Иванъ едоровъ и его потомство

Сперанский Михаил Несторович

Жанр: История  Научно-образовательная  Публицистика  Документальная литература    1913 год   Автор: Сперанский Михаил Несторович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Иванъ едоровъ и его потомство ( Сперанский Михаил Несторович)

На только что открытомъ памятник дьякону церкви Николы Чудотворца Гостунскаго Ивану едорову сдлана надпись, говорящая о томъ, что онъ «перве нача на Москв печатати святыя книги въ лто 7071-е, (т. е. 1563-е отъ Р. Х.) апрля въ 19 (день)». Эта надпись, какъ извстно, взята почти цликомъ изъ послсловія къ первой московской печатной книг — Апостолу — начатой въ этотъ день и конченной въ 1 марта слдующаго года. Надпись эта отмтила собой не только подвигъ дьякона церкви Николы Гостунскаго и его товарища и помощника Петра Тимоеевича Мстиславца. Надпись эта напомнила не только событіе первостепенной важности въ культурной исторіи Москвы: событіе, совершившееся въ Москв въ 1568 и 1564 годахъ, иметъ право и на боле крупное, нежели мстное, значеніе: послдствія появленія первой московской книгопечатни нашли себ отзвукъ не только въ Москв, въ Московскомъ государств, но и далеко за предлами тогдашней Россіи, и послдствіями своими совершенное въ Москв въ XVI в. Иваномъ едоровымъ дло еще живо даже до днесь; хотя непосредственное значеніе его въ наши дни и сузилось, но еще не такъ давно — 200 лтъ назадъ — оно имло общелитературное и общекультурное значеніе у насъ, а въ другихъ странахъ еще въ 20-хъ годахъ XIX-го вка чувствуется живая связь литературы и печатнаго дла, какъ орудія этой литературы, съ дятельностью Ивана едорова и его товарища. Не касаясь дятельности Ивана едорова въ Москв, почти не касаясь ея въ предлахъ русскаго племени, я бы хотлъ напомнить нсколько данныхъ, которыя бы помогли намъ оцнить, скоре почувствовать, все великое значеніе дла Ивана едорова за предлами Россіи, главнымъ образомъ въ славянскомъ мір, по крайней мр въ той его части, которая была, въ своемъ прошломъ, связана съ Русью общностью культурнаго источника — Византіи. Въ этотъ славянскій культурный міръ необходимо включить не только народности славянскія: съ нимъ въ своемъ прошломъ связана отчасти и романская народность въ лиц румынъ, какъ извстно еще очень недавно въ области религіозныхъ интересовъ шедшихъ вмст съ Русью и юго-славянами и до сихъ поръ, хотя уже въ иной оболочк, сохраняющихъ свою связь съ Византіей.

Вели мы окинемъ взглядомъ главнйшіе моменты появленія книгопечатанія среди южныхъ славянъ, румынъ и русскихъ, то тотчасъ же замтимъ, что первенство въ этомъ отношеніи не на сторон Руси: первая славянская книга — я имю въ виду намченный кругъ — напечатанная кириллицей, явилась въ 1491 году въ Краков, среди польской народности, давно уже пріобщившейся къ западно-европейской латинско-германской культур и чуждой почти совершенно связей съ византійской — восточной; первая печатная книга у южныхъ славянъ, славянъ византійской культуры, явилась черезъ три года: это былъ напечатанный по повелнію черногорскаго воеводы Гюрга Црноевича Октоихъ, на Цтинь въ 1494 году; въ 1510 (или 1508) году (кажется, врне въ 1512) мы видимъ первую славянскую книгу, напечатанную въ Валахіи — въ Терговищ по повелнію воеводы угровлахійскаго Іо Басарабы. И только въ 1563 году по повелнію царя Іоанна IV начата былъ печатаніемъ въ Москв Апостолъ Иваномъ едоровымъ и Петромъ Мстиславцемъ. Т. о. Русь отстала отъ юго-славянъ на 70 лтъ слишкомъ въ пользованіи новымъ могучимъ двигателемъ просвщенія отъ юго-славянъ и на 50 лтъ отъ Молдаво-валаховъ. Конечно, эта цифра увеличится еще — перейдетъ за сотню лтъ, — если сопоставить ее съ датой первой западно-европейской печатной книги.

Но если это сопоставленіе — хронологическое — и не увеличитъ значенія дятельности Московскихъ печатниковъ, то, смло можно сказать, оно и не умалитъ его по отношенію къ нашимъ собратьямъ по культур: послдствія, хотя запоздалаго, появленія русской печатной книги, несмотря на печальную судьбу [1] первыхъ шаговъ книгопечатанія въ Москв, послдствія эти оказываются все еще столь богатыми, что за русской печатной книгой и ея первымъ творцомъ Иваномъ едоровымъ остается въ полной мр значеніе крупнйшаго событія въ славянскомъ мір. Это значеніе выяснится, если мы, хотя бы въ самыхъ общихъ чертахъ, прослдимъ исторію книгопечатанія у славянъ и на Руси.

Старйшей славянской книгой, напечатанной кирилловскимъ шрифтомъ, считается, какъ извстно, Осмогласникъ (октоихъ) напечатанный въ 1491 году въ Краков Швайпольтомъ Фолемъ, «изъ нмець, нмецкого роду, франкомъ». какъ онъ назвалъ себя самъ въ послсловіи въ книг. Образцомъ, по которому рзалъ свои матрицы и отливалъ буквы Фоль, для него была уставная юго-славянская рукопись, скоре всего болгарская, вка XIV-го, что видно если мы сопоставимъ шрифтъ Октоиха съ юго-славянской рукописью этого времени; это же доказываетъ и языкъ и правописаніе этого первенца славянской печати. Каковы были побужденія, которыми руководился Фоль, предпринимая свой трудъ, будучи «нмцемъ, нмецкого роду, франкомъ», притомъ въ Краков, гд господствовала латино-германская культура, отнюдь не склонная итти на встрчу византійско-славянскимъ потребностямъ, мы этого, къ сожалнію, боле или мене опредленно сказать не можемъ. Такъ же мало мы можемъ сказать и о томъ, почему эта попытка Фоля оборвалась, продолженія не имла, почему Фоль остался, такъ сказать, безъ литературнаго и типографскаго потомства: мы, по крайней мр, при теперешнихъ нашихъ средствахъ не можемъ съ увренностью указать продолжателей или подражателей дла краковскаго архитипографа.

Хронологически слдующимъ и въ то же время боле важнымъ по послдствіямъ фактомъ является также Октоихъ, но напечатанный на этотъ разъ на юг славянства — на Цтинь, повелніемъ черногорскаго воеводы Гюрга Црноевича священникомъ Макаріемъ въ 1494 году. И для него образцомъ была рукопись юго-славянская XIV вка, сербская, скоре всего. Шрифтъ былъ изготовленъ, однако, не на мст, а въ Венеціи, которая, какъ извстно, была однимъ изъ наиболе раннихъ и въ то же время наиболе крупныхъ очаговъ первоначальной печатной книги; а съ другой стороны венеціанско-итальянская культура, ея вліянія должны быть признаны однимъ изъ главныхъ источниковъ культуры и ближняго востока — славянскаго — и дальняго — передней Азіи, особенно въ первое время посл турецкаго разгрома. О повод предпринять такое крупное дло, какъ печатаніе книгъ, намъ сообщили въ послсловіи первой Цтинской печатной книги сами Црноевичъ и Макарій: «Видвь азь вь Христа Бога благоврныи и Богомь храними господинь Гюргь Цьрноевыкь црькьвы праздны светыхь книгь, грхь ради нашихь разхищеніемь и раздраніемь агарянскыхь чедь, вьзрвновахь поспешеніемь светаго Духа… написахь сію душеспасную книгу…» Ниже повторено то же съ одной подробностью: «вьзревновахь поспешеніемь светаго Духа и сьставихъ форми, на нихьже вь едино лто осмимь чловкомь соврьшити охтоихь…» И такъ: недостатокъ и гибель, вслдствіе турецкихъ погромовъ массы книгъ (разумется, рукописныхъ), вызвали къ жизни книгопечатаніе на юг славянства. Нужда въ книгахъ остро чувствовалась, должна была быть удовлетворена насущнйшая потребность церкви и христіанства на разоренномъ славянскомъ юг. Насколько нужда эта была велика, можно судить по такъ называемому «Руянскому» евангелію [2] 1537 г.: инокъ еодосій съ нсколькими товарищами сами ржутъ буквы, какъ полагаютъ изслдователи, изъ дерева, чтобы отпечатать ими евангеліе; шрифтъ показываетъ очень небольшое искусство работавшихъ; и такого рода работу приходится исполнять въ то время, когда печатное дло у славянъ въ Венеціи, отчасти въ самой Сербіи кажется развитымъ даже до нкоторой роскоши въ изданіяхъ! Дйствительно, починъ сдланный въ Венеціи, откуда Гюргъ Црноевичъ получилъ шрифты, или, врне, формы (матрицы) для своего Октоиха, не могъ остаться втун: Венеція, въ лиц сербскихъ меценатовъ, длается надолго разсадникомъ юго-славянскихъ типографій и книгъ: цлое поколніе Вуковичей, начиная съ Божидара, содержитъ типографію въ Венеціи; отсюда печатные шрифты идутъ въ Горажде (1519), Милешевъ (1545), Блградъ (1552) и дале — за предлы Сербіи — въ Молдавію и Валахію, въ Торговище и т. д. Но это развитіе типографскаго дла въ Венеціи и на юг славянства, не смотря на вс благородный стремленія сербскихъ воеводъ и молдаво-валашскихъ господарей, не въ состояніи удовлетворить потребности: въ церквахъ «умаленіе» книгъ продолжается; тяжелыя условія порабощеннаго славянства имли слдствіемъ то, что возникавшія типографіи не могли долго существовать, должны были ограничивать свою дятельность немногимъ: многія изъ нихъ, каковы, напр., Блградская, Горажденская, можетъ быть, и Милешевская, ограничились выпускомъ одной — двухъ книгъ, посл чего замирали. Эти печальныя страницы изъ исторіи юго-славянскихъ типографій въ значительной степени опредлили собой судьбу и развитіе дятельности русской старопечатной книги.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.