — Прицеп есть. А к ночи из Вайлена трактор пойдет на Берингово. Вас могут взять, я говорил по телефону. К конторе совхоза подъезжайте, Копытина Костю спросите. Он едет туда зверобоев снимать.

— Почему — ночью? — удивился Трубников.

— Трактора заняты.

Через полчаса у поссовета затарахтел трактор с санями, напоминающими ящик, с трех сторон обнесенный дощатыми бортами. Заднего борта не было.

— Ну и коняга! — восхитился Паша. — Чистокровный арабский скакун. А коляска?! Просто царский экипаж!

Тракторист, широкоскулый чернолицый чукча Валерий, одет по-летнему: легкий пиджачок, на голове — модная курортная кепочка.

— Не замерзнете? — спросил Трубников. Сам он уже успел натянуть на себя полушубок, шапку, рукавицы. Север все же. Да и дело к ночи. Так же принарядились его коллекторы.

— Не… — протянул Валерий. — В кабине тепло. Поехали? А вы застегнитесь. На перевале холодно, дует.

— Это при нашей-то скорости? — усмехнулся Паша. — Аж ветер в ушах свистеть будет.

На выезде из поселка в ящик вспрыгнули на ходу двое ребят тоже в летней одежде и даже без головных уборов. На тюки и мешки они не полезли, стояли на полозьях саней, на внутренней стороне ящика.

— Прокатиться решили? — спросил Трубников.

— Не… С Валерием.

— Ясно. На каникулы, значит, приехали?

— Ну да.

Ребята оказались неразговорчивыми. Молчали и геологи. Тесно прижавшись друг к другу, они сидели у переднего борта саней. Низкое солнце слепило глаза, но почти не грело. Ветра, который обещал Валерий, не было. Трактор, сдирая тонкий слой почвы с вечной мерзлоты, медленно и упорно взбирался на пологий длинный склон горы. Все дальше оставался Нукан, все меньше казались домики поселка, все шире и просторней открывалась перед ними тундра. Огромнее становился океан, но мере того как поднимались они все выше и выше. Когда, преодолев подъем, трактор, скрежеща гусеницами но оголенным камням, пополз по ровному плато перевала, слева открылась другая водная гладь — Берингово море.

На вершине трактор остановился, Валерий вышел из кабины, закурил, ожидая выбирающихся из ящика геологов.

— Эго и есть Вайлен, — сказал он, протягивая руку вперед.

Закрытый от солнечных лучей горой, на которой они стояли, вдалеке на узкой косе лежал поселок. Слева от него — бескрайняя гладь Чукотского моря, справа — лагуна, соединенная с морем узкой горловиной — пильхином. За поселком — гора, еще освещенная скупым северным солнцем.

— Так его же, пильхин ваш, перепрыгнуть можно, — сказал Андрей.

— Он не узкий, — обиделся Валерий, — Метров сто в ширину. От него до Вайлена еще километра три. А вы на Берингово вон по той горе поедете, — он указал на склон, освещенный лучами, — Сначала на гору, а потом все вниз и вниз. Костя вас повезет.

— А мы успеем? — спросил Трубников. — Без нас трактор не уйдет?

— Успеете, — заверил Валерий. — Мы быстренько докатим.

— А как же ты, Валерий, через пролив? — удивился Паша. — Или кассир ждет тебя на этой стороне?

— Не… На той. Кто-нибудь рыбачит там. Перевезут меня.

— А нас? — вдруг всполошился Андрей. — Мы как переправимся?

— И вас перевезут. Трудно, что ли. Здесь у нас люди такие, всегда помогут.

Трактор с санями осторожно полз вниз к лагуне. О холоде Валерий не напрасно говорил: ветер дул теперь навстречу, и за дощатыми бортами ящика-саней нельзя было спрятаться от него. Он проникал всюду: под полушубки, под шапки, под рукавицы. Мерзли руки и лица. Легко одетые парни поочередно перелезали по прицепу греться в кабину. Один посидит в тепле минут пять, потом другой его сменяет.

Со склона Трубников ясно видел пролив, дощатую будку на том, вайленском, берегу, две машины и людей, укрывшихся за машинами от ледяного ветра. Издалека пильхин казался спокойным и маленьким ручьем.

Но когда трактор загрохотал по ровному безветренному месту, пильхин предстал перед ними иным: начался отлив, воды лагуны через горловину стремительно стекали в океан, со стороны которого пенно и шумно накатывалась на серый галечник холодная, перемешанная со льдом, прозрачно-зеленая волна.

Приглядевшись внимательно, Трубников увидел то, что его больше всего сейчас интересовало: на этом берегу, на полкорпуса вытянутая из воды, стояла лодка. Корма ее осела под тяжестью мотора. Рядом — палатка, у палатки горел костер, вокруг — трое людей, чуть поодаль на галечнике лежала другая, резиновая лодка.

Значит, переправа обеспечена, не надо распаковывать и накачивать свою пятисотку. Да и что такое пятисотка но сравнению с моторной? На моторе — три-четыре рейса, ни больше. Полчаса времени. Успеют они к трактору неизвестного Кости Копытина, выберутся еще сегодня из Найлона и к утру, если ничего не случится в пути, будут на побережье Берингова моря.

Конечно, Валерий из кабины еще раньше заметил людей у костра: он вел трактор к ним. У самой кромки горловины он развернул машину, провел метров сто вдоль берега, подальше от ужинающих людей, и выключил мотор. Все — из кабины и из саней — сошли на твердую землю.

— Вон меня кассирша ждет, — сказал Валерий, показывая на противоположный берег. — Во-о-н, за машиной стоит. — Он сложил ладони рупором, закричал: —!)со-е-ей! — И замахал руками: вот, мол, где я, сейчас приплыву. Фигура у машины повторила его движение: вас поняли, ждем, — Лодку надувать надо, — продолжал Валерий. — Где она у вас?

— Так вот же наш начальник пошел договариваться, — указал на удаляющегося от саней Трубникова Андрей. — Подожди.

Валерий почему-то с сомнением покачал головой и снова, на этот раз озабоченно, произнес:

— Ждут. Плыть скорее надо. А с шофером, который кассиршу привез, я договорюсь, он вас прямо к конторе подвезет.

Люди на том берегу тоже видели, как один человек шел к костру, где сидели хозяева лодок, и, конечно, думали, что сейчас Валерий на моторе к ним приедет.

А Трубников шел к костру. Он знал, что за его спиной Паша и Андрей разгружают сани, складывают вещи и снаряжение у берега, прикидывают, что взять первым рейсом и сколько раз придется переправляться через нильхин.

Было десять часов вечера. Солнце, скрытое горой, еще не успело нырнуть в океан. Его лучи подсвечивали водную гладь сбоку, отчего пенные валы у берега казались грознее, выше и красивее.

За многие годы экспедиций Трубников приучил себя и своих подчиненных к идеальному порядку в лагере. Поэтому его взгляд мгновенно отметил, что палатка поставлена под высоким двухметровым берегом — это хорошо! — но укреплена кое-как, брезент трепыхался на кольях, будто белье на веревках; за палаткой валялись чехлы от спальников; у земляного берега, чтоб не попал песок в стволы, стояли карабин и ружье.

Трое у костра сосредоточенно хлебали каждый из своей посудины уху: пахло свежей рыбой.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.